Плачу любые деньги - Оксана Обухова

Женя находится в больнице, там было бы проще говорить предметно, потолковать с врачами, связать их напрямую с военными химиками-медиками…

Предчувствие ее не обмануло. Но об этом позже.

Вначале Дуся познакомила Валерьевича с семьей Миронова, Сигизмундовна организовала чаепитие, полковник деловито записал для Александра Сергеевича ряд телефонов, сам позвонил знакомому военврачу, представил ему родителей мальчика. В общем все прошло в простом и человеческом порядке. Любопытничать и засиживаться Котов не собирался – сказал, мол, насиделся за рулем, бродил по залу.

Причем на картины полковник особо не таращился, статуэтки из вежливости разглядывал, а чаще подходил к окну и бросал короткие взгляды через тюль на пруд.

Дусе это показалось странноватым: дом заполнен интересными вещицами, а генштабист товарищ образованный, культурный. Евдокия, гуляючи, прошлась до шторок, незаметно глянула на улицу…

В зеленой камышовой промоине торчала выгоревшая панамка Николая Васильевича. Сыщица примерно пристрелялась… взгляд полковника вроде бы навскидку четко упирался в верхушку этой шапки.

Валерьевич, как по заказу, начал торопливо раскланиваться с Мироновыми, засобирался на выход. Евдокию нежно так облобызал.

Едва машина Котова направилась к воротам, Дуся мухой взлетела на второй этаж и приникла к окну анфилады.

Автомобиль полковника проехал по дорожке между домами, свернул в кусты и вдали, на выезде из поселка, уже не показался. Остановился где-то в придорожных зарослях.

Не медля ни секунды, Дуся скатилась со второго этажа. Уже хорошо зная порядки дома, заскочила в комнату охраны, попросила секьюрити:

– Отключите, пожалуйста, заднюю калитку, мне надо выйти за территорию.

Охранник кивнул, Дуся пронеслась по саду, выскочила за калитку, немного отдышалась.

Куда и к кому направился полковник, Землероева посчитала, что угадала. На то, чтобы обойти участки по задам и дойти до пруда, Егору Валерьевичу потребуется минут пятнадцать – двадцать; есть время на спокойную голову, не запыхавшись, решить, как действовать дальше.

Можно, немного поплутав и дюже вымокнув, выпрыгнуть из камышей: «Ага, попались!» Можно степенно обогнуть заросли и, покачивая бедрами, медленно спуститься к мосткам – «я тут, понимаете ли, на прогулку вышла, глядь, а тута вы шушукаетесь». Можно изобрести симбиоз, быстренько проскочить по тропинке открытый участок, затаиться за кустом на сухом месте и тоже выпрыгнуть…

Что предпочесть?

Евдокию слегка напрягал момент: Егор Валерьевич не признался Мироновым, что знаком с их соседом. В окно подглядывал практически тайком, хотя, казалось бы, к чему секреты? Приехал в дом приличный дяденька военный пенсионер, поговорил о деле, машину во дворе оставил и прямиком через калитку – навестить знакомого.

Ан нет. Маячил у окна, любовался панамкой, ни словом не обмолвился. Хотя знал – Дуся тут не пирогами подъедается, а работает в доме, где произошло убийство с покушением.

Обидно. Иногда любое слово может привести к разгадке. Валерьевич мог бы поспособствовать раскрытию, спросить, не может ли сосед быть здесь полезен. А он даже машину за кустами упрятал.

Прилично разобидевшись, Евдокия решила, что прежде понаблюдает за встречей полковника и рыбака, а позже таки – прыгнет. Как снег на голову навалится, чтобы растерялись и лица не готовили.

Приглядывая за тропинкой на задах, Евдокия быстро проскользнула до небольшого кустика, укрытого еще и камышами. Едва успела юркнуть и прикрыться пышной веткой, из-за соседской изгороди показался генштабист.

Неторопливо и неслышно семеня по травяному склону, Егор Валерьевич спускался к пруду. Тихонько прошуршал мимо куста и Евдокии, ступил на доски мостков и осторожно, так, что ни единая деревяшка не скрипнула, подкрался к рыбаку… Собрался неожиданно по спине хлопнуть…

Случилось неожиданное.

Николай Васильевич сидел расслабленно. Повесив плечи, удочку держал, комариков отмахивал… Как только ноги полковника оказались в пределах достижимости, легкий финт рукой – Валерьевич едва в воду не свалился!

И таки свалился бы, не удержи его рыбак каким-то невероятно точным жестом, прямое положение придав.

– А-а-а! – радостно завопил полковник. – Узнаю старую школу – на подходе срисовал!

– А то, – разулыбался Николай Васильевич, встал со складной табуреточки и обнял друга. – Привет, Егорка, как дела?

– Привет, привет, рад видеть тебя в добром здравии, – похлопывал приятеля Валерьевич. – Как у тебя тут все изменилось – не узнать! Приехал, даже не понял, вдруг адресом ошибся?.. Я ж тут был лет двадцать назад, когда ты из Анголы вернулся…

Николай Васильевич тихонько тряхнул полковника за плечи и неожиданно и громко произнес:

– Евдокия, можете покинуть укрытие. Вылезайте из кустов.

Дуся вначале опешила, пристыженно съежилась. (Как он ее увидел?! Глаза на затылке, что ли, вырастил? Ведь только один разок – комарика прихлопнув! – немного повернулся!)

Нацепив на физиономию скучающее выражение – деваться-то некуда, – выбралась из-за куста, протопала по мосткам и вредно, в лоб, спросила:

– Николай Васильевич, скажите честно, вы – шпион?

Мужики на секунду растерялись и… тут же расхохотались.

Погода была хорошей. Жизни радовались мужики.

Николай Васильевич ушел в дом, готовить стол для встречи старого приятеля. Евдокия путано винилась перед полковником:

– Простите меня, пожалуйста, Егор Валерьевич, так случайно вышло… Я не совсем следила, я просто так… ну, тут же такое… сами видите, а Николай Васильевич такой непонятный человек… так странно себя ведет…

– Пустое, Дуся, – оборвал извинительное блеяние сыщицы штабист. – Я знаком с твоей работой, тебе стоило просто спросить.

– Ага! – обиженно разгорячилась Землероева. – Я его спрашивала. А он мне такого про клубнику и Митрофана Пантелеймоновича наплел, уши трубочкой свернулись!

Полковник хмыкнул.

– Привычка нелегала? – путаясь в догадках, заглядывая в глаза, залебезила Землероева. – Да? Николай Васильевич шпион на пенсии?

– С чего ты решила? – пытливо прищурился Егор Валерьевич.

– Да он мне просто иного выбора не оставил! Либо шпион на пенсии, либо другой хороший профи и даже наемный убийца. Сами посудите: заграничные манеры, навыки нейролингвистического программирования – так мозги заплетет, не помнишь, зачем пришла. Книжный шкаф на замке, ни одной фотографии на стенах, комната не стерильна, а опытно обезличена. Ходит в тапочках на босу ногу, а на веревочке перед домом несколько пар шелковых носков просыхают…

– Расслабились, стареем, – вздохнул полковник. – А ты, Дуся, молодец, но меньше болтай.

– Могила! – перекрестилась Дуся и тут же затараторила: – А можно с ним немного поговорить по моему делу?!