Крайняя мера - Марина Серова

Митя с Ольгой внимательно смотрели ему прямо в глаза. Я пока что молчала.

— Вы уже встречались с Усовым? — нарушив неловкую паузу, спросил Жорж. — Он вам помог в ваших проблемах, надеюсь? О моей просьбе не забыли?

И на эти вопросы тоже не последовало ответа. Эта обстановка явно тяготила Жоржа, и он не знал, как ему следует себя вести.

Наконец Митя подал голос:

— Точно, это он. Фигура, руки, все сходится. Я должен был узнать его еще в парке, когда он коляску вез. Хоть и в маске, и в перчатках, а большой палец у него слегка в первом суставе согнут, когда он что-то в руке сжимает. Это у меня профессиональное зрение…

— Какое зрение? Что сжимает? — заверещал Жоржик. — Что вы, в конце концов, делаете в моем доме? Я сейчас милицию вызову.

— Давай, звони, — предложила я, снимая трубку телефона. — Хочешь, я сама сейчас ноль-два наберу? Нет? Ну, как хочешь.

— Что вам нужно? — через силу спросил Жорж. — Если вы деловые люди, так давайте говорить по существу и, пожалуйста, без прессинга.

— Без прессинга не обещаю, а разговор мы сейчас начнем. — Я присела напротив Жоржа на журнальный столик и одной рукой взяла его за конец галстука. — Нам с Дмитрием Владимировичем не терпится узнать, какая сука заказала тебе его убийство.

— Ничего не понимаю! Это шантаж! — продолжал Жорж. — Давайте поедем к Усову, черт с вами, пусть он меня уволит, но я в конце концов хочу, чтобы вы отстали от меня раз и навсегда!

— Сдается мне, парень, что ты большой хитрец, — прищурилась я. — Ну были мы у твоего босса, ну сказал он нам, кто интересовался моим клиентом. Но мы эту цепочку раскрутили до конца, и оказалось, что только зря потеряли время. Я думаю, дело обстояло так.

Я закурила из лежащей рядом пачки. Сигарета оказалась норвежской, крепкой, с характерным хвойным привкусом.

— Ты, — я ткнула сигаретой по направлению к Жоржу, — получил от кого-то заказ: убить Дмитрия Владимировича Корнелюка.

Сигарета на секунду переместилась по прямой линии к Мите и снова вернулась к моему рту.

— Ты выследил скрипача и попытался зарезать его в подворотне. Но тебе помешала компания неформальной шпаны, да и, честно говоря, не готов ты был для такой работы. Вторая попытка тоже не удалась, а, казалось, все должно пройти тип-топ. Твоя подружка, — сигарета дернулась в сторону кухни, — говорит тебе, что Ольга намерена провести приятный вечер с Димой, а то у них все как-то со скрипом движется. Ведь женщины довольно откровенны друг с другом, а тебе только и дела-то было, что направить разговор в нужное русло. Эту новость ты воспринял, как подарок судьбы. Отзвонив Ольге, ты измененным голосом наплел ей какую-то чушь, и она в ярости ушла из дома. Дима торчал перед закрытой дверью, а потом пошел гулять на набережную, где ты и попытался утопить его в матушке-Волге.

— А если бы Ольга не ушла? — вдруг хрипло спросил Митя из своего угла.

— Тогда бы Жорж попробовал достать тебя по пути к ней, — предположила я. — Наверняка он следил за квартирой. Я не ошибаюсь, Жорж? Молчишь? Ну молчи пока, говорить-то все равно рано или поздно придется.

Я загасила сигарету и, сложив руки на груди, продолжала излагать свою гипотезу:

— Тогда ты решил в свою очередь кого-нибудь нанять. Похоже, тебе приглянулся Федя — он хоть и опустился порядком, но все же бывший спецназовец, мог и справиться с задачей. Да и денег бы взял немного. А тут тебе новый подарочек — босс просит тебя найти человека, который собрал бы информацию о Корнелюке для кого-то из его знакомых. Ты ему Федю и порекомендовал.

— Думал подстраховаться таким образом? — снова подал голос Митя.

— Ага, — ответила я. — Если что сорвется — спрос с Усова или с его приятелей. А Жоржик остается в тени, тем паче что Федю тоже можно устранить после того, как он сделает свое дело. Но тут возникаю я, и все идет насмарку. Федя мертв, дело начинают раскапывать, и Жоржик пускает в ход давно приготовленный ложный след, ориентируя нас на Усова. Пока мы там будем искать, пока-то мы разберемся, что к чему, можно будет что-нибудь придумать. И еще неизвестно, чем наши поиски закончатся.

— Он был не так уж и не прав, если вспомнить все приключения, — вздохнул Митя.

— Точно, — подтвердила я, снова поворачиваясь к побледневшему Жоржику. — Но пока что судьба на нашей стороне. Так что давай, голубчик, колись, если не хочешь, чтобы с тобой случилось что-нибудь неприятное. Я уже говорила, что могу подключить Николая Крюкова, а уж он-то, если узнает, что ты косвенно виновен в смерти его брата, поговорит с тобой по-другому. Итак?

— Хорошо, — упавшим голосом произнес Жорж. — Я все расскажу.

— Отлично, — похвалила я его. — Начинай по порядку, а мы тебя послушаем.

— Я…

Это было все, что мы услышали. Надо отдать Жоржу должное — он оказался неплохим актером. Он разыграл загнанного зверя, тут же дал понять, что намерен все выложить, как на духу, а сам…

А сам, произнеся одно только слово, да и то предельно короткое, вдруг сорвался с места, с неимоверной прытью бросился в коридор и рванул из квартиры вниз по лестнице. Я метнулась следом за ним, успев крикнуть на ходу Мите с Ольгой:

— Сидеть и ждать!

А что им еще оставалось? За мной бы им все равно не угнаться, а что касается Жоржика — то он бежал на предельной скорости.

Видя впереди себя его мелькающую спину, я поняла, что Жорж скоро выдохнется. Пока что силы ему придавал инстинкт самосохранения, но ведь есть и предел, правда? Тем паче что спортивная подготовка у Жоржа была не ахти, да и обуться он не успел, оставив туфли сброшенными в коридоре. Так что еще несколько минут — и он мой!

Расстояние между нами стало неизбежно сокращаться. Жорж бежал не оглядываясь, но слышал за своей спиной топот моих ног. Это, конечно, стимулировало его бег, но я уже понимала, что парень начал сдавать.

В отличие от Жоржа я экономила силы и теперь могла позволить себе бежать чуть быстрее, а замах ног делать чуть шире. Еще чуть-чуть, совсем капельку… Ну же, ну, я же вижу, что он уже задыхается!

Мне оставалось сделать последний рывок. Вот сейчас я должна была с силой оттолкнуться от земли и броситься Жоржу на плечи, словно лев на добычу, повалить его на землю и, усевшись на груди, бить по лицу до тех пор, пока он не назовет мне имя.

Я бы все это и проделала, если бы не грузовик. «КамАЗ», который невесть куда мчался по безлюдным улицам, выскочил из-за поворота как раз в тот момент, когда Жорж перебегал улицу.

Мне пришлось затормозить, увы, в отличие от «КамАЗа». Я от всей души желала Жоржу беспрепятственно пересечь эти двадцать метров, но злодейка-судьба распорядилась иначе.

Я хорошо видела, как споткнулся Жорж, как он упал, неловко вытянув вперед руки, как раз под переднее колесо. Машина, визжа запоздалыми тормозами, буквально размазала его по асфальту. Я сочла за лучшее не обнаруживать своего присутствия, молча развернулась и пошла обратно.