Изумрудная скрижаль - Ирина Калюжнова

Владимир Захарович Сомов жил в довольно скромной, правда, набитой всякими дорогими и престижными вещами квартире. Интеллигентская безбытность въелась ему в плоть и кровь. Он просто не мог заставить себя всерьёз интересоваться ремонтом и обстановкой. Можно, конечно, на время переехать и всё поручить дизайнеру, но интерьеры, главной изюминкой которых являлась модность и дороговизна, нагоняли на него тоску. Впрочем, он всё же собирался сделать своё жилище модерновым, или как сейчас говорят достойным. Он это сделает, не сейчас, а когда-нибудь. Он пригласит дизайнера, а сам уедет, а когда вернётся всё в его квартире будет выглядеть, как положено.

Если Сомов водил Лизу в какое-нибудь шикарное место в купленном им шикарном туалете., то всегда наблюдал за собой как бы со стороны, и посмеиваясь издевательски и грустно. Что, впрочем, не мешало ему гордо демонстрировать Лизу всем и каждому. Лиза представляла собой уникальное сочетание женщины приемлемой для круга, к которому он сейчас принадлежал., и женщины, с которой можно было разговаривать, той, которая, понимала его. Он, конечно, отдавал себе отчёт, что, несмотря на Лизино уважение, к его поэтическим занятиям, сеть супермаркетов Ти С играла немалую роль в том, что она продолжала встречаться с ним. Но он смотрел на жизнь философски. Что из этого, он ведь тоже кроме всего прочего, ценит её стильную внешность и умение держаться, то есть то, что можно демонстрировать другим и что по сути дела не является её личностью. Разочарования научили Сомова довольствоваться возможным, и извлекать из этого возможного максимум. Он придерживался мысли, что от каждого человека, нужно требовать только то, что он может дать. Лиза в некотором роде заменила ему аудиторию, и это самое главное. Сейчас Лиза сидела на застеклённом балконе его квартиры в кресле качалке. Перед ней на раскладном столике стояла бутылка мартини и лежал на узорчатом блюде нарезанный ананас. Сомов считал, что ритуал требует принимать Лизу именно так. Сам он предпочитал сухие вина своей молодости, а из фруктов больше всего любил вишни, которыми сейчас был завален весь город.

Лиза вела себя именно так, как ему нравилось. Она раскачивалась в качалке и повторяла с разными интонациями. То восторженно, то возмущённо, то вопросительно. «Мартини и ананас, мартини и ананас» Сомов смотрел на неё улыбаясь у ней кроме всего прочего, явно есть актёрские данные. Лиза замолчала и погрузилась в свои мысли. Она читала аффимацию. «Я нахожу убийцу, убийца сам на меня выходит, убийца выходит на меня. Я получаю доказательства своей невиновности». Владимир Сомов, как и многие творческие люди, был чужд настроений окружающих. Но, сегодня Лиза была так задумчива и рассеянна, что он обратил на это внимание, и спросил.

– Что-нибудь случилось.?

– Нет, ничего, – спохватилась Лиза, – просто задумалась.

– О чём?

– Трудно сказать, так о разных вещах.

Сомова не интересовал, о чём думает Лиза, он просто любил, когда она в хорошем настроении. И она при нём обычно бывала весела. Но для приличия, он спросил.

– Какие-нибудь проблемы?

– Никаких проблем, – заверила его Лиза, – и добавила без всякого перехода. Скажи мне, ты любишь цветы.?.

Лиза лишь недавно начала говорить Сомову ты, и такое обращение грело ему душу.

– Я люблю цветы на лугу, знаешь луг разнотравье, – ответил Сомов.

