Незапертая дверь - Александра Маринина

- Любопытно, - заметил Коротков, выслушав рассказ о еенаблюдениях; - А Руслан как реагирует на происходящее?

- Мечется, - коротко констатировала Ира. - Суетитсявокруг Яны, не знает, чем ей угодить. Жалко его, он так напереживался за этидни, а она сидит как неродная. Хоть бы его пожалела! Он к ней с лаской, скакими-то добрыми словами, а она даже не считает нужным что-то ответить, как-тооткликнуться.

- Возможно, ей и в самом деле нужен врач, - задумчивопроговорил Коротков. - У Яны, наверное, нервное потрясение.

Хорошо бы. Потому что если причина ее поведения в другом, тоИре ничего не останется делать, как только считать Яну Нильскую дурой истервой. Чего, конечно, не хотелось бы, ведь Ира искренне и по-добромуотносится к Руслану и от всей души хочет, чтобы у него в семейной жизни всебыло в порядке.

- К десяти часам мы отвезем Яну к следователю, а тамвидно будет, может быть, ее положат в больницу, - продолжал Коротков. - Кстати,еще один момент мы с вами упустили. Яна пришла пешком или приехала на машине?

- Я уже говорила, я спала, когда она появилась. Можетбыть, она Руслану что-то говорила об этом, но я не слышала.

- Хорошо, будем надеяться, что нашим сотрудникамудастся узнать что-нибудь интересное у самой Яны и ее мужа. Спасибо вам, Ира,вы нам очень помогли.

- Да чем же?! - изумилась она совершенно искренне. -Ничего толкового не рассказала, только одни эмоции и догадки, а они, как меняучил муж, дешевле копейки стоят.

Коротков впервые за все время посмотрел на нее с явныминтересом:

- Разве вы замужем? Помнится, вы говорили...

- Да, я в разводе, уже давно. Я имела в виду бывшегомужа. Кстати, вы, может быть, даже знаете его. Игорь Викторович Мащенко,следователь. Не слыхали?

- Мащенко? - Лицо Короткова расплылось в улыбке. -Конечно, знаю его. Очень хороший был следователь, жаль, что в главк ушел. Таквы, значит, были за ним замужем... Надо же, как интересно бывает. Только Игорьне совсем точно выразился. Эмоции и догадки для следователя действительнополная туфта, на них обвиниловку не состряпаешь. А вот для оперов это самое то,что нужно. Эмоции главный ключ, при помощи которого мы лезем именно в те двери,в которые нужно, и пропускаем те, за которыми пустота. Образ понятен?

- Хороший образ, - снова рассмеялась Ирина, - неужеливы сами его придумали?

- Увы, врать не стану, авторство не мое.

-А чье?

- Подполковника Каменской, которая как раз сейчасбеседует с вашей Яной. Ира...

- Да?

- Мне очень неловко, но следователь нас всех поднял спостели в половине седьмого и велел срочно ехать сюда...

- Я поняла. Вы голодны, позавтракать не успели. Сейчасчто-нибудь соображу.

Она рванулась было к квартире, но сообразила, что на кухнюзаходить, наверное, не следует, там маленький хитроглазый Сергей разговариваетс Русланом. Ира растерянно остановилась и вопросительно глянула на Короткова:

- На кухню нельзя, да?

- Можно, только аккуратно и быстро. Я вам помогу.

Они вдвоем вошли в квартиру. Дверь кухни была плотноприкрыта, как, впрочем, и дверь, ведущая из прихожей в единственную комнату.Коротков осторожно приоткрыл дверь и просунул голову в кухню, потом обернулся ипоманил Иру пальцем.

- Можно, - сообщил он шепотом.

Она проскользнула мимо него, стараясь быть как можно болеенезаметной. Руслан и маленький оперативник сидели за столом друг напротивдруга, Руслан диктовал какие-то имена и адреса, Сергей быстро записывал. На Ируони не обратили никакого внимания. Вынув из холодильника кусок сыра и упаковкунарезанной копченой колбасы, она достала из шкафчика полиэтиленовый пакет схлебом, взяла со стола нож и на всякий случай прихватила два красных блестящихяблока.

- Царская еда, - восторженно пробормотал Коротков,когда они снова оказались на балконе. - А резать на чем будем?

- Ах ты черт!

Ира от досады прикусила губу. В самом деле, на чем жерезать? Нож-то она взяла, а вот о дощечке забыла.

- У вас газетка есть?

- Конечно, в прихожей целая стопка валяется.

- Тащите сюда. Сейчас расстелим газетку и всеаккуратненько порежем в духе советских алкашей и постсоветских бомжей, - веселопредложил Коротков. - Вас это не смутит?

- Меня?

Ей стало смешно от такого предположения. Знал бы этотсимпатичный милиционер, какая юность за плечами у красавицы-актрисы ИриныСавенич!

Глядя, как Коротков ловко режет сыр и хлеб и делаетбутерброды, Ира ощутила зверский голод. Она всегда хотела есть, когданервничала, но сейчас ничего особенного не происходило, и нервничать ей вродебы не с чего...

- Угощайтесь, хозяйка, - Коротков протянул ейбутерброд, - первый кусок даме.

- Спасибо.

Она с наслаждением впилась зубами в хлеб с сыром, покрытыйтонким слоем копченого мяса. Как будто неделю голодала, ей-богу! Прямонеудобно.

- Знаете, Юра, вы ужасно милый человек. Тогда, ввоскресенье, вы мне показались жутким букой. Такой серьезный, хмурый, на всехкричит, всех погоняет, всех подозревает.

- А сегодня что?

- А сегодня вы совсем другой. Мне с вами удивительнолегко, я вас совершенно не боюсь.

- Ну вот, приехали! - Коротков скорчил смешнуюфизиономию. - А в воскресенье, значит, боялись?

- Ага, еще как! Нет, правда, Юра, вы такой страшныйбыли, прямо слов нет.

- Сказать - почему? - спросил он неожиданно серьезнымголосом.

- Скажите, - попросила Ира.

- Понимаете, Ирочка... Я от жены ушел. А уходить-тобыло некуда, жить негде, вот и спал на работе, в своем кабинете, на стульчиках.Все тело болит, спина не разгибается, душ принимать в спортзал бегал. А тут ещевыезд на труп на ночь глядя да по дождичку с ветром. Какое у меня, по-вашему,должно было быть настроение?

- Плохое, - убежденно откликнулась она. - А сегодняхорошее?

- Сами...

- К жене, значит, вернулись? Или жилье нашли?

- Ни то, ни другое. И к жене не вернулся, и жилья ненашел. Зато нашел временное пристанище у одной временно свободной женщины, поэтомуимею возможность нормально выспаться и нормально поесть.

Она не ожидала, что ей вдруг станет неприятно. Да что это сней? Подумаешь, какой-то совершенно посторонний человек нашел пристанище увременно свободной женщины, так за него порадоваться надо. А ей отчего-то сталогрустно, словно ее обманули.