Свидание с небесным покровителем - Ольга Володарская

Решительно развернувшись, Марго заспешила к бунгало Инессы.Подойдя к нему, она толкнула дверь. Та оказалась заперта. Марго постучала.Ответом ей была тишина. Поколотив в створку еще и вновь не дождавшись ответа,Марго проследовала к окну. Шторы были задернуты, но не до конца. Маленькая щельпозволила Марго увидеть часть комнаты. И именно ту часть, где стояла кровать.На ней лежала Инесса. Судя по первому взгляду, она спала, чуть повернувшись набок, скрестив руки и уткнувшись лицом в подушку.

– Инесса! – крикнула Марго и забарабанила встекло. – Проснитесь, уже одиннадцатый час!

Инесса не пошевелилась.

Марго отошла от окна. Присела на качели и достала сотовыйтелефон. Набрав номер свекра, поднесла трубку к уху и, как только Базильоткликнулся, забыв поздороваться, выпалила:

– Кажется, с моей соседкой беда.

– Что с ней? – Базиль тоже не стал тратиться налишние слова.

– Не знаю, похоже, спит, но…

– Но?

– Не может она спать в такое время.

– Речь о той черепахе Тортилле, с которой ты ходишь встоловую? Она вчера на дискотеке мне о тебе все уши прожужжала…

– Ну да, – ответила Марго, запоздало удивившисьтому, как это она не заметила явного сходства Инессы с Тортиллой в исполненииРины Зеленой.

– Сейчас прибегу, – бросил Базиль и отсоединился.

Марго едва успела убрать телефон, как увидела свекра. Находу дожевывая пирожное, он бежал по аллейке в направлении бунгало Инессы. Втысячный, пожалуй, раз Марго подивилась его прыти. Это ж надо в семьдесят летбыть таким энергичным! Бежит так легко, будто молодой. Да и выглядит отлично,хотя и седой весь и морщины у глаз глубокие. Зато сами глаза как две маслины. Акак горят, когда Базиль смотрит на женщин! Перед таким взглядом мало кто устоятьможет. Марго, к примеру, сама чуть в Базиля не влюбилась, когда с нимпознакомилась. Спасло ее только то, что Голушко не воспринимал ее каксексуальный объект (женщины моложе пятидесяти его не интересовали), а относилсяк ней с отеческой теплотой, и так как Марго в детстве была лишена мужскойзаботы, то стала воспринимать Базиля именно как папочку. Она и называла егопапой, а он ее – дочей или Гошей (от Маргоши) и опекал чуть ли не больше, чемродного сына. Но если Митрофана эта опека напрягала, а порой и злила, то Маргонисколечко. Ей была чертовски приятна его забота.

– Привет, папуля, – вспомнила о приличиях Марго,когда Базиль к ней подлетел. – Извини, что оторвала тебя от завтрака…

Тот отмахнулся и протянул руку Марго, чтобы помочь ейподняться. Она встала с качелей и подвела свекра к окну. Базиль заглянул зазанавеску и нахмурился.

– Ну, что скажешь? – спросила Марго.

– Будто бы не дышит, – ответил свекор. – Но яне уверен…

– Надо звать слесаря или плотника, да? Чтоб дверьвскрыл?

– Без разрешения руководства он ничего делать небудет, – покачал головой Базиль.

– Тогда пошли в администрацию…

– Подожди! – остановил ее Василий Дмитриевич.Затем, задрав голову, посмотрел на балкончик мансарды. – Там дверь незакрыта…

– И что?

– Я влезу…

– С ума сошел! – ахнула Марго. – А еслиупадешь?

– Не упаду, – усмехнулся Базиль и, подтянувшись,встал на ограждение веранды.

– Папа, прекрати! Ты не в том возрасте, чтобы строитьиз себя человека-паука! Вдруг нога соскользнет? Или рукой не дотянешься? Слезайнемедленно!

Но Базиль ее не послушал. Ловко подтянулся на руках и черездесять секунд оказался на козырьке веранды. А оттуда добраться до балкона былоуже плевым делом. В общем, не успела Марго по-настоящему испугаться, как Базильпреодолел расстояние до двери.

– Ну вот, а ты боялась! – крикнул он ей сбалкона. – Все, я пошел!

Он скрылся из виду. Марго тут же припала к стеклу и сталаждать, когда свекор появится в комнате. Не прошло и минуты, как Базиль оказалсявозле кровати и склонился над Инессой. Сначала он просто стоял и смотрел нанее, затем приложил кончики пальцев к шее, нащупывая пульс. Судя по тому, чтоБазиль покачал головой, его не было.

Марго стукнула в окно, призывая свекра поскорее открытьдверь и впустить ее. Но Базиль на стук не среагировал. Более того, он отошел откровати и двинулся в обратном направлении: то есть не к двери, а к лестнице,ведущей наверх.

Ничего не понимая, Марго запрокинула голову и посмотрела набалкон. Как она и думала, Базиль был уже там. Крепко держась за перила, онперебрасывал ноги через бортик.

– Тебе что, через дверь не выходилось? –напустилась на него Марго, которой казалось, что спускаться даже опаснее, чемподниматься.

– Эх ты, ментовская жена, – откликнулся Базиль,спрыгнув на козырек. – Разве не знаешь, что на месте преступления лучшеничего не трогать?

– Знаю… – И тут же испуганно спросила: – А что,Инессу убили?

– Все может быть… – Он спрыгнул на землю. –Хотя на первый взгляд это очередное самоубийство.

– Еще одно?

– Вот-вот, просто эпидемия какая-то… – Базиль выудилсвой допотопный телефон, который пора было выбросить еще лет пять назад, но онпитал к этому древнему аппарату необъяснимую слабость и не расстался с ним дажепосле того, как Марго подарила ему на день рождения новый. – Митепозвоню, – сообщил он ей и стал набирать номер сына. Когда тототкликнулся, Базиль сообщил: – У нас тут еще один покойничек…

Марго услышала, как Митрофан застонал, после чего спросил:

– Кто на этот раз?

– Гошина соседка.

– Инесса! – крикнула Марго.

– Что с ней? – спросил Митрофан. – Хотя дайтеугадаю… Покончила жизнь самоубийством?

– Типа того, – мрачно буркнул Базиль. – Изаписочку оставила, как положено…

– Что она с собой сотворила?

– Снотворным отравилась, – ответил сыну отец.

– Чем отравилась? – прервала его Марго, цепкосхватив за рукав.

– Снотворным, – повторил Базиль. – Ее сумкастоит возле кровати. Из нее вынута аптечка (вернее, лекарства хранились встарой косметичке), а чуть поодаль валяется пустая банка из-под снотворного… Ядаже название его прочел. «Нитразепам» называется! Приняла, наверное, лошадинуюдозу и…

– Не могла Инесса отравиться снотворным! –вскричала Марго. – По крайней мере, самолично!

– Почему?

– Да потому, что у нее на него была аллергия! И в ееаптечке его никак не могло быть!

– Слышал? – спросил у Митрофана Базиль.

– Слышал, – выдохнул тот. – А теперь дай моейжене трубочку.