Отмычка к ее жизни - Светлана Алешина

Вернувшийся Никита озабоченно посмотрел на свою подругу и, увидев, что она держится спокойно, облегченно вздохнул и сел рядом с ней.

— Я вам еще раз могу повторить — Никита тут ни при чем! — опять повторила Катя. — Он был со мной на папиной квартире, я могу это подтвердить.

— Я это уже поняла. И что вы, ребята, собираетесь делать дальше?

Катя посмотрела на Никиту.

— То же, что и раньше, — сказал тот. — Объявим всем родным, что будем жить вместе. Максима заберем к себе. Катюша же не будет против? — он вопросительно посмотрел на девушку.

— Да конечно, нет! Ой, я же с ним сама столько возилась! Да и с кем ему теперь жить, как не с нами? Вот только не знаю, как мама воспримет это, а особенно Сергей Борисович.

— Ну, от Сергея Борисовича мы вообще-то теперь не так уж зависим, — сказал Кораблев.

«Сергей Борисович, — подумала Лариса. — Вот еще один персонаж. И, кстати, отец Кати, который был в курсе…»

— Катя, а что представляет собой вторая жена Сергея Борисовича? Есть ли у него еще дети?

— Я вам говорила, что женщина она не очень приветливая и не особенно жаждет со всеми нами общаться, — ответила Катя. — А детей своих у них нет. Вот и все, что я знаю. Знаю только, что она нигде не работает, дома сидит.

— Ну что ж, в таком случае у меня больше к вам вопросов нет. — Лариса поднялась и направилась к выходу, уточнив напоследок, где живет Сергей Борисович.

* * *

Лариса решила поехать к Суровцевым без предупреждения. Подъехав к элитному дому в районе набережной, Лариса вышла из машины, поставила ее на сигнализацию и пошла к подъезду. Главной ее целью было узнать, не давал ли Сергей Борисович денег дочери в последнее время. И если давал, то на какие цели.

Дверь в квартиру Ларисе открыла довольно миловидная женщина лет сорока, невысокого роста, стройная, с волнистыми пепельными волосами, тщательно уложенными на маленькой головке. Правда, у нее, на взгляд Ларисы, было какое-то кукольное лицо. Возможно, из-за круглых голубых глаз.

— Здравствуйте. Меня зовут Лариса Викторовна, я по делу Маши, — представилась Лариса. — Я детектив.

— Тамара Константиновна, — в свою очередь представилась хозяйка, и на ее кукольном лице отразилось явное недовольство.

Чуть позже Лариса выяснила, что Сергея Борисовича дома нет, что, в принципе, ее устраивало — была возможность поговорить с его супругой наедине, и она, может быть, сказала бы то, что не стала говорить при муже.

Тамара Константиновна повела себя вежливо, но тем не менее подчеркнуто дистанцированно. Единственный вывод, который сделала Лариса с ходу, это то, что открытой простушкой жена Суровцева не являлась.

— Прошу, — широко повела она рукой в сторону мягкого дивана, проведя Ларису в гостиную.

Лариса присела и, посмотрев в холодные и кажущиеся пустыми глаза женщины, сказала:

— Тамара Константиновна, может быть, это даже и к лучшему, что Сергея Борисовича нет и мне довелось увидеться с вами. Вы же все-таки тоже имели отношение к Маше? Хотя бы только потому, что она дочь вашего мужа.

— Вот именно! — подняв изящный указательный пальчик, украшенный перстеньком с бриллиантами, подчеркнула Тамара Константиновна. — Только поэтому. Я давно уже не виделась с Машей. Общение наше ограничивалось поздравительными звонками по праздникам и передачей подарков, которые всегда отвозил Сергей Борисович. Так что, боюсь, вы напрасно тратите на меня время. Я ничего не могу вам сказать о Маше.

— Ну, разговоры о ней наверняка неизбежно возникали между вами и мужем, — заметила Лариса. — Хотя бы вскользь.

— Все разговоры, — отчеканила Тамара Константиновна, — в основном сводились к проблеме денег. Это было мне настолько неинтересно, что я старалась их не поддерживать. Сергею Борисовичу прекрасно известно мое мнение по этому вопросу — у Маши были слишком большие аппетиты, она потеряла всякие понятия о приличиях, и я считала, что мужу следует просто ограничить ее в средствах. Кстати, против подарков ее сыну я никогда не возражала.

Тамара Константиновна замолчала, видимо, выжидая, что дальше скажет Лариса. Та сразу перешла к конкретным данным.

— А вы не в курсе, незадолго до своей гибели Маша не просила у отца денег?

— Конечно, в курсе. Сергей Борисович, помню, еще был очень недоволен.

— А какую сумму и на что?

— Она сказала, что собирается поехать в санаторий. На мой взгляд, полная чушь. Во-первых, какой санаторий посреди зимы? А для поездки на Красное море требуемая ею сумма была слишком мала. Да и отпуск у нее только в мае, так что… На мой взгляд, это была одна из ее многочисленных уловок.

— Но она как-то отчиталась перед отцом за эту сумму? Или это вообще было не принято между ними?

— Поначалу было не принято. Но когда Маша стала просить слишком часто и помногу, то Сергей, естественно, стал интересоваться. Все ее траты были просто транжирством. Знаете, в нашей семье доход существенно выше, и то мы не позволяем себе так бездумно тратить деньги. Сергей Борисович не скуп, но бережлив. И я придерживаюсь тех же принципов.

Тамара Константиновна достала из пачки тоненькую сигарету и закурила, стряхивая пепел в миниатюрную хрустальную пепельницу.

— Ну что, я ответила на все ваши вопросы? — с вежливой улыбкой спросила она.

— Еще только один, — успокоила ее Лариса. — Где вы были в то утро, когда убили Машу Суровцеву?

Тонкие, выщипанные брови Тамары Константиновны поползли вверх.

— Что-о-о-о? — протянула она, поднимаясь. — Ну знаете, это уже выходит за все возможные рамки приличий! Я согласилась вас принять, а теперь вынуждена сносить от вас оскорбления?

— Тамара Константиновна, но я ничем вас не оскорбила. И подобные вопросы задаются всем людям, имеющим хоть какое-то отношение к Маше. Вы же понимаете, человек убит.

— Я уже сказала вам, насколько имела к ней отношение, — холодно ответила жена Суровцева. — А что касается вашего вопроса, то в то утро я была дома.

— Одна?

— Да, одна, — едва сдерживая себя, ответила Тамара Константиновна. — А теперь извините, у меня есть свои дела.

— Да, конечно. — Лариса встала. — Я вам очень признательна за откровенную беседу.

— Не за что, — холодно ответила Тамара Константиновна, провожая Ларису до двери. — А вообще-то я намерена сообщить мужу о вашем посещении. Не думаю, что он останется доволен.

— Ради бога, — широко улыбнулась Лариса. — Я и сама не собираюсь скрывать это от кого бы то ни было.

Она осталась удовлетворена посещением Суровцевых. Во-первых, главное она узнала — деньги Маша просила, и это подтверждает правоту слов Паши Дискотеки. А во-вторых, Сергей Борисович был вне подозрений, и Ларисе говорить с ним не было смысла. К тому же он изначально воспринял ее кандидатуру на роль частного детектива в штыки.