Божья кара - Юлия Алейникова

– Женька, ты где пропадаешь? У нас тут такой скандалище! – Вика встретила Женьку на больничной лестнице. – У Нины Смоловой обследование уже закончилось.

– Вик, какое обследование? Я сегодня с такой теткой познакомилась! Я такое про Васильеву узнала! Мы с этим интервью город взорвем, – перебила Вику Женя, спеша рассказать о своем знакомстве с Полиной.

– Женя, пока готовишься город взорвать, эта скандалистка мне клинику взорвет! – дернула Женю за рукав Ганелина. – Очнись ты наконец, слышишь, какие вопли раздаются? Если эта кретинка не успокоится, меня с работы выкинут. Профессор Кульков уже намекнул.

– А что случилось-то? – наконец сообразила поинтересоваться Женя.

– А то. Я Кулькову ничего про твою передачу рассказывать не стала, а просто попросила знакомую осмотреть, – торопливо докладывала Вика, таща Женю к эпицентру скандала.

– Ну?

– Он осмотрел и говорит: «Все у вас, девушка, в порядке, небольшое воспаление, но это так, ерунда. Я вам сейчас таблеточки выпишу…» А Нина его спрашивает: «А можно их во время беременности принимать?» Кульков: «А при чем здесь беременность?» – «Ну как же? Я же беременна?» И вот тут понеслось! Нина наша оказалась настоящей базарной бабой! Я во время осмотра у себя в ординаторской сидела, истории болезней заполняла, мне медсестра позвонила. Когда примчалась в кабинет, Нина наша и профессора, и всех нас уже по матери крыла, обвиняла и в мошенничестве, и в сговоре, и так далее. Пришлось профессору все объяснять, – закатывая глаза, делилась Вика. – Мне, конечно, досталось, а эту дрянь неблагодарную на УЗИ отправили, потом на экспресс-анализ крови, так что не забудь оплатить. После того как ее на УЗИ носом в экран потыкали, у Нины вроде как временное просветление настало, но потом она вспомнила о потраченных на Васильеву двадцати тысячах и ее снова по колдобинам понесло!

– А вы-то тут при чем? – недоуменно спросила Женя.

– Это ты у нее спроси, – зло заметила Вика, которая, пока рассказывала о собственных неприятностях, несколько утратила обычную сдержанность.

– Так что у вас сейчас происходит? – решила Женя переключиться на факты.

– Кульков ушел, хлопнув дверью, и мне придется перед ним остаток жизни заискивать. Его сестра тоже ретировалась. Сейчас с этой истеричкой дежурная медсестра сюсюкает, пока я тебя отлавливаю.

– А что, ты сама с ней разобраться не можешь? Чего меня-то ждать? – еще раз пожала плечами Женя.

– Того, что наша красавица хочет немедленно вместе с мужем бежать к Васильевой выбивать из нее деньги, а если та добром не вернет, бежать в полицию и прокуратуру.

– Она что, с ума сошла? – тут же запаниковала Женя. – Она же нам все испортит, она же ее вспугнет!

– А ей это до лампочки! Ей свой двадцатник важнее! – с некоторым злорадством прокомментировала Вика.

– Вот дура скандальная! – хмуря брови, проговорила Женя, срочно прикидывая в уме, как теперь урезонить разбуянившуюся гражданку. – Ладно, пошли, попробуем на нее наехать, – проговорила наконец Женя, берясь за ручку двери. – Такие личности обычно на добрые уговоры не идут, тут надо клин клином вышибать, иначе не справиться.

– Откуда такие глубокие познания? – не без ехидства спросила Вика, которой вся эта история порядком испортила репутацию в глазах начальства, вымотала немало нервов и обещала долгие и болезненные репрессии со стороны профессора Кулькова. Человека, в общем, не противного, но болезненно оберегающего свой авторитет и трепетно относящегося к собственной заслуженной персоне.