Перевертыши. Дикий глаз - альтернатива - Михаил Март

Машина заместителя начальника областного управления внутренних дел по оперативной работе полковника Федорова въехала на территорию строительной площадки. Возле возведенного в три этажа особняка, где работы шли полным ходом, собралась толпа рабочих.

— С этих спрос не велик, — пробурчал он, глядя в окно.

Сидящий рядом майор кивнул.

— Да, Федор Витальевич. Азиаты тут же забывают русский, как только начинаешь задавать им ненужные вопросы.

Машина остановилась, и офицеры вышли. От толпы отелился здоровый мужик в комбинезоне и белой тенниске. Судя по чистоте одежды — местный бугор. Он приблизился к милиционерам и доложил:

— Несчастный случай. Беда приключилась.

— С кем? — спросил майор.

— С хозяином.

— Имя у него есть?

— Алексей Егорович Поперечный.

Офицеры переглянулись. Кто такой Поперечный, в области знали все.

— Как звать? — спросил полковник.

— Меня-то? Тарас Кандыба. Я тут за старшего. Прораб.

— Вы и в субботу работаете?

— В сезон у нас выходных не бывает. А потом по субботам Алексей Егорыч всегда объезжает строящиеся объекты. В будни ему некогда. Мы его ждали сегодня, по графику наш объект на очереди. Он приехал в десять часов, как обещал. Человек обязательный, сказал — сделал.

— Ладно, показывай.

Они прошли по мосткам в дом. Бетонные полы, кирпичные перегородки, голые, пока еще деревянные лестницы, леса, козлы. Надо иметь очень хорошую фантазию, чтобы представить себе, как все будет выглядеть по окончании работ. Подниматься наверх не стали, прораб провел их через несколько комнат и остановился у шахты.

— Здесь.

— В доме предусматривается лифт?

— Да. Тут же три этажа. Потолки по четыре метра.

Федоров подошел к краю шахты и глянул вниз.

В квадратном колодце на небольшой глубине на бетонном полу прорисовывались очертания человеческой фигуры.

— Дайте фонарь.

Полковнику подали фонарь, похожий на автомобильную фару. Он осветил яму. В луже крови лежал Алексей Поперечный с выпученными глазами и открытым ртом. Федоров глянул наверх, под крышу. Высота впечатляла — с улицы дом не казался таким высоким.

Полковнику стало не по себе.

— С какого этажа он упал? — спросил он.

— Да мы не знаем. Алексей Егорыч поднялся наверх со своим помощником, сказав мне: «Обойдемся без провожатых». А куда они забрались, не знаю. Минут десять их не было. Потом мы услышали крик. Эхо усиливало вопль. Я стоял с ребятами здесь, у оконного проема. Бросились к шахте, а там… Ну вы видели. Его помощник сбежал вниз, белый как простыня, и спрашивает: «Жив?» Я кивнул на шахту и дал фонарь. Беднягу вытошнило. Он сел прямо на пол и сидел не двигаясь минут пять, потом достал телефон и начал звонить в «скорую» и вам.

— Где он сейчас?

— Уехал. Сказал, что надо жену сюда привезти.

— Вы запомнили его? — спросил майор.

— Молодой, высокий, бабам такие нравятся.

— На какой машине они приехали?

— Джип «Хонда» синего цвета.

— «Скорая» так и не приехала?

— Нет. Может, не нашли. Тут много строек, а ближайшая больница в Подольске, это двадцать километров.

— Позвони дежурному, Костилин, — приказал Федоров майору, — вызови следственную бригаду и уточни адрес Поперечного. Сами доставать труп не будем. Вызывай МЧС, они лучше нашего соображают в этих вопросах.

— Понял.

Полковник поднялся наверх и осмотрел площадки второго и третьего этажей. На третьем, возле проема шахты, остался скользящий след от ноги — бетонные плиты были засыпаны песком. Федоров поводил ботинком по песку и убедился, что нога ходит, как по льду. Чистый бетон шершавый и поскользнуться на нем невозможно, но песок, как это ни странно, усиливал эффект скольжения. Для чего площадку перед лифтовой шахтой понадобилось засыпать песком? Следы ног отпечатались неплохо. О чем они говорили? К шахте подходил один человек, отпечатки второго остановились в полутора метрах. Никаких следов борьбы. Федоров достал коробку спичек и, выходя с площадки, оставил по одной спичке на каждом своем следе, чтобы дать понять коллегам — эти следы к происшествию не имеют отношения. На втором этаже площадка тоже была покрыта песком, но отпечатков там не было.

Спустившись вниз, спросил прораба:

— С какой целью вы посыпаете песком бетонные плиты?

— Без понятия. Я таких распоряжений не давал, но с чурками разговаривать бесполезно. К тому же тут работает две смены, бригады то и дело перебрасывают с точки на точку. Одни занимаются только опалубкой, другие швы цементируют, третьи выравнивают. Рабочих, привязанных к одному месту, тут нет.

Майор доложил:

— Группа капитана Грибова выехала. МЧС скоро будет. «Скорую» я вызывать не стал, у нас свой эксперт есть. Труп отправим в наш морг. Мне эта история не нравится.

— Мне тоже, Володя, но на первый взгляд все выглядит как несчастный случай.

Полковник обернулся к прорабу:

— Для кого строите скромную дачку?

Тот пожал плечами.

— Понятно. Наверх никого не пускать. Сейчас приедут криминалисты, они разберутся. И разгони толпу с участка, тут не кинотеатр. Пусть языки держат за зубами, забудут все русские слова, не то их вышвырнут из России.

— Эти люди не из болтливых, товарищ полковник.