Дар или проклятие - Евгения Горская

Утром Наташу разбудил телефонный звонок. Сквозь неплотно задернутые шторы уже брезжило ясное осеннее утро, туман, окутывающий город в последние дни, растаял, и даже боль от того, что Катя носила ее розовый халат, почти не чувствовалась, и Наташа сначала радостно решила, что звонит Вадим, не сразу сообразив, что он не знает ее городского телефона.

– Наташа? – как всегда, удивилась свекровь.

– Здравствуйте, Вера Антоновна.

– Наташенька, – свекровь тяжело вздохнула, – Витя очень переживает. Ты меня понимаешь?

Наташа промычала нечто невнятное.

– Вы прожили вместе девять лет. Нельзя же сразу рубить сплеча!

– Вера Антоновна, чего вы от меня хотите? – От недавнего радостного настроения не осталось и следа, и даже утро вновь показалось ей хмурым, как накануне.

– Я-а? – удивилась свекровь. – Я ничего от тебя не хочу. Ты просто должна понять, что брак – это очень серьезная вещь. И ломать его из-за минутного увлечения недопустимо.

– Вера Антоновна, – терпеливо повторила Наташа, – чего вы от меня хотите? Сейчас я что должна сделать?

– Да ничего ты мне не должна! – возмутилась свекровь. – Но выгнать мужа из-за… из-за…

– Из-за предательства, – подсказала Наташа.

– Господи! Ну как ты не понимаешь? Он же просто влюбился!

– Очень рада за него и не собираюсь мешать его счастью.

– Наташа! – строго сказала свекровь. – Это неостроумно. Ты должна с ним помириться!

– Вера Антоновна, вы предлагаете мне жить с чужим любовником? – Наташе показалось, что она ослышалась.

– С тобой совершенно невозможно разговаривать! – Теперь свекровь чуть не плакала.

– Вера Антоновна, мы говорим на разных языках. Мы никогда друг друга не поймем. Простите.

– Ну, как знаешь! – Свекровь, не прощаясь, бросила трубку. Впрочем, она и раньше никогда не прощалась. Да и не здоровалась.

Наташа медленно положила трубку. Свекровь ни в чем перед ней не виновата, она действительно хочет как лучше. Господи, неужели, не будь у нее Вадима, она стала бы терпеть… Катю?

И тут другая мысль – а почему она, собственно, решила, что Вадим у нее есть? – окончательно испортила ей настроение. Больше всего на свете она хотела сейчас быть уверенной, что Вадим всегда будет ее провожать и встречать, и звонить ей по нескольку раз в день, и она будет гладить его по волосам, если ему взгрустнется. Наташа натянула ставшую халатом фланелевую рубашку и отправилась в ванную.

А утро оказалось таким же мрачным, как все последнее время. Туман и темень.

– Где ты вчера была, Даша?

Дарья совсем не ожидала такого вопроса. Вчера Георгий, спокойно выслушав ее сбивчивый рассказ, как она переводила огромные деньги на счет другой фирмы только на основании устного распоряжения замдиректора Выдрина, так же спокойно сходил в прихожую за ее сотовым и протянул его ей:

– Звони.

А когда она, не понимая, подняла на него глаза, объяснил:

– Звони директору.

– Я боюсь, – прошептала Дарья.

– Звони, Дашенька. Хочешь, я позвоню?

Он давно не называл ее Дашенькой. Когда-то совсем в незапамятные времена он звал ее Дарием, как какого-нибудь кота, и Дарью это бесило, она надувалась, и тогда муж подлизывался и виновато шептал: