Девушка из низшего общества - Алексей Макеев

После обеда я позвонил майору Самохвалову.

– Привет, Леня! – бодро поздоровался я.

Самохвалов насторожился. Просто так я ему не звонил, обязательно с какой-нибудь просьбой или проблемой.

– Привет, – осторожно сказал он. – Что-нибудь случилось?

– Да нет, вроде все в порядке. Ты чем занимаешься? – Задал вопрос довольно расплывчато, можно было бы его конкретизировать. Спросить: «Свободен ли ты?» И если свободен, подразумевалось чем-то заняться по моей просьбе. Самохвалов это понял и как-то неопределенно ответил:

– Ну-у, я… А что ты хочешь?

– Хочу встретиться с тобой и пойти проведать Алину – ту самую девушку, которую мы вчера с тобой спасли.

– Кстати, как она? – ушел в сторону от вопроса майор, по-видимому, силясь придумать повод, чтобы отвертеться от моей просьбы.

– Нормально, Леня, из комы вышла, жить, говорят, будет… Так ты пойдешь со мной в больницу? – отбросив всякую дипломатию, спросил я сразу в лоб.

– Даже не знаю, сегодня же суббота, выходной у меня.

Ясно, майор ни в какую не хочет тратить на меня и Алину свое личное время.

– Если бы был рабочий день, я бы тебя о такой просьбе не просил, – проворчал я. – Тебя бы начальство не отпустило.

– А зачем тебе встречаться с девушкой?

– Ну, – замялся я и так завуалированно сказал: – У меня с ней личностные отношения сложились, довольно хорошие.

– Ясно, – понимающе сказал майор. – Но на каком основании я пойду к этой девушке? Дело о покушении на убийство будет вести следователь из следственного комитета.

– Да ни на каком, – терпеливо сказал я, разочарованный тем, что майор тянет резину, не хочет прямо отказать мне, а ищет повод, чтобы отмазаться от моей просьбы. – Просто ты в полицейской форме придешь в больницу, и тебя пропустят к раненой. Как представителя власти. Не будут же врачи проверять, ты из следственного комитета или из ОВД и имеешь ли право допрашивать или нет. А когда тебя пропустят, пропустят и меня. Как лицо, тебя сопровождающее.

– К чему такая спешка, Игорь? Погоди два-три дня, девушка оправится, и тебе самому разрешат навестить ее.

– Да как же ты не понимаешь, Леня! – в сердцах сказал я. – Мне очень важно узнать, кто напал на Алину. Потому что напавший на девушку с ножом и убивший Татьяну Арсеньеву – одно и то же лицо.

– Вот как? – недоуменно произнес Самохвалов.

– Конечно, и если Алина назовет имя напавшего на нее человека, ты можешь арестовать убийцу Татьяны. Кто знает, может быть, за раскрытие этого убийства тебе еще одну звездочку дадут. Будешь подполковником, – шутливо изрек я. – Ну так как… Проведаем девушку?

– Черт с тобой, уговорил! – сказал майор. – Где встречаемся?

– Давай часа через полтора у больницы. И я назвал номер стационара.

– Давай, Пинкертон. Эх Игорь, Игорь, найдешь ты себе приключения когда-нибудь со всеми этими расследованиями.

– Что делать… – усмехнулся я. – Как говорят французы, се ля ви. До встречи!

– До встречи, Шерлок Холмс! – хмыкнул Самохвалов.

С майором, похожим на большую рыжую обезьяну, которую сдернули с дерева и нарядили в полицейскую форму, мы встретились около двух часов в больнице.

– Ну, что, Игорь, все никак успокоиться не можешь? – пожимая мне руку, с долей осуждения, но и в то же время одобрения моей настырности, изрек Самохвалов. – Все убийцу ловишь?

Я с обидой в голосе на такое замечание ответил:

– Ты забыл, что я под следствием нахожусь? И если я не найду убийцу, то всю вину за преступление навесят на меня, – сказал я запальчиво. – И тогда тащить мне ни за что максимальный срок.

– Ладно, ладно, – примирительно промолвил майор. – Ну, пойдем, что ли? – сказал майор, и мы с ним стали подниматься по ступенькам к входной двери.

В коридоре по-прежнему толпились родственники, только, разумеется, уже другие люди, чем в тот раз, когда я вместе с родителями Алины ждал от докторов известия о состоянии ее здоровья. Самохвалов широким шагом прошел в реанимационное отделение и постучал. На стук выглянула медсестра.