Все включено: скандал, секс, вино - Мария Жукова-Гладкова

Колобов кивнул.

– Но зачем вам вообще надо было кого-то из нас брать?

– Юля, не надо прикидываться идиоткой. Я знаю, что ты не идиотка.

– Спасибо на добром слове. Но объясните, пожалуйста, о чем речь? Что произошло?

Александр Иванович ответил, что как раз добивается от меня ответа на этот вопрос. Я в недоумении заморгала. Колобов сделал мне комплимент («Какие у тебя яркие, живые глаза, Юля!») и спросил:

– С какой стати вы с Татариновым снова сошлись?

– Мы не сходились, – ответила я.

– Но он всем рассказывал, что у него с тобой любовь! Он понял, что жить не может без тебя! Готов все бросить, только бы снова быть с тобой.

Колобов помолчал немного и добавил, что, будучи лично знакомым с Аллочкой Креницкой, он на месте Сергея тоже посчитал бы меня воплощением всех добродетелей. Ангелом во плоти.

– Александр Иванович, – вздохнула я, – Сергей может рассказывать о своей любви ко мне кому угодно и сколько угодно. Я его назад не пущу, – сказала специально для Колобова, хотя имела совсем другие планы.

– Но ты останавливалась с ним в одном номере в гостинице.

– Это ни о чем не говорит.

– Как это?

– Раз переспать, плоть потешить и пустить назад в свою жизнь – это две большие разницы, как говорят в одном известном городе.

– Но почему ты с ним поехала в эту гостиницу?! Ты же в Финляндию отправилась с двумя мужиками! С ними, что ли, переспать не могла, если так захотелось?!

Так, и про Димку с Костей уже знает. Ладно, надо начинать говорить, пока не разозлился.

Я пояснила, с какой целью ездила в Финляндию, как случайно встретила там Сергея и как он предложил мне провести с ним ночь.

– Ты полтора года не отвечала на его звонки! Я выяснил, как он обрывал тебе телефон. Письма электронные прочитал: у него ведь остались копии. А ты ни на одно не ответила. Стерва. Мужик страдал, а ты…

– Нечего было на другой жениться, – ехидно заметила я. – Выбрал бабки – сам виноват. А теперь уже поздно.

– Вот об этом и речь, Юля! Ты думаешь, я работу не провел подготовительную перед тем, как тебя сюда тащить? Почему ты согласилась поехать с ним в гостиницу?

– Ему было нужно алиби, – сказала я. – Я его пожалела.

Про деньги решила умолчать.

Колобов изменился в лице, потом попросил рассказать поподробнее. Я сказала про жену Артура, которую Сергей хотел просить вначале, повторила историю про нашу случайную встречу, пояснила, что он страшно не хотел присутствовать в офисе на каких-то переговорах – и в результате не присутствовал. Но ему нужно было веское оправдание, почему он там не появился.

– Так для кого оно ему требовалось?

– Насколько я поняла – для тестя. Он вообще был в шоке, когда узнал, что тесть оказался вместе с нами в гостинице.

Колобов задумался. Я добавила, что, насколько мне известно, Редька дико разозлился, что Сергей сорвал переговоры, и выгнал его из фирмы именно за это. То, что он домой пришел не вовремя, с его дочерью поругался, со мной вместе был – ерунда. По крайней мере, для Редьки. Хотя могу и ошибаться. Это Александру Ивановичу виднее, он и Редьку, и всю ситуацию знает гораздо лучше меня. А если не знает – ему проще все выяснить, хотя бы у того же Редьки.

Александр Иванович медленно кивнул и заметил, что Редьке в самом деле плевать на отношения дочери и зятя. И даже развод не был бы поводом для увольнения Сергея – теперь, когда он стал правой рукой Креницкого. Меня это заявление, признаться, удивило.

– А что за переговоры намечались, не выяснила? – посмотрел на меня Колобов.

Я покачала головой:

– Сергей не говорил. Я не спрашивала, понимая, что не скажет.

Колобов тут же извлек из кармана трубку, потом записную книжку, набрал какой-то номер и попросил позвать Наташу. Ее он прямо спросил о бизнесменах, появлявшихся в офисе и не дождавшихся Сергея и Редьку. Выслушав ответ, уточнил, есть ли у Наташи хоть какие-то данные на этих типов.

– То есть просто были запланированы переговоры? Тебе не называли ни имен, ничего?.. Понял. Спасибо, деточка.

– Секретарша Креницкого и на вас работает? – улыбнулась я, вспомнив, что Борис называл ее имя.

Александр Иванович кивнул и пояснил, что пятьдесят один процент, то есть контрольный пакет, акций «Импорт-сервиса» принадлежит ему. Я с трудом сдержала возглас удивления, хотя… А почему бы и нет? Колобов тем временем медленно произнес:

– Странно. Очень странно. Наташка этих двоих ни разу не видела. Фоторобот мы, конечно, составим. Если Павел Степанович нам ничего сам не скажет, – лицо Колобова озарила улыбка удава. – Значит, Сергей очень не хотел с ними встречаться?

Я кивнула. Потом напомнила, что, по мнению коллектива фирмы, именно Редька постарался, чтобы Серегу закрыли в Крестах. И кто-то же поработал с его машиной? Я тут же спросила у Колобова, не знает ли он, что именно с ней случилось.

– С тормозами кто-то побаловался, – сообщил он то же, что говорил Борис. – Пока Татаринов находился в офисе. Сработано быстро и профессионально. Он уже на первом светофоре не смог затормозить. Ему вообще крупно повезло, что жив остался. Но для этого он направил машину на остановку, где стояли люди… Как ты знаешь, один погиб, второй так и лежит в реанимации. Может, еще кто-то пострадал по мелочи, насчет этого я уже не в курсе. Ларек он там пробил к чертовой матери. В этом ларьке и застрял.

Александр Иванович почесал подбородок, потом попросил рассказать про наше совместное с Сергеем пребывание в гостинице. Я рассказала, только решила на всякий случай не упоминать кейс, с которым Татаринов не расставался ни на минуту. Зачем давать Колобову лишнюю информацию?

– Люба подтвердила, что Сергей выходил из номера. У них ведь с Любой, как тебе сказать…

– Да скажите, как есть. У меня с ним все в прошлом.

– В общем, он отправился в комнату отдыха администраторов. Там у администраторов случается разнообразный отдых, – Колобов хмыкнул. – Оттуда позвонил на стол в фойе. Не решился спускаться, чтобы ни с кем не столкнуться. Так он Любаше пояснил. Она сама к нему поднималась. Сказала ему про тестя. Ну и подзадержалась ненадолго. – Колобов опять хмыкнул. – Потом ты решила крутануть хвостом. Вы с ним, видимо, разминулись, когда ты по одной лестнице бежала вниз, а он по другой поднимался наверх.

Я задумалась. Но неужели он не услышал моих криков? Или забыл мой голос? Не узнал? Не мог подумать, что это я кричу? Но на эти вопросы мне сможет ответить только сам Сергей.

– Давай теперь про прибалта, – велел Александр Иванович.

– Про него вам лучше у Любы спросить.

– Уже спросил. И она потом еще звонила, рассказывала про твой визит в сопровождении органов. Так что раскопали органы? Юля, мне просто не хочется зря тратить время на выяснение. Ты же должна понимать, что я все равно узнаю то, что знают они. Ты мне просто сэкономишь время.