История одной истерии - Ирина Потанина

— Полиция изучала дневник? Ужас! — нахмурилась Настасья и тут же спросила как бы между прочим: — Кстати, а уничтожитель бумаг у нас в офисе имеется?

С тем, что скрывает от полиции сестрица, мы с Жориком решили разобраться позже.

— А через несколько дней, — продолжала я, — Иван услышал, как Артур, узнав о предстоящей командировке, канючит в телефон: «Ну Ларусь, ну котеночек, ну поехали! Мне нужна только ты. Ну же, поехали. Море, солнце. Устроим такие мокасины! Вмиг все забудется». Увы, разговор этот слышали не только коллеги, но и не вовремя заглянувшая проверить Артура «пацанка Алла». Как проходил разговор разгневанной Аллы и растерявшегося Артура, Ваня не слышал, но видел, как девчонка пулей вылетела из заведения и, бросив напоследок: «Когда мне рассказали, я даже не поверила, но теперь сомнений нет! Ты еще пожалеешь!» — кинулась прочь. И, кстати, сразу после этих событий все в театре заметили, что Алла с Ларисой открыто выражают взаимную неприязнь.

— Показания Ивана будем оформлять в отчет сейчас? — спросила я у Жорика, прикидывая, как бы успеть все закончить до назначенных Тигрой восьми часов.

— Давай сначала я расскажу все, что узнал за сегодня по Ларисе. Голые факты. Девушка пропала одновременно с отъездом Артура в Кемер. Накануне она писала в дневнике, что ее отношения с нынешним парнем охладели и ей не помешала бы небольшая эмоциональная встряска. Получив показания Ивана и почитав дневник девушки, полиция для очистки совести перезвонила в кемерский «Бульк» и выяснила, что официант Артур приехал с длинноногой блондинкой по имени Лара. Единственный подозрительный момент — Лариса отключила телефон, не предупредила родителей об отъезде и не выходит ни с кем на связь. Но, узнав все обстоятельства дела, родители Ларисы и сами уже были согласны приостановить поиски. Артур с Ларисой должны вернуться через неделю. Родители надеются, что тогда дочь им все объяснит, и не хотят демонстрировать свою осведомленность раньше времени. Им очень нравился доартуровский парень Ларисы, они не таясь мечтали о скорой свадьбе дочери, возможно, это и не позволило Ларисе им открыться.

Я смотрела на Жорика с большим удивлением — надо же, какое понимание женской психологии.

— Это не я придумал такую мотивацию, это психотерапевт, к которому обратились родители Ларисы. Он дал показания полиции, а я лишь пересказываю прочитанное. Жаль, снять копию опера в участке не разрешили — а еще друзья называется! — было бы красивое приложение к делу.

— С Ларисой понятно, — поторопила Георгия я. — А Алла?

— По Алле фактов куда меньше, но они тоже есть. Итак, режиссерша бьет тревогу, кричит, что Алла не могла исчезнуть, не предупредив никого в театре, и что ее наверняка похитили, но никак не может объяснить тот факт, зачем Алла накануне исчезновения собственноручно — и это видели ее соседки по общежитию — собирала дорожную сумку. Насколько я понимаю, люди складывают вещи и документы, когда отправляются в путешествие, а вовсе не готовясь к загадочному исчезновению, а? Вопрос о том, куда рванула Алла, остается пока открытым. Может, в деревню к родственникам залечивать раны, а может, в Кемер мстить Артуру. Нам главное доказать, что барышня уехала добровольно, и это мы, похоже, доказали.

