Секрет консервной банки - Екатерина Вильмонт

Даше позвонила Оля.

– Даш, тебе ребята не звонили?

– Нет, а что?

– И Денис не звонил?

– Денис? Откуда? – страшно удивилась Даша.

– Понимаешь, я вдруг начала волноваться, позвонилаКрузу, а его мама сказала, что приехал Денис и Круз будет у него до утра. Онпроездом в Москве, решил повидать старых друзей…

– Странно… очень даже странно. Ты поверила? А Денису тыпозвонила?

– Нет, я решила сперва тебе позвонить…

– Оль, я сейчас попробую звякнуть Петьке, интересно,что мне скажут, и сразу перезвоню тебе.

– Хорошо, жду!

Даша набрала Петькин номер.

– Игорь Алексеевич, здрасьте, это Даша Лаврецкая! АПетя дома?

– Петя? Нет, он у Дениса. Денис в Москве проездом… А тыне в курсе? Они там, видно, мальчишник затеяли, – засмеялся ИгорьАлексеевич.

– Понятно! Спасибо, я туда позвоню! До свидания!

– Будь здорова!

Даша положила трубку и задумалась. Звонить Хованскому она нестала. Сразу набрала номер Дениса.

– Алло! – раздался голос его старшего брата.

– Борис Валентинович, добрый вечер, это Даша Лаврецкая!

– О, Дашенька! Рад слышать. Как дела? Как мама?

– Спасибо, все нормально. Борис Валентинович, а какдела у Дениса?

– Соскучилась?

– Да!

– Он там тоже здорово скучает. И, по-моему, почтивозненавидел меня за то, что я его отправил учиться за границу. Но сколькоможно бросать парня одного, да еще в таком опасном возрасте? Там он хоть подпостоянным присмотром… Хотя я тоже скучаю по нему. А он тебе не пишет?

– Было два письма, но не мне, а всем нам, всейкомпании…

– А ты сама ему напиши. Убежден, он будет страшно рад.

– Хорошо, напишу. Ну, извините, Борис Валентинович.

– Не за что. Привет маме!

– Спасибо, передам, – сказала Даша и положилатрубку.

Так, совершенно ясно – мальчишки решили не ночевать дома ипридумали себе легенду. Но зачем это понадобилось?

Она позвонила Оле.

– Ну что? – сразу спросила та.

– Коллективная врака! Я проверила, позвонила Денису иговорила с его братом. Денис в Англии.

– Что они задумали, Дашка?

– А я почем знаю?

– Но все же, что могло случиться?

– Надо думать, они в этом кафе узнали что-то такое…новое… и сейчас либо следят за кем-то, либо охраняют.

– Кого охраняют?

– Кабы знать… Но скорее всего Марию Силантьевну. Тоттип ведь явно ей угрожал…

– Что же нам делать?

– А что мы можем? Уже одиннадцатый час, из дому невырвешься. В принципе мы могли бы смотаться туда, к Марии Силантьевне…

– Нет, Даш, мы же не знаем, что они задумали, и можемвсе только испортить.

– Не исключено.

– А Стас дома?

– Нет. Зачем он тебе?

– Просто спросила. Думала, если он дома…

– То что?

– Не знаю…

– Думала, мы туда вместе двинем? – усмехнуласьДаша. – Да никогда! Чтобы он ночью взял меня неизвестно куда, неизвестнозачем?

– Да, правда…

– Олька, ты очень волнуешься?

– Как тебе сказать? Пока нет. Они там все-таки втроем…

– Ты уверена насчет Кирюхи?

– Уверена. Он их не бросит.

– Да, он надежный парень. Ну ладно, Олька…

– Даш!

– Что?

– Давай раненько утром туда съездим, а?

– Съездить можно, только как мы узнаем, что они ужедавно не дрыхнут дома?

– Тоже верно, – тяжело вздохнула Оля. – Нуладно, до завтра.

– Пока!

В начале первого в подъезд вошел молодой мужчина в чернойкожаной куртке со спортивной сумкой в руках. Двигался он бесшумно. Поднявшисьна лифте, он подошел к дверям квартиры Марии Силантьевны и прислушался. Былотихо. Дверь он открыл тоже бесшумно: он был специалистом высокого класса. И также бесшумно закрыл ее за собою. Свет в прихожей он включать не стал, а сразураспахнул дверь в спальню. Пригляделся. Прислушался. Когда глаза привыкли ктемноте, он различил на кровати тело, с головой укрытое одеялом. Недолго думая,он достал из сумки пистолет. Неторопливо навинтил глушитель и прицелился. Одинвыстрел, второй, третий! Звук показался ему непривычным, он шагнул к постели, итут взгляд его уловил легкую перемену освещения. Он посмотрел на окно ивскрикнул.

На балконе кто-то стоял, очень странно покачиваясь.Неимоверно высокого роста, весь в белом, но самое страшное – из глаз и ртавеликана вырывались язычки пламени.

– Что за черт? – прошептал убийца и впервые вжизни перекрестился, но очень неумело.

Однако страшное видение не исчезло. Убийце стало душно. Онсхватился за горло, уже позабыв о жертве, и стал пятиться к двери. «Надоудирать», – подумал он. Но не мог сдвинуться с места, парализованныйсуеверным страхом. И тут он заметил, что великан совсем бестелесный, но головапродолжает изрыгать пламя. Убийца сделал над собой усилие. «Надо уноситьноги, – решил он. – У меня глюки, такого не бывает!» И тут с балконадонесся тихий вой. Убийца тоже взвыл и кинулся к двери! Однако дверь почему-тоне открывалась. Его прошиб холодный пот. Что есть силы он рванул дверь, однакоона не поддавалась. А с балкона вдруг повеяло холодом. «Мне конец!» – подумалубийца. Но ему очень не хотелось умирать! И он бухнулся на колени.

– Господи, прости, прости мне мои грехи! Обещаю, есливыберусь отсюда живой, даже курицу не убью! Даже таракана! Господи, спаси ипомилуй! – бормотал он в трансе.

Но тут вдруг что-то произошло. Вспыхнул свет, и он не успелподнять глаз, как в шею ему ткнулся ствол автомата.

– Не двигаться! – прогремел чей-то голос, впрочем,вполне земной.