Пусть проигравший плачет - Марина Серова

Я металась по квартире, как узница замка Иф, которой перекрыли подземный ход. Честное слово, такого дельца у меня еще не было! Подумать только — все приходят, что-то мне рассказывают, а я лишь еще больше запутываюсь! Почему, ну скажите же, им так дорог этот стилет?

«Успокойся вот и подумай, — присоветовал мне внутренний голос. — Хочешь, я тебе объясню, что с тобой происходит? Опасность угрожает Ритке, ты дергаешься, а в результате твой мозг просто не в состоянии работать нормально. Полученные сведения путаются, расплываются, превращаются в гречневую кашу, и ты не можешь отделить зерна от плевел. Забудь о Ритке на несколько минут, сядь, возьми косточки и пораскинь мозгами! Они ж как раз для этого и существуют!»

— Конечно, — уныло сказала я. — Если бы еще можно было забыть про Ритку…

«Таня! — строго молвил голос. — А как же ты ей поможешь? Метаниями по комнате и полным сумбуром в мыслях и действиях? Ты даже чертову бумажку не можешь найти…»

Бумажка! Черт, черт, черт! Как я могла забыть?

Я опять начала раскапывать залежи бумаг рядом с телефоном. Там же был адрес, записанный Риткой! Куда я его запихнула?

Я была близка к истерике. Потому что чертов листок с Риткиными иероглифами абсолютно не желал попадаться мне на глаза. Есть у вещей такое свойство — сначала они мозолят вам глаза, упорно попадаясь под руку, а когда ты наконец понимаешь, что они тебе очень нужны, — бац, и нету их!

И я решила последовать совету моего умного «альтер эго» и уселась в кресло, катая косточки.

Через минуту картинка начала вырисовываться. Сначала смутные очертания немного прояснились, во всяком случае, я уже твердо знала, в чем мне солгали. Потом появились образы, совершенно ясные и понятные. То есть мотивы облеклись в форму, и я почти наяву увидела, как вся эта история начиналась. Дело за малым — найти Риткину записочку. Поскольку по этому вот адресу я могла узнать, где, собственно, обретается мой «виновник торжества».

— Господи, какая жалость, что вы не можете подсказать мне конкретно, где спряталась эта бумажка! — с горечью сказала я костям.

Они прыгнули и покатились по столику раньше, чем я успела понять, как же это у них получилось.

Застыли.

Я протянула руку и подняла их.

29+22+12.

«Ваше место там, куда влечет сердце. Там же Вас ждет и благополучие».

И куда же меня может влечь сердце? Вот, например, оно уже давно влечет меня на остров Пасхи. Очень уж любопытно посмотреть, не сдвинули ли с места этих огромных истуканов? Стоят ли они все так же, как их расставил Люцифер, или нашелся человек, посмеявшийся над его задумкой? Еще сердце влечет меня в Италию, поскольку нет ничего лучше в жару, чем кататься в гондоле по Венеции… Но ни на острове Пасхи, ни в Венеции Ритка не была. Я тоже, разве что во снах. В сны я с собой записки не беру. Значит, меня должно влечь куда-то поближе. Ах, конечно…

В кухне свистел чайник. Я же собиралась воспользоваться передышкой и выпить кофе! Как я могла забыть… Кофе — вечное влечение моего сердца… Кофе. Влечение.

Я побежала на кухню и подняла банку с «Бразеро». Йес!

Под ней лежал тот самый листок…

Простите, но теперь сердце влекло меня в сторону Первого Прокатного проезда.

* * *

— Почему бы тебе не объяснить мне, что происходит? — спросила Ритка у Павла. Он вскинул на нее глаза и передернул плечами.