Второй удар гонга - Агата Кристи

– Тео!

От неожиданности Винсент Истон в восторге вскочил с места. Она осталась стоять на пороге. На плечах у нее была накидка белого горностая. Никогда, подумал Истон, никогда она еще не была так красива.

– Ты все-таки пришла!

Она подняла руку, остановив его жестом.

– Нет, Винсент, это не то, что ты думаешь, – тихо и быстро проговорила она. – Меня прислал муж. Он думает, у тебя есть какие-то документы, которые могут его погубить. Я пришла за ними.

Винсент спокойно взглянул ей в лицо. Потом коротко рассмеялся.

– Так вот оно в чем дело! Позавчера мне сразу показалось, будто я слышал где-то это название, «Хобсон, Джекилл и Лукас», но тогда я не вспомнил где. Кроме того, я не знал, что твой муж имеет какое-то отношение к этой фирме. Меня действительно просили здесь кое-что выяснить. Но я решил, что проворовался кто-то из мелких служащих. Мне в голову не пришло заподозрить человека с таким положением.

Тео промолчала. Винсент вопросительно взглянул на нее.

– Но это ничего не меняет, не так ли? – спросил он. – Тебя не останавливает то, что твой муж… э-э… мошенник?

Она покачала головой.

– Не понимаю, – сказал Винсент. Потом спокойно добавил: – Будь любезна, подожди немного. Я принесу бумаги.

Тео села в кресло. Винсент прошел в соседнюю комнату. Быстро вернулся и принес небольшой пакет.

– Спасибо, – сказала Тео. – У тебя есть спички?

Он протянул ей коробок. Тео опустилась на корточки возле камина. Когда бумаги превратились в кучку пепла, она поднялась.

– Спасибо, – еще раз сказала она.

– Не за что, – вежливо отозвался Винсент. – Позволь проводить тебя до такси.

Он усадил ее в машину, и Тео уехала. Короткая, странная, холодная встреча. Они едва осмелились взглянуть друг другу в лицо. Что ж, значит, теперь действительно конец. Он уедет далеко, за границу, и постарается все забыть.

Тео смотрела в окно, потом повернулась к водителю. Сразу вернуться в Челси было выше ее сил. Нужно было прийти в себя. Снова увидеть Винсента было невыносимо. Если бы, если бы… Но она взяла себя в руки. Мужа она не любит, но свой долг помнит. Он повержен, и его нельзя бросить. Что бы он там ни сделал, он любит жену, и если он и совершил преступление перед обществом, то перед ней он чист.

Такси колесило по широким улицам Хэмпстеда. Выехав на пустырь, Тео попросила остановиться и вместе с водителем вышла и долго стояла, вдыхая свежий, прохладный воздух. Наконец она пришла в себя. Такси быстро вернулось в Челси.

Ричард встретил ее в холле.

– Ну и долго же тебя не было, – недовольным тоном произнес он.

– Разве?

– Да… Чересчур. Ты… Ты в порядке?

Он пошел следом за ней, и в глазах его светилось любопытство. Руки дрожали.

– Ты… ты в порядке, а? – снова спросил он.

– Я их сожгла сама.

– О!

Она прошла в кабинет и села в глубокое кресло. Лицо ее было мертвенно-бледное, плечи ссутулились. «Если бы можно было сейчас уснуть и никогда, никогда больше не проснуться!» – подумала она.

Ричард наблюдал за женой. И то и дело смущенно отводил глаза. Тео ничего не замечала. Ей было не до него.

– Все прошло как надо?

– Я уже сказала.

– Ты уверена, что это были именно те бумаги? Ты проверила?

– Нет.

– Но…

– Говорят тебе, это были те бумаги. Оставь меня в покое, Ричард. На сегодня хватит.

Ричард нервно заерзал.

– Конечно, конечно. Я понимаю.

Он забегал по комнате. Вдруг подошел к жене, положил руку ей на плечо. Она вздрогнула и стряхнула ее.

– Не трогай меня. – Она попыталась рассмеяться. – Прости, Ричард. Нервы на пределе. Я не могу, не трогай.

– Понимаю.

Он снова забегал по комнате.

– Тео! – вдруг воскликнул он. – Прости меня.

– О чем ты? – Она подняла глаза, чего-то неожиданно испугавшись.

– Мне не следовало отпускать тебя одну почти ночью. Я не подумал, что ты… что ты можешь подвергнуться…

– Подвергнуться? Чему? – Она рассмеялась. Слово показалось ей забавным. – Ты ничего не знаешь! Ничего не знаешь, Ричард!

– Чего я не знаю?

Строго, глядя перед собой, Тео произнесла:

– Не знаешь, чего мне стоила эта ночь.

– Господи! Тео! Я не хотел… Ты… ты сделала это ради меня? Свинья! Тео… Тео… Я не знал. Даже не предполагал. Господи!

Он опустился перед ней на колени, обнял, и она снова взглянула на него с легким удивлением, словно наконец начала понимать, о чем он говорит.

– Я… Я не хотел…

– Чего ты не хотел, Ричард?

От ее тона он вздрогнул.

– Скажи. Скажи, чего ты не хотел?

– Тео, давай больше не будем об этом. Не хочу ничего знать. Не хочу даже думать.

Наконец очнувшись, она внимательно посмотрела на мужа. Четко и сухо сказала:

– Ты не хотел… А что, по-твоему, произошло?

– Ничего не произошло, Тео. Будем считать, ничего не произошло.

Она сидела не двигаясь, пока смысл слов, сказанных мужем, не дошел до нее окончательно.

– Ты решил, будто…

– Я не хочу…

Она перебила:

– Ты решил, будто Винсент Истон запросил за свои бумаги определенную цену? И решил, будто я… расплатилась?

Тихо и неуверенно Ричард проговорил:

– Мне и в голову не пришло, что он окажется из таких.