Вся жизнь перед глазами - Марина Серова

– Вообще-то это неподходящая игрушка для постельных игр, – заметил Рубальский, зная, что Минаев с Валерией любят практиковать занятия любовью в духе «брутальный мужчина – беззащитная девушка».

– Ну это же понарошку, – продолжал настаивать Минаев.

Андрей колебался. Несмотря на принятую дозу коньяка, он отдавал себе отчет, что пистолет – вещь довольно опасная. Особенно когда он достался тебе не совсем легальным путем и разрешения на его ношение тебе никто не давал. Но Минаев продолжал просить и убеждать, и мягкий по натуре Андрей в конце концов сдался.

– Ну хорошо, – наконец проговорил он. – Но только ненадолго!

– Само собой! – заверил его Минаев. – Как только вернешься из Швеции, я сразу тебе его отдам.

– Ладно, бери, – со вздохом протянул ему Рубальский оружие.

…Однако по возвращении из Швеции Андрей не получил пистолета. Более того, выяснилось, что и самого Минаева тоже нет, и непонятно, где он находится. Эта новость настигла Рубальского в первый же вечер после приезда из Швеции, она буквально обрушилась на него, вогнав певца в состояние полной растерянности. Поначалу он еще надеялся, что все скоро образуется, Минаев объявится и вернет ему ствол, но… Вмешательство в дело частного детектива показало, что ситуация сложилась не столь радужная.

* * *

– И вы запаниковали, – подсказала я.

– Разумеется! Сами посудите, что я должен был подумать?! Минаев исчез, пистолет вместе с ним… Я вообще, признаться, решил, что его могли грохнуть из него. Из моего ствола то есть! Представляете, в каком бы я оказался положении?! Я пытался выявить по поведению Валерии, известно ли ей что-нибудь об этом. Но она вела себя так, словно ни сном ни духом. И я подумал, что Минаев просто насвистел мне о том, что ствол ему нужен для каких-то там ролевых игр.

– Значит, поэтому вы так и рвались ночью удрать из моей квартиры? – сказала я. – Надеялись найти его у Валерии?

Рубальский немного помолчал.

– Ну да, надеялся, – признался он. – Это был единственный шанс! Слабый, но все-таки… Поэтому я и решил – во что бы то ни стало проникнуть сюда, к ней, и поискать его. Вдруг Минаев не забрал его с собой?

– И что? Не нашли?

– Увы. – Рубальский со вздохом развел руками. – Хотя я уже все тут перевернул.

– Понятно. Что ж, а теперь дайте возможность профессионалу продолжить вашу работу, – сказала я. – Хотя, если честно, я совсем не думаю, что мы обнаружим здесь ваш пистолет.

Я начала методично обыскивать комнату Валерии, потом перешла в другую и завершила поиски на кухне. Для очистки совести проверила и ванную с туалетом. Никакого пистолета нигде не было. Рубальский ходил за мной по пятам, не сводя с меня глаз. Когда он понял, что поиски завершились, не дав положительного результата, выражение его лица стало совсем поникшим.

– Ну вот, – обреченно констатировал он. – Я погиб…

– Погодите раньше времени себя хоронить-то, – остановила я его. – Давайте лучше сосредоточимся, и вы мне кое-что расскажете.

– Так я уже все рассказал!

– Не спешите, не спешите. Вспомните, какое у вас создалось впечатление от настроения и намерений Минаева? Вы не поверили, что пистолет ему нужен просто так, без особых причин?

– Честно говоря, нет, – признался Рубальский. – Мне просто неудобно было ему отказывать, ну и я успокоил себя тем, что меня не касаются Гошины замыслы.

– А вам не приходило в голову, что они могут иметь криминальный оттенок?

– Я старался не думать об этом, – виновато произнес Рубальский. – Да и пьян уже был. Хотелось поскорее домой, растянуться на постели… А тут Гоша надо мной навис со своей просьбой!

– Он спешил? В смысле, не возникло ли у вас впечатление, что он собирается скрыться как можно скорее?

Рубальский задумался. Поперечная складка прорезала его высокий лоб.

– Нет, – наконец ответил он. – Было очевидно, что он чем-то озабочен – это да. Просто я тогда не придал этому значения. Я же не знал, как разовьются события дальше! Тогда ничто не говорило о том, что у Гоши имеются какие-то серьезные проблемы.

– Когда вы передали ему пистолет? Какое было число?

– Третье января, – ответил Рубальский. – Я это помню хорошо, потому что на следующий день мы улетели.

– И с того момента вы больше не разговаривали с Минаевым – ни лично, ни по телефону? – уточнила я.

Рубальский ответил отрицательно. Я присела на диван и задумалась. Похоже, сейчас нужно уходить отсюда, вернуться домой и после тщательного анализа ситуации принять решение – что делать дальше? В дальнейшем общении с Рубальским смысла больше не было.

– Ну вот что, Андрей, – сказала я. – Давайте-ка приводите в порядок весь этот бардак и отправляйтесь к себе.

– А пистолет? – жалобно спросил Рубальский.

– Вы же убедились, что его здесь нет?

– А вы поможете мне его… вернуть?

– Я не фокусник, – развела я руками. – Думаю, найти его удастся после того, как я найду Минаева. Так что в ваших интересах – сотрудничать со мною в расследовании.

– А я что делаю?!

– Пока что вы заботитесь только о себе, – заметила я. – Причем делаете это весьма неумело и кустарно. Доверьтесь лучше профессионалу. А пока – приступаем к уборке.

После того как Рубальский кое-как привел квартиру Валерии в относительный порядок, мы вышли из нее, и я заперла дверь. Попрощавшись с Рубальским и посоветовав ему ни с кем не делиться поведанной мне историей, я отправилась к себе.

Дома я приготовила двойную порцию кофе, с удовольствием выпила его и погрузилась в размышления. Итак, Игорь Минаев зачем-то нуждался в оружии. Это может означать только одно – он знал, что ему грозит опасность. Лапшу, навешанную им на уши Рубальскому, я даже не стала принимать в расчет.

Далее. Минаев интересовался укладом жизни в Швеции. А это уже может говорить о том, что он искал подходящее место жительства за пределами России. Значит, все настолько серьезно, что дело не ограничилось бы просто сменой города. Минаев уже покинул в свое время родной Екатеринбург, но, как показывает опыт, ему это не помогло.

А что, если все совсем просто? Если Минаев действительно уехал в Швецию и преспокойно устроился там? Такая версия отлично все объясняет! Он вовсе не собирался уходить от Валерии к другой женщине. Возможно, он был бы рад жить с нею до старости, если бы не возникшие препятствия – в виде опасности, грозившей ему с чьей-то стороны. А то, что опасность Минаеву грозила, и вполне реальная, – факт. Не зря его ищут сразу несколько человек, причем довольно-таки мутных. И вот он таким радикальным образом разрубил этот узел, пожертвовав отношениями с Валерией, друзьями и родными. Впрочем, может быть, он надеется восстановить их впоследствии, когда все утихнет?