Карибская тайна - Агата Кристи

Эстер Уолтерс, казавшаяся слегка испуганной, повернулась кмисс Марпл.

– Я о ней неверно думал, – заявил мистер Рэфьел сосвойственной ему откровенностью. – Мне казалось, что от таких старух нетникакого толку – одно вязание да сплетни. Но у этой есть глаза и уши, и онаумеет ими пользоваться.

Эстер Уолтерс посмотрела на мисс Марпл, словно извиняясь засвоего патрона, но та вовсе не казалась оскорбленной.

– Под этим подразумевается комплимент, – объяснилаЭстер.

– Я так и поняла, – сказала мисс Марпл. – Иеще я поняла, что мистер Рэфьел считает своей привилегией быть грубым, если емуэтого хочется.

– Разве я был груб? – удивился мистерРэфьел. – Простите, если я чем-нибудь вас обидел.

– Вы меня не обидели, – возразила миссМарпл. – Вам я делаю скидку.

– Ну ладно, не надо злиться. Эстер, принесите стул исядьте здесь. Вы можете оказаться полезной.

Эстер поднялась на террасу бунгало и принесла оттуда легкоеплетеное кресло.

– Продолжим наше совещание, – заговорил мистер Рэфьел. –Мы говорили о покойном Пэлгрейве и его нескончаемых историях.

– Обычно я старалась по возможности прятаться отнего, – вздохнула Эстер.

– Мисс Марпл была более терпеливой, – заметилмистер Рэфьел. – Скажите, Эстер, он рассказывал вам когда-нибудь историюоб убийстве?

– Да, – ответила Эстер. – Несколько раз.

– Постарайтесь припомнить ее поточнее.

Эстер задумалась.

– Беда в том, – виновато сказала она, – что яне слишком внимательно его слушала. Эта история мало чем отличалась от егорассказов о львах в Родезии, которые просто нельзя было выдержать.

– Ну, расскажите хотя бы, что вы помните.

– По-моему, это началось с какой-то газетной статьи обубийстве. Майор Пэлгрейв заявил, что у него в этой области богатый опыт, таккак он встречался с убийцей лицом к лицу.

– Встречался?! – воскликнул мистер Рэфьел. – Онтак и сказал: «встречался»?

Эстер выглядела смущенной.

– Кажется, да, – с сомнением промолвилаона. – А может быть, он сказал: «Я могу показать вам убийцу».

– Но ведь это же вовсе не одно и то же.

– Я точно не помню. Как будто он сказал, что покажетмне чью-то фотографию.

– Это уже что-то.

– И потом, он много говорил о Лукреции Борджа.

– На этом можно не задерживаться. О Лукреции Борджа мывсе знаем.

– Он говорил об отравителях, о том, что Лукреция былакрасивой рыжеволосой женщиной, и добавил, что в мире, возможно, существуетгораздо больше отравительниц, чем мы думаем.

– Боюсь, что это весьма вероятно, – вставила миссМарпл.

– Майор сказал, что яд – женское оружие.

– Кажется, он отклонился от исходной темы, –заметил мистер Рэфьел.

– Ну конечно. Он постоянно перескакивал с места наместо. Под конец я просто переставала слушать и только иногда для видувставляла отдельные реплики.

– Так что же было с этой фотографией?

– Не помню. Может быть, он увидел похожее лицо вгазете…

– Он не показывал вам снимок?

– Снимок? Нет. – Эстер покачала головой. – Яуверена в этом. Он говорил, что она была очень красивой и что по ней никогданельзя было сказать, что она убийца.

– Она?

– В том-то и дело! – воскликнула миссМарпл. – Это все путает.

– Он говорил о женщине? – спросил мистер Рэфьел.

– Да.

– И на этом снимке была женщина?

– Да.

– Этого не может быть!

– Но это так, – настаивала Эстер. – Онсказал: «Она здесь, на этом острове. Я покажу вам ее и расскажу целую историю».

Мистер Рэфьел выругался. Высказывая свои мысли о покойноммайоре Пэлгрейве, он не стеснялся в выражениях.

– Возможно, – закончил он, – в его болтовневообще нет ни слова правды!

– Интересно, – пробормотала мисс Марпл.

– Конечно, – продолжал мистер Рэфьел, –старый дурак начинал с охотничьих историй. Охота на кабанов с копьем, стрельбапо тиграм и слонам, чудесные спасения от львов. Одна или две из них, можетбыть, имели место. Остальные же были выдумкой или произошли с кем-то другим.Потом он перешел к теме убийства и тоже стал рассказывать одну историю задругой, причем так, будто они случались с ним самим. Десять против одного, чтобольшинство из них – мешанина из того, что он читал в газетах или же видел потелевизору.

Мистер Рэфьел с сердитым лицом обернулся к Эстер:

– Вы же сами признаете, что слушали невнимательно.Может быть, вы его не поняли?

– Я уверена, что он говорил о женщине, –упорствовала Эстер. – Поэтому я и заинтересовалась, кто она.

– И кто же она, по-вашему? – спросила мисс Марпл.

Эстер покраснела и казалась смущенной.

– О, я… я бы не хотела…

Мисс Марпл не настаивала. Присутствие мистера Рэфьела,несомненно, препятствовало выяснению этого обстоятельства. Эстер моглаподелиться своими подозрениями, только находясь наедине с другой женщиной. Ктому же, возможно, Эстер Уолтерс лгала. Естественно, мисс Марпл не высказалаэто предположение вслух. Кроме того, она не очень в это верила. Во-первых,Эстер Уолтерс не казалась ей похожей на лгунью (хотя кто знает!), а во-вторых,мисс Марпл не могла найти причин для подобной лжи.

Мистер Рэфьел обернулся к мисс Марпл:

– Вы говорите, что он, рассказав вам об убийце,собирался показать его фотографию?

– По-моему, да.

– По-вашему? Раньше вы вроде были в этом уверены.

– Не так легко, передавая какой-нибудь разговор, точнопридерживаться всех фраз своего собеседника, – возразила миссМарпл. – Вам кажется, что он сказал то, что вы считаете само собойразумеющимся, и вы впоследствии приписываете ему эти слова. Майор Пэлгрейвдействительно поведал мне историю. Он говорил, что врач, рассказавший ему оней, показал снимок убийцы, но если быть честной, то я должна признаться, чтокогда он предложил мне взглянуть на фотокарточку убийцы, то я, естественно,предположила, что это та самая карточка, о которой шла речь, то есть снимокименно того убийцы. Однако приходится допустить возможность – хотя ислабую, – что по ассоциации мыслей он переключился с того снимка, которыйему показали в прошлом, на снимок кого-то, присутствующего здесь, кого онсчитал убийцей.