Бюро гадких услуг - Маргарита Южина

В павильон «Флористика» получилось добраться только на следующий день, зато с самого утра. Уже в одиннадцать Василиса с Люсей подходили к остановке. Но до этого они успели перессориться – первая настаивала, что явиться к мадам Полине Львовой следует в образе все тех же киношников, а ее подруга упиралась и высказывала мнение, что этот образ совершенно сырой и для настоящей дамы не подойдет, значит, надо сказать все, как есть, что они-де талантливые сыщицы, и если Полина хочет избавиться от неизвестности по поводу смерти ее мужа, то ей необходимо им все рассказать.

– А если она не хочет, чтобы все стало известно? – прищуривая глаза, склонила голову набок Василиса.

– Тогда… Ну, все равно надо представиться сыщицами.

Так, споря и препираясь, подруги добрались до места. На Краевой стоял целый эшелон ларьков и павильонов, от ярких вывесок пестрело в глазах – «Дамская радость», «Анютины сказки», «Незабудка», «Флористика»…

– Вот, Вася, нам сюда! – дернула Люся подругу за рукав и присвистнула от удовольствия, увидев на двери павильончика объявление «Требуется на работу специалист по созданию праздничных композиций». – Смотри, настоящий подарок для нас! Мы с тобой и станем такими специалистами.

Василиса с сомнением дернула плечом и покосилась на витрину. Сквозь огромные стекла были видны высокохудожественные цветочные произведения. Казалось бы, из ничего кто-то, очень тонко чувствующий красоту, используя только собственную фантазию, творил просто чудеса.

– Нам никогда такого не сделать, – покачала она головой.

– Вася, ты меня огорчаешь! Ты что, на самом деле решила посвятить себя искусству составлять букеты на всю оставшуюся жизнь? Нам же надо продержаться какую-то неделю. Может, и вовсе дня три, пока мы не войдем в доверие к Львовой и она не расскажет нам все, что знает. В ближайшее время праздников не намечается, поэтому никакого риска.

Василиса наморщила лоб, подумала, но ничего более существенного предложить не смогла, поэтому согласилась. В конце концов, может, и правда существует принцип Львова-художника «а я так вижу!».

– Здравствуйте, а мы к вам – устраиваться! – радостно сообщила Люся, войдя в павильон.

В это время в зале находились только две девочки, разглядывавшие небольшой фонтанчик с рыбками, и серенького вида продавщица. – Мы по объявлению. У вас там написано, что требуются специалисты по созданию праздничных композиций, – начала Василиса.

Продавщица внимательно оглядела вошедших, затем крикнула куда-то в служебную дверь:

– Лена Михална! Тут специалисты пришли, устраиваться! – потом улыбнулась форменной улыбкой и тихо произнесла: – Сейчас к вам наша заведующая выйдет, подождите минутку.

Через минутку появилась Елена Михайловна и заблестела глазами. Однако, споткнувшись взглядом о двух женщин весьма непрезентабельного вида, скисла.

– А кто? Кто специалист-то? – уставилась она на свою серенькую работницу.

– Ну вот же они. Елена Михайловна, а вы им дайте материал, пусть попробуют. Может, они и в самом деле специалисты, нельзя же по одному виду судить. Если вам понравится композиция, возьмете, а на нет, так и суда нет.

Заведующая повеселела, а вот подруги напротив, весьма опечалились. Женщина отвела их в подсобное помещение и вывалила перед ними целую корзину какого-то мусора.

– Это что? – испуганно пролепетала Люся.

– Природный материал. Дерзайте. Я не буду вас ограничивать во времени, однако к вечеру мне хотелось бы увидеть результат, – улыбнулась Елена Михайловна и удалилась.

Женщины принялись за работу. Из всего выданного им для дерзания сора необходимо было создать нечто, что хотя бы отдаленно напоминало композицию. Василиса старательно пыхтела, высунув язык чуть не до воротника, и складывала на свою картонку все, что попадалось под руку. Туда пошла и полуразвалившаяся корзинка размером с детский кулачок, и толстая короткая коряга, и какое-то сено, и маленький букет ярких цветов. Люся не мудрствовала. Она налепила на основу мох, потом подумала, опустила его на пол и припечатала сапогом. Потом еще на секунду задумалась и украсила произведение засушенным жуком.

– Ну, как? Дела продвигаются? – заглянула к ним Елена Михайловна.