Я вспомнила, как Зинаида Максимовна бранила утверждавшую это же полицию, и загрустила, понимая, что теперь режиссерша так же будет думать и обо мне. Но что поделаешь…

— С Ксенией дело обстоит почти так же ясно, как с Ларисой. Непонятно только, как можно быть такой… м-м-м… нелогичной. — Жорик проявлял чудеса корректности. — Во-первых, то, что записки с угрозами писала Ксения, подтверждено теперь официальной экспертизой. Во-вторых, кроме письма отцу, Ксюша еще кое-кого предупредила о предстоящем отъезде. Свою научную руководительницу в университете. Там такая строгая дама, что даже я бы предупредил, уж поверьте. Причем предупреждала Ксения и о своем отсутствии, и об отсутствии Ларисы одновременно. Девочки, как оказалось, вместе учились. Отпрашивалась Ксения примерно так: «Пожалуйста, не сердитесь, мы все потом сдадим! Я должна исчезнуть, иначе у Ларисы могут быть большие неприятности. Вернее, они у нее уже, но я не могу ничего объяснить. Вы же сами были молодой и понимаете — дела сердечные и все такое…» Научная руководительница, как ни странно, действительно была когда-то молодой, потому пошла девушкам навстречу, но все равно сегодня попросила меня напомнить им, что если до конца месяца необходимый проект не будет готов, то зачета студенткам не видать. Я думаю, Ксения планировала вернуться гораздо раньше, иначе почему бы стала клятвенно обещать, что обе они с Ларисой все сдадут в срок? Все сходится с твоим предположением о том, что, чувствуя себя виноватой, Ксения рванула в Кемер — то ли чтобы остановить Аллу, то ли чтобы вернуть Ларису, то ли чтобы сделать и то и другое, еще и помирив при этом девчонок. Прямо мать Тереза, а не Ксения.

— Но при чем тут глухонемой и Хомутов? — внезапно вспомнила я. — Ксения говорила отцу, что вся эта история как-то связана с музеем одного литератора.

— Понятия не имею, — пожал плечами Георгий. — Поговорим — выясним. Вариантов просто масса: Ксения могла нарочно сбивать отца с толку или, например, Хомутов был знаком с Артуром и… ну, не знаю… предоставлял свой музей для его свиданий…

— Фу! — скривились мы с Настасьей разом.

— Вот именно. Не будем лезть в такие дебри, — быстро постановил Георгий и перешел к самой желанной части своего рассказа. — Еще их руководительница просила меня передать полиции, что им в этой истории — незачет. А мне — зачет. Отчего опера не навели справки в университете, где учились пропавшие девушки? Я вот догадался, а они нет. Я не стал объяснять, что, когда Ксения решила сбежать, месторасположение Ларисы полиция давно уже установила и смысла в дополнительных справках не было. Не зная об этом, преподавательница считала свои показания очень важными и утверждала, что передала бы их полиции с большим энтузиазмом, она ведь много читает всякого криминального, издавна страдает любовью к детективам и всегда готова помочь…

— Понятно, охмурил строгую даму настолько, что она про любовь к детективам запела, а теперь хвастаешься, да? — хмыкнула я.

— Ну, есть немножко, — в буквальном смысле задрал нос Георгий. — Шутка ли, за два часа я получил всю раскладку по Ларисе от полиции, провел экспертизу почерка Ксении, поговорил с соседями Аллы по общежитию и разузнал о планах Ксении через университет.

— На что только не пойдешь, чтобы никто не заметил, что в нашем агентстве есть еще один толковый детектив! — не удержалась я.

— Хм… — подмигнул Жорик. — Дух конкуренции помогает мобилизоваться, я согласен. Но, знаешь что, я сдаюсь. И в знак примирения доверяю тебе самой внести последний штрих в это дело. Сейчас поставим тонкий следственный эксперимент. Готова?

— Что нужно делать? — Зная Жорика, я не соглашалась на кота в мешке.

— Всего лишь позвонить. Артуру в Кемер. По моим сведениям, на работе после ночной смены официанты раньше двенадцати дня не появляются, значит, он сейчас вполне может быть у себя в номере. Позвони, убеди его позвать к телефону Ларису и лично удостоверься в ее местонахождении.