Каждый за себя - Александра Маринина

В общем, не позвонит тебе Владимир Петрович никогда, дорогаямоя, не надейся и не жди, и к зеркалу не бегай, не прихорашивайся, и не стройглупых планов, и не питай напрасных иллюзий. И главное - помни, что тебе самойэто не нужно. Никакой личной жизни, пока ты работаешь здесь, иначе потеряешьвсе - и работу, и зарплату, и крышу над головой. Хозяевам, надо думать, всеравно, есть у тебя личная жизнь или нет, но им не все равно, если ты станешьотлучаться не по делу. И ни один нормальный мужик не потерпит, если ты начнешьговорить ему, что не знаешь, когда сможешь быть свободна и надолго ли. Черезмесяц ему это надоест, вы разругаетесь, и, кроме переживаний и оскорблений,суеты, торопливости и нервозности, ты ничего не получишь. Тебе оно надо?Правильно. Не надо.

Вот и не надо. Не надо трепетно реагировать на поглаживаниеладони и теплые взгляды. Не надо искать скрытый смысл в недомолвках и невинныхвопросах. Не надо видеть невысказанные обещания в обычных словах.

Не надо ждать звонка.

И не надо забывать о своих прямых обязанностях. Ты уже почтисорок минут дома, а к Николаю Григорьевичу даже не заглянула, хотя у негосегодня был приступ. Забыла ты о Главном Объекте, душечка моя. До того тебепонравилось снова ощущать себя Женщиной, интересной, привлекательной, желанной,что у тебя все из головы вылетело. Это тебя только поманили туманным намеком нанечто. А представляешь, что будет, если начнется настоящий роман?

Я отползла от зеркала, как побитая собака. Зашла к СтаромуХозяину - он спал. Лицо бледное, но не синюшное, дыхание ровное. Ну и славабогу. Скоро придет Алена, ее надо будет кормить, но у меня есть еще минутдвадцать-тридцать на то, чтобы побыть одной. Я нырнула в свою каморку и поняла,что хочу плакать. Зачем отказывать себе в таких невинных желаниях?

Я и не отказала. Старалась реветь потише, но Аргон все равноуслышал и тут же прибежал меня жалеть. В отличие от маленького Патрика Аргонсам умеет открывать дверь вовнутрь, он прекрасно понимает, что такое двернаяручка и для чего она предназначена. Солнышко мое, глупый мой, необученный, нотакой добрый пес! Он облизывал мое лицо и тихонько поскуливал, и мнестановилось легче. Я вдыхала теплый, чуть кисловатый собачий запах и думала отом, что как мне ни обидно, но сегодняшний день принес определенную пользу. Яопять стояла у развилки и принимала решение. Я его приняла.

Никакой личной жизни, пока я не выполню все, что задумала.До тех пор, пока я работаю в Семье, о романтических отношениях нужно забыть.

Слезы закончились, как ни странно, довольно быстро.Вероятно, дало о себе знать принятое решение: самое главное - сохранить этуработу во что бы то ни стало, пусть через боль, через унижение, через рыдания вподушку, через отказ от собственных радостей, но сохранить. А коль так, тонужно не сопли разводить на киселе, а идти и делать дело. Вот-вот явится Алена,да и Мадам на подходе, и я должна встретить их в полной боевой готовности.

Нет, это мне только так показалось, что я быстроуспокоилась. Оказывается, прошло довольно много времени, потому что в прихожейне оказалось ни ботинок, ни куртки Владимира Петровича. Да и одежды Дениса небыло - видно, ушел вместе с отцом.

И вот тут случилось то, что случилось.

Зазвонил телефон.

- Это Алена? - спросил приятный мужской голос.

- Нет.

- Значит, это вы, госпожа шлюха, - удовлетвореннозаключил голос, и я помертвела.

Голос изменился и не сулил ничего хорошего. Шлюхой меняназвать не смог бы даже самый отъявленный недоброжелатель, это не мой диагноз.Значит, кого он имеет в виду? Ясно кого.

Я от волнения не успела сообразить, как правильно себяповести, то ли оборвать негодяя и разъяснить ему его ошибку, то ли промолчать ипозволить ему принимать меня за Наталью. А он тем временем продолжал:

- Сходи вниз, посмотри в почтовый ящик, а я тебеперезвоню минут через десять.

И бросил трубку.

Я заметалась по кухне, плохо понимая, что происходит и чтомне делать. Потом схватила ключи и помчалась на первый этаж к почтовым ящикам.В ящике лежал конверт, запечатанный и неподписанный. Довольно плотный.Дрожащими руками я разорвала его…

Господи, какая дура, ну какая же ты дура, Наталья!

Зачем ты это делаешь, зачем тебе это нужно? А если ужделаешь, то почему так неосторожно, почему позволяешь себя фотографировать,почему ведешь себя так недвусмысленно-интимно в общественных местах? Убила бы ятебя, честное слово! Конечно, мужчина, с которым ты целуешься в ресторане,очень даже ничего, за вкус могу тебя похвалить. Но только за вкус, а не замозги. А в парке зачем обниматься, да еще так неприлично, держа руку в районеего гульфика? А в Шереметьево зачем ты ездила?

Провожала его? Встречала? Или улетала куда-то вместе с ним?

Но повезло, сказочно повезло, что тебя, моя дорогая Мадам,нет сейчас дома. Ты не работала на "Скорой", ты не умеешь сохранятьхладнокровие в сложных ситуациях, ты не умеешь не впадать в панику, ты неумеешь собирать мозги в кучку и мобилизовывать их, вместо этого ты теряешься иначинаешь делать глупости.

Я приму удар на себя и посмотрю, что можно сделать.

Надо скорей возвращаться в квартиру, ведь этот тип сприятным голосом сейчас снова позвонит.

Он таки не заставил себя ждать. Позвонил ровно через десятьминут, как и обещал. Значит, не юнец.

- Ну что, посмотрели? - Он снова перешел на"вы".

- Посмотрела.

- Что скажете?

- Плохо. Что еще я могу сказать? Все это очень плохо.

- Значит, понимаете, что вы попали глухо и накрепко?

- Ну еще бы. У вас есть предложения?

- Десять.

- Что - десять?

- Ну, вы дурочку-то из себя не стройте, госпожа шлюха.Десять тысяч рублей цвета плесени. Можно в цветных европейских фантиках.Значит, так. Не надо мне рассказывать, что таких денег у вас нет, вы как разстолько получили за два последних заказа.

- Но мне нужно время, чтобы придумать, как скрыть этоот мужа. Он ведь сразу заметит, что из дома исчезла такая большая сумма.

- Три дня. Так и быть. Сегодня понедельник, я даю вамтри полных дня на решение вопроса. Но если через три дня, в пятницу, денег небудет, конверт получит уже ваш муж, и без всякого предупреждения. Или вашидети. Вы меня поняли?

- Поняла. Через три дня вы мне позвоните. Только нужносделать так, чтобы дома в это время никого не было, иначе я не смогу с вамиразговаривать.

- Идет. В котором часу?

Я стала быстро вспоминать. Что у нас через три дня?