Женщина-загадка - Марина Серова

Через полтора часа я сидела в своей квартире, завернувшись в пушистый плед, и пила крепкий кофе из любимой чашки.

Разговор с Лисицким занял больше времени, чем я рассчитывала. Моим надеждам застать в агентстве одну из сестер и попытаться выяснить, с кем она сегодня общалась на повышенных тонах, не суждено было сбыться. Кабинет, где работали сестры и еще две девушки, встретил меня пустотой и темнотой. Тогда я поехала в больницу, рассчитывая застать там моего тайного агента – бабу Дусю. Не увенчалось успехом и это предприятие. В больнице мне сказали, что баба Дуся сменилась в пять часов и появится теперь только в восемь утра. Я нашла дежурного врача, предъявила ему удостоверение и поинтересовалась состоянием Морковкиной. Врач отболтался от меня дежурными фразами: все без изменений, состояние средней тяжести, больная стабильна. Выпалив все это на ходу, в коридоре, он поспешно убежал по своим делам. Я побродила еще немного по больнице, в надежде встретить где-нибудь в укромном уголке бабу Дусю. Даже посетила ее «апартаменты». Бабой Дусей нигде и не пахло. Вот вам и постоянный присмотр! Да, в наши дни никому нельзя доверять, тем более тем, кто обещает выполнить все в лучшем виде. Пришлось мне смириться с неудачей и отправиться домой.

И вот теперь я сидела и пыталась свести воедино новые и старые факты. Вопрос о самоубийстве Алисы можно закрыть – почти наверняка. В деле отсутствуют все неизбежные атрибуты данного действа. Предсмертной записки нет. Незадолго до смерти Алиса сообщила Кущину о принятом ею решении – уехать из города далеко и надолго. Кроме того, девушка взяла с него слово – в случае неожиданного несчастья – обратиться за помощью к детективу. Ко мне… Также вызывает подозрение факт недавнего нападения на Морковкину – сразу же после похорон Алисы. Но самое, на мой взгляд, неоспоримое подтверждение того, что девушка вовсе не добровольно рассталась с жизнью, я получила сегодня по дороге домой. Сидя за рулем и размышляя о событиях последних дней, я вдруг задумалась над простым до гениальности вопросом. Я просто диву далась – как же я до сих пор упускала этот момент из виду? Я быстро набрала номер лейтенанта Петрова и получила удовлетворительный ответ. После этого последние сомнения исчезли. Дело в том, что в приемной Алисы Харьковой не было обнаружено упаковки, в которой могла бы храниться злополучная трава – до того, как ее заварили в чашке. Ни коробки, ни пакетика, ни бумажного кулечка! Ни в шкафу, ни в мусорном ведре, ни на столе погибшей не было ни следа тары из-под ядовитой травы. Но ведь не могла же девушка принести траву в кулаке или хранить ее, просто разложив листья на полке? Да и в этом случае следы пребывания в каком-либо месте ядовитого растения обнаружили бы. Мусорное ведро, как сообщил мне Петров, было заполнено лишь на четверть. Местная уборщица, баба Даша, пояснила, что она забирает мусор из ведер три раза в неделю. Делает она это в конце рабочего дня. Или если кто-то ее лично попросит. Новая уборщица с выносом мусора вообще не заморачивается. Вот и выходит, что мусор – на месте, а упаковки от травы – нету! А предположение, что Алиса специально отнесла упаковку в общественную уборную и там уничтожила ее, слишком уж мудрено выглядит. Значит, тару, в которой хранилась трава, унес убийца. А почему? Да потому, что она явно указала бы на него! Эх, жаль, эти олухи из опергруппы не догадались сразу провести обыск всех помещений и досмотр всех сотрудников фирмы. Сколько времени сэкономили бы! Хотя убийца мог сразу же вынести пакет из здания и уничтожить его, еще до приезда полиции.