И это действительно было так. Вид цветущего луга с детства вызывал у него щемящее и сладостное чувство. Ему хотелось немедленно что-то сделать, что-то хорошее и значительное. Может быть, нарисовать этот луг, а может быть написать стихотворение. Впрочем, когда он в последний раз видел луг,?; Трудно и припомнить. На шикарных курортах, которые он теперь посещал, ничего подобного нет. Надо бы как-нибудь поехать с Лизой в деревню. Они будут долго, долго идти по лугу взявшись за руки.

Лиза переждала долгую паузу, в течение которой Сомов витал где-то в облаках, и сказала.

– Я имею в виду цветы, которые продаются, которые выращивают на продажу.

– Не понял, тебя интересует торговля или цветы?

– И то и другое, я хотела спросить, почему в Вашем Ти Се не торгуют цветами?

– Что это вдруг пришло тебе в голову.?

– Я; же всё-таки маркетолог. Подумай, у Вас в магазине можно купить всё сразу для праздничного стола, банкета или просто человек идёт в гости, покупает вино и конфеты. В этих случаях часто покупают цветы, а так всё в одном месте.

Сомов наполнил бокалы.

– Вообще-то замечание дельное, но до этого мы уже давно бы додумались. С цветами в нашем городе не так просто.

– Как это.

– Ты обратила внимание, что цветы продаются только в строго определённых местах и новых точек нет.

– Да и это, если хочешь знать, очень неудобно. А я кстати видела рекламу, что в районе новостроек открывается новый цветочный магазин. А ты говоришь новых точек нет.

– Ах да «Олеандра», – сказал Сомов, как будто что-то вспомнив.

– Точно «Олеандра». Ты там был?

– Этот магазин только сегодня открывается, мне, кстати, прислали приглашение на презентацию, а я совсем забыл, хочешь поедем.? Это красивый магазин, стоит посмотреть.

Лиза мысленно повторяла «Я нахожу убийцу, я подбираюсь к нему всё ближе и ближе, убийца сам выходит на меня. Я нахожу доказательства своей невиновности» Не прерывая потока мыслей, она кивнула, встала, подошла к зеркалу, расчесала волосы, подкрасила губы и сказала?

– Я готова.

Сомов поднялся, несколько удивлённый. В последнее время Лиза не очень любила выходы в свет. И они в основном проводили время дома. И такое положение радовало Сомова, он видел в этом отход от суетности и увеличение близости друг к другу. А её вдруг заинтересовала презентация. Может быть, она просто очень любит цветы. Что ж он довольно часто дарил ей цветы. Просто потому что так положено. Сам он не любил смотреть, как срезанные цветы умирают в вазе. Но, если она хочет, ему ничего не стоит доставить Лизе удовольствие, хотя и не самого высокого порядка.

– Ладно, теперь меня подожди, – сказал он и пошёл одеваться.

Олеандра находилась довольно далеко от квартиры Сомова, возле станции метро в районе новостроек. Когда машина Сомова подъехала к магазину, презентация уже подходила к концу. Тем не менее, встретили их любезно и даже почтительно. Хозяин магазина, уже пожилой, низенький с заметным брюшком, собственной персоной вышел приветствовать Сомова, поцеловал у Лизы руку, и сам принёс на подносе три бокала шампанского, которые и выпили за процветание магазина. Между мужчинами завязался ничего не значащий для Лизы разговор, Лиза окинула взглядом магазин, а затем, пошла его осматривать. Магазин представлял собой нечто среднее между зимним садом и выставкой различных поделок. Плетёные из лозы шары, вазочки корзины, композиции из цветов и разные виды изделий, претендующих на экибану, цветные свечи в неимоверном количестве висели, стояли, лежали и даже плавали в в небольшом бассейне с фонтанчиком посредине. Курились благовония. В магазине стоял тяжёлый, но приятный, чуть сладковатый запах. К самому потолку была прикреплена резная деревянная птица. Вниз от неё свешивался витой золочёный шнур. Лиза потянула за шнур, и птица взмахнула крыльями. Лиза потянула за шнурок несколько раз, и птица всё махала крыльями, не взлетая.