Две головы лучше - Светлана Алешина

– Вот и нет, – прошептала я, сердито глядя на небо, как нарочно, из голубого превратившееся в серый свинец. – Я сильная и большая. И не с такими проблемочками Саша справлялась, между прочим!

Странно, но это самовнушение оказало свое действие. Я пришла в себя, спрятала свой страх поглубже и отправилась прямиком к треклятому дому, в котором нашла приют целая банда отравителей.

* * *

«Коль скоро суждено навек уйти мне в дальние края, а я всего лишь человек, не из железа плоть моя, и бесконечно жизнь ничья не может длиться на земле…»

Однако мрачные стихи приходят мне на ум! Да и в душе моей звучит «Малагенья» – траурное песнопенье древних испанцев!

Я вздохнула. Дом уже был передо мной, загадочный и мрачный. Теперь загадочные орнаменты на цоколе казались мне каббалистическими знаками, призванными охранять чужое Зло, дабы сделать его бессмертным.

– «И бесконечно жизнь ничья не может длиться на земле», – шепотом повторила я строчки Вийонова творения. – Проще говоря, из земли пришед – в землю отыдеши… И совершенно не обязательно, что это пророчество относительно моего будущего. Нет уж, милые мои, потрясу я завтра ваш гадюшник, вот только сначала мне надо убедиться в моей правоте.

Открывшаяся дверь в подъезд заставила меня отпрянуть в тень. Надеясь, что я не очень заметна в этой нише, образованной стеной дома и оградой, я не сводила глаз с человека, вышедшего оттуда.

Он остановился, на мгновение глянул прямо в мою сторону, причем мне показалось, что он меня видит.

Я уползла глубже в тень.

Моя тревога оказалась напрасной – Таманцев просто искал в карманах перчатки. Найдя, он натянул их на руки и пошел вдоль улицы!

Естественно, я отправилась за ним. Не то чтобы меня разбирало бестактное и неуместное любопытство, куда может направиться человек в свободное время, а…

Но пока я умолчу об истинных причинах своего интереса к этой личности.

Все-таки презумпция – она и в Африке презумпция, без решения племени тебя каннибалы есть не имеют права…

Я могла ошибаться. Мне надо было взвесить все «за» и «против» и найти верное решение.

Увы, я не Ниро Вульф, и, чтобы понять истину, мне недостаточно глубокого размышления. Нет у меня такого дара, хоть тресни!

Поэтому иногда приходится работать больше ногами, чем головой. Что я сейчас и проделывала, идя за Таманцевым вдоль проспекта, иногда ныряя в подъезд или прячась за угол, чтобы он меня не заметил.

Пока его маршрут был невинен. Он зашел в магазин «Искусство», купил там какую-то книгу, которую теперь нес в пакете. Потом закурил, для чего ему пришлось приостановиться.

Я начала сомневаться в целесообразности моей прогулки с этим типом, как вдруг резко остановилась.

Нет, ничего криминального в этой встрече не было. Просто встретились двое соседей по дому.

Несмотря на то что меня безумно интересовало, о чем эта пара разговаривает, я никак не могла подойти ближе!

Кусая губы от обиды, я дождалась, когда они расстанутся. После этого продолжила наблюдение за моим «объектом».

Он попрощался с Ириной Тимофеевной галантно, склонившись в легком поцелуе ее натруженной руки в бриллиантах, и быстрым шагом направился к зданию главпочтамта.

«Черт, – пробормотала я про себя. – Похоже, Лиза абсолютно права. Мы имеем дело с какой-то бандой. И, видимо, все их злодеяния таинственным образом связаны с почтой!»

* * *

– Ничего он не сделал особенного, – рассказывала я час спустя Пенсу. – Представляешь – я, как последняя идиотка, изображала из себя «агента 007», прячась за пальмами, а он всего-навсего отправил книгу! Ту самую, которую приобрел в магазине «Искусство»! Похоже, я ошибаюсь…

– Ну, это зависит от звонка, ошибаешься ты или нет, хотя…

Пенс задумчиво посмотрел на меня.

– Ты уверена, что обо всей этой истории с загадочными звонками нельзя поговорить с Лариковым?

– Нельзя, – отрезала я. – Даже рассказывая тебе, я здорово рискую. Но не рассказать кому-то я просто не могла – я бы с ума сошла от раздумий, и ничего бы мне в голову не пришло!

Я действительно так устроена – когда я начинаю думать обо всем в одиночку, у меня происходит полное обледенение мозгов, поэтому мне непременно надо с кем-то посоветоваться.

– Но вот что у меня вышло, когда я пыталась все это разложить по полочкам: из Таманцева никак не получается убийца!

– Почему? – удивился Пенс. – Если прикинуть, очень даже получается! Оружие у него наверняка имеется, так как он выходец из ментовских рядов… Стрелять тоже умеет. Плюс ко всему полный гад. По-моему, лучшего убийцы тебе не сыскать, Сашенька!

– Он дружен с Ириной Тимофеевной, – мрачно сказала я, понимая, что Пенс абсолютно прав: по душевным качествам мерзопакостный Таманцев так и просится на роль убийцы. И голос у него похож!

– И что из этого следует?

– Из этого следует только одно – Ирина Тимофеевна к убийствам Байсарова и Барышникова непричастна! Она явно напугана ими, более того – она пришла к нам с прямым требованием срочно отыскать этого проклятущего убийцу, и поэтому вряд ли она стала бы так задушевно разговаривать с Таманцевым!

– А если она не знает?

Пожалуй, он был прав.

Действительно, вполне может не знать бедная Ирина Тимофеевна, что это Таманцев строит козни!

– Ну хорошо, – согласилась я. – Оставляем Таманцева. И вообще – все выяснится завтра. Ты ведь мне поможешь, а?

Я умоляюще смотрела на него. Прекрасно осознавая глубину своего эгоизма, я все-таки ужасно хотела, чтобы Пенс был неподалеку от меня в такую трудную минуту.

– Конечно, – кивнул он. – Только на твоем месте я бы все-таки посоветовался с Лариковым. Иначе как ты собираешься вызвать эту вашу бедную Лизу к главпочтамту?

– Это не проблема, – отмахнулась я. – Тем более…

В мою дверь позвонили. Мы с Пенсом переглянулись. От мрачных перспектив завтрашнего дня все представало нашим глазам в мрачных тонах.

– Кто бы это мог быть?

Я пожала плечами и отправилась открывать дверь.

На пороге стояла Лиза Борисова собственной персоной.

* * *

Она прошла в комнату и как ни в чем не бывало уселась в кресло, глядя на меня выжидательно.

«Ну, – говорил ее взгляд. – Я прекрасно все поняла. Ты безумно хочешь сейчас, чтобы я ушла, предоставив тебя мрачным мыслишкам».

Да, я действительно этого хотела. Тем более что Пенс даже не пытался скрыть восторга перед этой прелестницей.

– Привет, – наконец нарушила она тишину. – Надо думать, ты не ожидала увидеть меня в своем жилище?

– Откуда ты узнала, где я живу?