Все включено: скандал, секс, вино - Мария Жукова-Гладкова

Далее последовала матерная фраза.

– Мы можем встретиться? – спросила я.

– Ты сейчас ко мне подъедешь?

– Да, – ответила я.

Борис продиктовал адрес.

* * *

Я остановилась у ларька, купила пива и поехала в гости. Дом нашла практически сразу, поставила машину в «карман» и поднялась на пятый этаж. Дверь открыла женщина лет двадцати шести.

– Здравствуйте, проходите, – пригласила она.

Борис был рад пиву («Моя не разрешает», – шепотом сообщил он) и выставил на кухне на стол два стакана.

– Я за рулем.

– Ну, Юля, не могу же я один?

– Боря, я за рулем не пью.

В кухне нарисовалась его жена.

– И правильно делаете, – сказала она. – Это ваш любимый кого-то сбил? По пьянке?

Я округлила глаза. Борис молча налил себе пива.

– Давай и мне, – сказала его жена, представившаяся Люсей.

У Бориса с Люсей родился второй ребенок, и у ребенка сейчас как раз резались зубы. Люся не спала ночами, да и днем выматывалась, занимаясь готовкой, стиркой, уборкой, гуляньем и всем остальным. Борис работал с утра до ночи, чтобы прокормить семью. Люся оказалась иногородней, а отношения со свекровью не сложились, поэтому рассчитывать на бабушек не приходилось.

Борис работал в той же фирме, что и Сергей, но занимался только ремонтом техники. К тому же он регулярно бегал по халтурам: во всех окрестных домах знали, что к нему можно обратиться.

– Так что я еще и диспетчером работаю, – устало сказала Люся, потягивая пиво. – Бывает, ляжешь на полчасика – а тут обязательно кто-то позвонит.

Но меня, конечно, интересовали не их семейные проблемы, а случившееся с Сергеем.

Борис рассказал все, что было известно ему и другим сотрудникам фирмы.

Вчера утром, когда приехали какие-то важные партнеры, в офисе не оказалось ни генерального директора, господина Креницкого, ни его заместителя, и по совместительству зятя, господина Татаринова. Секретарша вначале позвонила на мобильный генеральному и услышала длинную матерную тираду, после чего директор трубку вообще отключил и стал недоступен для общения. Тогда она позвонила Сереге. У того трубка была отключена с самого начала.

Партнеры подождали двадцать минут, потом высказали секретарше свое мнение о ее начальстве и фирме в целом и отбыли, заявив, что больше никогда не будут иметь дело с такими безответственными людьми.

Сергей появился в офисе ближе к концу рабочего дня. В настроении был прекрасном, все время насвистывал какую-то веселую мелодию. На вопрос Бориса, что с ним, ответил с идиотским выражением на лице:

– Любовь у меня! Любовь! Душа у меня поет, понимаешь?

– От любви получаются дети, – грустно сказал тогда Борис.

Креницкий вчера в офис так и не приехал и даже не позвонил, чем удивил подчиненных. Такого с ним раньше никогда не случалось. Он появлялся и с дикого бодуна, и после ночи запретной любви. Иногда задерживался, но только не на назначенные деловые встречи, и всегда предупреждал секретаршу, что опоздает, а также сообщал, где его можно найти. Секретарше Наташке Креницкий доверял, знал, что она его жене не продаст.

Жена, кстати, несколько раз звонила в офис, но ей не могли сказать ничего вразумительного. Сами ничего не знали. Но она, скорее всего, решила, что мужа покрывают подчиненные.

Сегодня с утра в офисе появились оба – и тесть, и зять. Тесть, правда, немного подзадержался. Рабочий день начался с грандиозного скандала. Начальство орало за закрытой дверью, поэтому всех деталей не знает никто. Но тесть выгнал зятя с работы.

Выйдя из кабинета родственника, Серега отправился к своему столу собирать вещи. Коллеги, конечно, поинтересовались случившимся. Серега, как отметили все, не выглядел расстроенным. Он выглядел веселым. Потом высказывались предположения, что он мог быть слегка пьян.

– Меня вчера женушка с тещенькой выгнали за то, что не ночевал дома, – сообщил он. – Вот теперь после отлучения от семьи отлучили и от работы. Но ради того, чтобы больше никогда в жизни не видеть драгоценных родственничков, можно поискать и другое место.

– Так ты сегодня дома не ночевал? – спросили коллеги.

– Я и вчера не ночевал. То есть я не появился в ночь с позавчера на вчера. Ну и половину вчерашнего дня был недосягаем, – Сергей мечтательно улыбнулся. – Могу же я иногда позволить себе расслабиться? Любовь у меня! Любовь! А родственники не понимают. Вчера все-таки пришел. А мне раз – и на дверь показали. А я был не против. И эту ночь уже ночевал в другом месте. А сегодня – финита ля комедия. С доченькой разошелся – катись из фирмы.

«Так где же он провел эту ночь? В особенности время с двух до четырех, названное патологоанатомом?» – возник у меня вопрос. На него можно было предложить великое множество ответов.

Сергей собрал вещи, со всеми попрощался, его попросили сообщить, когда он устроится на новом месте. Серегу любили, и все понимали: без него в фирме обстановка резко ухудшится. Во время процедуры прощания в общий зал вылетел Креницкий, стал крыть Серегу матом, обвиняя его во всех грехах, правда, в первую очередь почему-то в разгильдяйстве, а не прелюбодеянии, как рассчитывали услышать члены коллектива.

Серега в долгу не остался и выплеснул поднакопившиеся отрицательные эмоции на тестя. При всем честном народе они минут пятнадцать орали друг на друга. Правда, сотрудники по большей части не понимали, о чем идет речь. Поняли одно: Серега не туда смотрел.

Затем Серега развернулся и офис покинул, хлопнув дверью так, что навесной потолок аж закачался – как и все здание. Редька еще поорал, затем удалился в свой кабинет и велел секретарше налить ему сто пятьдесят «Перцовой».

А через несколько часов в офис нагрянула милиция. От непрошеных гостей сотрудники и узнали, что недалеко от офиса произошла авария. Один человек погиб на месте, другой в тяжелом состоянии доставлен в больницу. Сергей отделался царапинами.

– А что милиции нужно было в офисе, если Серега попал в аварию, пусть и по своей вине? Какое отношение фирма имеет к дорожно-транспортному происшествию?

Борис залпом выпил полстакана пива и внимательно посмотрел на меня.

– Дело тут темное… Мы сегодня до конца дня его обсуждали… У него что-то случилось с тормозами. Я не знаю деталей: нам не сказали, а Серегин «Форд» я, как ты понимаешь, после аварии не видел. Но Серега, когда его менты повязали на месте, сразу стал говорить, что это ему по приказу тестя машину попортили. Ну и выдал и про жену с тещей, и про тестюшку. Нас допросили всех. Ну мы, конечно, подтвердили, что дикий скандал был. Что Серега отсюда на всех парах вылетел. Я, честно, когда про аварию услышал, подумал: Серега завелся, поэтому и врезался. Остыть надо было, а потом ехать. Может, тяпнул из горла – у него в «бардачке» всегда фляга лежала. Да наверное тяпнул – и дыхнул на ментов… Удивительно, что они так быстро в офисе нарисовались. С Креницким они долго в кабинете общались, потом ушли.