Карнавальная ночка - Марина Серова

Я прошла по коридору до указанной двери. Прислушалась. За дверью стояла тишина. Что-то не похоже, чтобы там веселье шло. После трех коротких ударов я открыла дверь. Гримерная была пуста, если не считать пожилого мужчины, одиноко сидящего в театральном кресле. Перед ним стояла бутылка красного вина, наполовину опустошенная. Стакан с остатками вина мужчина бережно прижимал к груди. Голова его была низко опущена, глаза закрыты. Чтобы привлечь к себе внимание, я громко постучала по внутренней стороне двери. Мужчина даже не шелохнулся. Тогда я прикрыла дверь за собой, обошла кресло и, встав перед лицом мужчины, произнесла:

— Здравствуйте, Вениамин Яковлевич! Не могли бы вы уделить мне несколько минут?

— Чего надо? — не открывая глаз и не меняя позы, пробурчал мужчина.

— Пообщаться, — ответила я, догадываясь, что попала по адресу.

— Завтра приходите. Сегодня был слишком тяжелый день, — все так же, не глядя на меня, заявил мужчина.

— Увы, это невозможно. Мой вопрос не терпит отлагательства. Так что придется вам, Вениамин Яковлевич, сделать над собой усилие и потрудиться еще полчаса, — проговорила я. — Или вам не нужны деньги?

Наконец-то мне удалось пробудить интерес к своей персоне. Лениво приоткрыв правый глаз, Вениамин Яковлевич спросил:

— Вы кто?

— Я тот, кто собирается пополнить ваш банковский счет на кругленькую сумму, — подпуская загадочности, заявила я.

— Приятное заявление. За это стоит выпить.

Вениамин Яковлевич придвинул бутылку, плеснул немного красной жидкости в стакан. Протягивая его в мою сторону, предложил:

— Глоточек? Прошу прощения за сервис, дополнительной посуды не имею.

— Вынуждена отказаться. Я за рулем, — поспешила отказаться я.

— А я, с вашего позволения, выпью.

Вениамин Яковлевич сделал долгий глоток, смакуя содержимое стакана. Обтерев губы тыльной стороной ладони, актер принял театральную позу и продекламировал красивым, четко поставленным голосом:

— Теперь я весь к услугам вашим. Веди, о, ангел, вдаль меня! — Вениамин Яковлевич прошелся по комнате, затем спросил: — Ну как, годится?

— Для чего? — не сразу сообразила я.

— Для роли, для чего ж еще? Ведь вы мне роль предложить хотели, верно? За что еще актеру могут денег посулить? Только за исполнение какой-то роли. В театре все знают, что я шабашками промышляю. И вы наверняка по рекомендации ко мне пришли, верно? Из какого агентства? — поинтересовался Вениамин Яковлевич.

— Вы меня раскусили. Агентство «Пилигрим», — заулыбалась я, радуясь тому, что беседа развивается именно так, как я и хотела. — Я действительно выбрала вас по рекомендации знакомых. И хочу нанять для участия в новогоднем корпоративе. Скажите, двадцать девятого декабря не слишком поздно для вас?

— Мероприятие в черте города? — деловито осведомился актер.

— Мы еще не решили, — сочиняла я на ходу. — А это является проблемой? Впрочем, неважно. Я уверена, что мы с вами договоримся. Теперь о самой роли. Весь сценарий строится на небольших репризах. Сценки из восточных сказок. Как вы смотрите на роль восточного шейха?

Я специально провоцировала его, желая увидеть реакцию. Ожидания мои не оправдались. Замахав на меня рукой, Вениамин Яковлевич взмолился:

— О нет! Только не шейха. Али-Баба, Синдбад-мореход, старик Хоттабыч на худой конец, но только не шейх, умоляю.

— Что так? У вас предвзятое отношение к данной роли? Своего рода фобия? — притворно удивилась я.

— Никакой фобии у меня нет, просто совсем недавно мне было сделано подобного рода предложение. Увы, воплотиться в жизнь ему было не суждено, хоть я и вызубрил роль наизусть. И вообще был готов на сто процентов, — сообщил Вениамин Яковлевич.

— Простите, но я не совсем поняла, что вы имели в виду? Вам не понравилась роль? — допытывалась я.

— Говорю же вам: никакой роли не было. Я вообще не попал на этот корпоратив, — заявил актер. — В самый последний момент позвонил агент из фирмы, отвечающей за организацию праздника, и заявил, что у заказчика резко изменились планы и в моих услугах тот попросту не нуждается. Представляете? Даже неустойку не выплатили!

— Какой ужас! — притворно вскричала я. — И что же это за организация такая, позволяющая себе так обращаться с уважаемыми людьми?

— Что за организация устраивала вечеринку, я не знаю. В тот раз заказ не через фирму оформлялся, — ответил актер. — Честно говоря, предложение выступить на этом корпоративе я от коллеги получил. Деньги предлагали приличные, вот я и согласился.

— А у коллеги что за интерес? Партнер нужен был? — спросила я.

— Нет. Просто хороших друзей уважить хотелось. Уважь, говорит, отработай вечерок. И ты не внакладе, и людям со стороны неизвестно кого не тащить. Как тут откажешь? А потом этот звонок. Так, мол, и так. Начальник передумал. Извиняйте, дядя. Прямо в день выступления, представляете?

— Да, обидно. Я бы на вашем месте этому коллеге, что заказ вам подогнал, таких выписала! — притворно возмутилась я.

— Это исключено. Дело в том, что коллега — женщина. Да и не виновата она. Кто ж знал, что начальник компании — самодур? И вообще… — Актер посерьезнел, даже как-то сник, что ли. — Чего теперь об этом вспоминать?