Гелен Аму. Тайга. Пеонерлагерь. Книга 1 - Ира Зима

Несколько следующих дней не происходило ничего, кроме репетиций и прогонов нашей новой программы; и если ребята могли отдохнуть, так как мы репетировали все сцены блоками, то я вообще не выползала из «актового» зала. Кира появлялся пару раз, но толку с того было мало, я бегала туда-сюда, орала, прыгала и репетировала сама, так как мне предстоит выйти на сцену. Никаких «ролей» я себе не выдавала, это не зона моих талантов, мой выход в основе танцевальных заставок, так что дикострашных выступлений с речами я пока избежала. Но уже на следующей неделе «Отборочный тур», и на «встрече капитанов» мне предстоит остаться на сцене одной! Как я это пройду, пока и не думаю, иначе нервы сорвутся, возможно, я убегу домой, спрячусь под кровать и не вылезу оттуда до самой старости. В день «премьеры», когда весь лагерь встречал гостей, прогнали программу еще раз и, наконец, я признала, что мы готовы, осталось дотянуть до вечера, да и дел, отвлекающих от премьерной нервотрепки, осталось навалом.

«День Открытых дверей» — это сумасшествие с самого утра; в лагерь заехал караван автобусов, он добирался сюда почти всю ночь; родителей и родственников понаехало больше, чем самих отпрысков в лагере, куда ни глянь толпы и кучки, и их постоянные передвижения и миграции создают полный хаос. Чтобы хоть как-то контролировать эту ситуацию, в этот день традиционно проводят «Ярмарку». Десятки разных развлекательных площадок организованы по всему лагерю: на футбольном поле выступление гимнасток с показательной программой, на главной площади концерт от коллективов «Дома Культуры», у бассейна соревнования «Веселые старты» среди «младших» отрядов, повсюду поставили палатки с призами для тех, кто участвует в конкурсах.

Но после всех «утренних» и «дневных» мероприятий площадь освободили для занимательного ежегодного шоу; в центре установили высоченный столб под шесть метров, гладковычищенный, крашеный красным, с вертушкой наверху, увешанной бесценными для советского человека призами. Так я своими глазами видела наикрутейшие серо-белые кроссы, которые с помощью стремянки Полушкин вывесил на кольцо, и тут мне горько от сожаления, ну почему я не могу забраться на эту хрень?! На любую скалу и даже на девятый этаж по лоджиям могу залезть, но только не на гладкий столб, а кроссы мне очень даже не помешали бы! Полушкин разместил и остальные призы, тоже не дурные: миниплеер, кассетный магнитофон, оригинальный спортивный костюм, мечта любого дворового «корточника», и настоящие, не самопальные джинсы! Так что представить ажиотаж у этого мероприятия не трудно, и весь лагерь собрался вокруг аттракциона, если уж не выиграть, так порадоваться за другого русскому человеку всегда приятно. Мне вся эта беготня по культурным площадкам лагеря с организаторскими функциями порядком надоела, и я пристроилась у ларька с призами и выпросила у девчонок бутылку газировки «Байкал» без угадалок и прибауток, которыми тут положено вместо денег расплачиваться. Забралась с ногами на скамейку, чтобы стоять повыше и видеть получше, как очередной лихач пытается покорить «красный шест», но все тщетно, игроки стекают по налаченной деревяшке как по бобслейной горке, и призы не достаются пока никому. Из густой скученности и чужих спин ко мне вышел Кира, наконец мы можем пообщаться без суеты, но такими темпами наши отношения так и останутся фиктивными:

— Привет, стоишь как маяк, я тебя сразу заметил, и искать не пришлось! Завтра у нас игра, приедут и столичные тренеры, и из профессиональных команд, волнуюсь страшно. Придешь болеть? — девчонки из «третьего» отряда вручили газировку Кире просто так, без выпрашиваний, хоккеистов они любят явно больше, чем кавеэнщиц.