Свидание с небесным покровителем - Ольга Володарская

«Я не хочу отсюда уезжать! – Эта мысль буквальнообожгла Габриеля. – Останусь! И буду тут жить… Рядом с этим бескрайнимводным простором!»

Приплыв на берег, он сидел на пляже до тех пор, пока ненаступила ночь. Но и в темное время суток море завораживало Габриеля. Возможно,даже больше, чем в солнечный день. Оно так лениво плескалось, так матовоблестело, так играло там, где его перечеркивала лунная дорожка…

Когда стало нестерпимо холодно, Габриель поднялся в горы,чтобы развести костер и погреться. С собой у него было немного заварки и черствыйхлеб. Парень сделал себе чай, пожарил гренок. Поев, уснул под открытым небом. Апоутру вновь побежал на пляж.

В таком режиме прошло все лето. Пора было возвращаться вМоскву. Габриелю не хотелось! Но он понимал, что зимой тут не выживет,просто-напросто замерзнет. Да и без брошенных туристами пивных бутылок тугопридется. Где брать деньги на хлеб и чай? В общем, пора было собираться вдорогу. Габриель уже собрался, купил обратный билет (пришлось продать часы –подарок отца на шестнадцатилетие). И в день отъезда пошел проститься с морем.Стоял на берегу, смотрел вдаль и тут почувствовал какое-то странное томление…Как перед тем, когда впервые увидел море… И вдруг…

По берегу со стороны поселка шла женщина. Высокая, дородная,смуглая, в простом хлопковом халате, полы которого трепал ветер, оголяяпотрясающие ноги. С шоколадными глазами. С волосами цвета темного каштана. Сгубами такой формы, будто она постоянно пьет из невидимого источника инаслаждается этим…

Прекрасная незнакомка прошла мимо Габриеля, даже не заметивего. На пирсе ее ждал какой-то мужчина, судя по виду, курортник. А вот онаопределенно была местной. У женщин, живущих в благодатном климате Крыма,какая-то невероятная кожа, будто светящаяся изнутри. И телом они богаты. Нетолсты, а крепки, аппетитны. Однако такой дивы, как эта незнакомка, Габриелюеще видеть не приходилось. Она была воплощением женственности… И здоровойсексуальности! Когда женщина (далеко не юная, навскидку ей было чуть затридцать) страстно припала к мужчине, даже Габриеля, находящегося на расстояниидесяти метров, обдало жаром. А вот тот, кого она горячо целовала, своегосчастья не понимал. Он отвечал девушке чисто механически, а когда онаотстранилась, хлопнул ее по крутому бедру, махнул рукой и удалился.

Проводив его взглядом, нимфа развернулась и побрела обратно.На ее глазах блестели слезы, а прекрасные губы были плотно сжаты. Проходя мимоГабриеля, девушка покачнулась и едва не упала в воду, но он ее подхватил. Онане поблагодарила его и даже не взглянула – так была погружена в своипереживания. А когда заговорила, то не с Габриелем, а сама с собой.

– И этот уехал, не оставив адреса, – прошепталаона, в изнеможении опускаясь на гальку. – А ведь говорил – это некурортный роман, это любовь… Мы не расстанемся! Мы будем вместе… – Девушкаобратила заплаканное лицо к Габриелю, но смотрела сквозь него. – Сколькоих у меня было, и не упомнить… Одни обещали увезти меня с собой, другиеостаться здесь со мной… И хоть бы раз… Хоть бы кто-то сдержал слово…

Голос ее сорвался. Девушка уткнула лицо в ладони иразрыдалась.

– Я останусь с вами, – выпалил вдругГабриель. – Я б позвал вас с собой, но сам живу в студенческом общежитии…Да и нечего вам делать в городе… Вы созданы именно для этих мест…

Она подняла лицо и впервые осмысленно посмотрела наГабриеля. Увидев перед собой худощавого паренька в старенькой футболочке иизношенных до дыр кедах, горько рассмеялась. Затем махнула на него рукой,поднялась и пошла прочь.

В тот день Габриель сдал свой билет. На все полученные вкассе деньги купил цветов и конфет и отправился в поселок. Дом, где жиладевушка, он нашел быстро (поспрашивал у местных жителей, они подсказали),постучал в дверь. Ему не открыли. По всей видимости, никого не было дома. ТогдаГабриель сел на пороге и стал ждать возвращения Оксаны (оказалось, ее звалиименно так).

Девушка явилась только на следующий день. Она была подхмельком и выглядела совсем не так, как в первый раз. В нарядном платье, сзавитыми волосами, ярко накрашенная, она казалась старше своих лет и совсем ненапоминала нимфу. В одной ее руке была зажата полупустая бутылка шампанского, ав другой она держала… сверток с грудным ребенком.

– Ну-ка, возьми, – скомандовала Габриелю Оксана,передавая ему младенца. Когда парень осторожно принял из ее рук сверток, онадостала из-под половицы крыльца ключ. Отперла дверь и сказала: – Заходи!

Габриель зашел вслед за хозяйкой. Оксана взяла у негоребенка и положила его в кроватку.

– Ваш? – спросил Габриель.

– Мой, – ответила она. – Вернее, моя, этодевочка… С собой пришлось в город брать, там есть с кем ее оставить… А тутникого близкого…

– Как зовут малышку?

– Кира.

– Красивое имя…

– Ты че приперся? – грубо спросила она. –Рассказали, что я честная давалка, и ты решил, что тебе что-нибудьобломится? – Оксана хлебнула шампанского прямо из горлышка и злосощурилась. – А вот хренушки! Одному уже сегодня не дала – и тебе необломится… Молокосос еще!

– Вы конфеты любите?

– Чего?

– Конфеты, – повторил он, протягивая Оксанекоробку «Метеорита». – Еще цветы были, но они завяли… Пришлось выбросить,а то некрасиво как-то с такими… к даме!

– Господи боже ты мой! – то ли расплакалась, то лирассмеялась она. – К даме! – Еще один глоток из бутылки. – Дакакая я тебе дама, чудак? Ребенка вон и то не знаю, от кого нагуляла…

– Это не важно!

– Катись отсюда, а?

– Вы устали, я понимаю… Если хотите, я уйду. Но завтраобязательно вернусь. И буду ходить, пока вы мне не скажете «да»…

– Какое еще «да», мальчик?

– Когда я попрошу вас стать моей женой!

Она посмотрела на него с жалостью:

– Так хочется потрахаться?

Теперь был его черед одарить ее таким же взглядом.

– Я вас люблю. И хочу быть с вами. Если вы не хотите,то можно без секса. Для меня он не имеет большого значения…

Оксана опустила голову на сложенные на столе руки ирасплакалась. Габриель хотел подойти к ней, чтобы успокоить, но она непозволила.

– Оставь меня одну! – выкрикнула гневно. – Иконфеты свои дурацкие забери – не люблю я сладкого!

Габриель вынужден был уйти (естественно, без конфет), но ужена следующий день пришел к Оксаниному дому вновь. Его прогнали прочь. Какпрогоняли еще много-много раз.

Наступила осень. Не календарная, а самая настоящая: следяным ветром с моря, штормами, низкой температурой. У Габриеля из теплыхвещей был только свитер. Хорошо хоть удалось найти на свалке старое одеяло идиванную спинку. Из этого добра он соорудил шалашик. Там и ночевал. А утром,как на работу, шел к дому Оксаны. В любую погоду. При любом самочувствии. Дажекогда у него температура подскочила и кашель раздирал легкие, он шел к ней,своей мечте. Но наступил день, когда он не смог добраться до заветного крыльца.Упал возле калитки, потеряв сознание.