Миллионерша поневоле - Галина Владимировна Романова

Потом было его увольнение, долгое метание в поисках себя, и Танюшку он как-то из виду упустил. Когда встретил, она была уже замужем. Кстати, за тем самым парнем, которого они отвозили в больницу…

Ниночка жила в новом трехэтажном доме в центре города. Чистые лестничные клетки с непременными кадками живых цветов на каждой площадке. Стильные почтовые ящики. Дежурная на первом этаже. На Лапина она посмотрела строго и где-то даже с подозрением.

– В девятнадцатую, – доложился Валера и, обезоруживающе улыбнувшись, пошел к лифту.

Ему в спину раздалось характерное шипение на предмет шляющихся подозрительных субъектов, после ухода которых пропадают личные вещи. Лапина это позабавило, не более.

Ниночкина дверь распахнулась, едва он поднес палец к кнопке звонка.

– У-у, противный! – мяукнула она, мазнув его по щеке поцелуем и хищно нацеливаясь на пакет. – Чего же ты так долго? Я все жду, жду.

Единственное, с чем было тяжеловато у Ниночки, так это со словарным запасом. Все остальное было в порядке. Сегодня как никогда. Валера скользнул по Ниночке взглядом и плотоядно улыбнулся.

Длинноногая, грудастая, с грацией дикой кошки, Ниночка способна была сразить наповал уже с первого взгляда. Глаза, губы, скулы, лоб – все было вылеплено создателем с любовью и старанием. Ниночкой же все это использовалось в полную силу, о чем свидетельствовала уютная квартирка в элитном районе, дорогая стильная мебель и модные наряды.

Сейчас на ней почти ничего из этих нарядов не было. Крохотные шортики, открывающие нижнюю часть аккуратной упругой попки. Таких же приблизительно размеров топик, скрывающий, разве что, одни соски.

– Шикарно выглядишь, – убирая куртку в шкаф, произнес Лапин, пригладил влажные волосы и двинулся следом за Ниночкой в столовую. – Что у нас в программе вечера? Я, если честно, проголодался.

– Я поняла. – Она была молодец, она и правда все понимала с полувзгляда. – Помидоры, колбаска… Я к тому же, пока тебя ждала, поджарила на гриле картошки. Любишь?

Он сейчас все любил. Даже Нину с ее вульгарно вихляющейся задницей. Она сейчас помогала ему избавиться от неприятных воспоминаний и от чувства, что он опоздал с Танюшкой, проморгал, одним словом, нужный момент. Как было не любить за это Нину? Сейчас она его покормит, приласкает, может, что-нибудь дельное сообщит. Хотя нет… О делах он сегодня думать не намерен. Он решил сегодня отдохнуть.

Очень сноровисто Ниночка нарезала помидоры. Красиво уложила их в салатник и залила сверху сметаной. В мгновение ока настрогала тонюсенькими лепесточками колбасу. Поставила перед ним картошку в очень стильной глиняной тарелке. Села напротив и, кротко сложив руки на столе, принялась смотреть, как он укрощает свой голод.

– А ты чего? Не хочешь? – спросил запоздало Валера с набитым ртом.

– Я голодна, но не в той связи, – молвила Ниночка и вдруг обвела кончиком языка контур своих губ.

Это должно было выглядеть очень эротично, не вспомнись ему так некстати сегодня тот единственный вечер с Танюшкой в его квартире. Сейчас его от надуманной сексуальности Ниночки замутило. Зачем же уж так-то?! И так всего отмерено в достатке, к чему прибегать к таким излишествам…

– Ты сегодня не в духе? – быстро смекнув, Ниночка произнесла свой вопрос будничным тоном, без характерных вибрирующих модуляций.

– Устал! – обронил Валера, не поднимая на нее глаз от тарелки. – Вся эта частная практика меня порядком достала, так что ты извини, если что не так. Сплошные тупики, елки зеленые…

Для Ниночки он также был частным детективом. Рисковать с другой легендой он не стал, однажды заметив, как она роется в его карманах. Ее это устраивало и интриговало, потому и старалась выболтать ему как можно больше.

– Я тоже устала сегодня. – Ниночка потерла переносицу, зевнула, вздохнула и начала рассказывать: – Уже под самый конец смены началось такое…

– Что? – Это был его дежурный вопрос, не задай он его, она продолжать не станет.

– Алкаш какой-то окочурился в своей квартире. Вызвали милицию, «Скорую»…

– А вы тут при чем?

– Так он там целый потоп устроил! То ли краны забыл закрыть, то ли утопиться хотел, черт его знает! Пришлось и нашим ребятам по вызову ехать. – Ниночка вдруг замолчала и загадочно замерцала красивыми глазами. – А там не все так просто оказалось.

– И что там оказалось?

История с опившимся беднягой его занимала мало. Валера наелся, мысли приняли совсем другое направление, да и Ниночка начала вести себя более чем прилично, так что самое время было бы пойти с ней в кровать. Но ей очень хотелось довести свой рассказ до конца. Он видел, что ее просто распирает от желания поделиться с ним последними новостями.

– А там труба дело! – весело воскликнула его осведомительница и любовница в одном лице. – Алкаш этот в дымину пьяный оказался, а не мертвый. Плавает себе по квартире в луже воды, потому что забыл закрыть краны или сорвал их в припадке бешенства.

– Почему бешенства? – вяло поинтересовался Валера, потому что должен был поинтересоваться. Ниночка снова замолкла, стало быть, ее разговорчивость следовало простимулировать наводящими вопросами.

– Оказывается, он застрелил свою жену! Застрелил ее, куда-то спрятал, а сам напился пьяный, открыл краны или сорвал их, не знаю, и уснул. Правда, перед этим еще все углы посшибал.

– Как это? – Лапин отодвинул от себя тарелку и чуть внимательнее посмотрел на Ниночку, что-то в ее рассказе ему не понравилось. Надо было срочно выяснить: что именно. Пока она еще не отвлеклась и не начала приставать к нему с ласками. – Чем же он их посшибал, углы эти?

– Башкой своей беспутной, – оповестила его Ниночка с бесшабашной улыбкой. – Там такая рана в голове, что мячик теннисный влезет.

– Ты видела, что ли?

– Да, – не отказав себе в удовольствии, брякнула она не подумавши, но, заметив, как перекосилось от брезгливого удивления его лицо, быстро поправилась: – Да меня ребята на дежурном диспетчерском автобусе домой потом повезли. Они поехали по вызову, я с ними напросилась. Ну а пока они течь устраняли, воду откачивали, я и… понаблюдала, так сказать.

Ниночка стушевалась под его пристальным изучающим взглядом. Быстро среагировав, начала убирать со стола, на разный манер демонстрируя ему свои неприкрытые прелести. Потом вытащила из пакета шампанское и сунула его в холодильник. Вымыла виноград, уложила его в вазу для фруктов и потянулась к полке с хрусталем. Все, стало быть, вступление закончено, переходим к основной части нашей программы…

– Слушай, Нинок. – Валера расслабленно наблюдал за ее метаниями по кухне-столовой, пытаясь настроиться, как и она, на романтический вечер. Пока ничего не выходило. – А с чего решили, что он жену застрелил да еще и спрятал, он же сам не мог об этом рассказать, раз валялся в луже воды с дырой в голове? Что, кто-нибудь из соседей слышал выстрел?