Будапештский нуар - Вилмош Кондор

Он подошел к унитазу, откинул сиденье. Взял стакан в руки и со страдающим лицом принялся мочиться. Закончив, поднял стакан. Крови и следа не было. Он поставил стакан на край раковины, осторожно умыл лицо холодной водой, зачесал волосы назад и вышел из ванной.

– Пожалуйста, дедушка. – Гордон поставил стакан перед стариком.

Мор посмотрел на него против света и успокоенно вздохнул.

– Никогда так не радовался моче, – заявил Мор.

– Ну, хорошо. – Гордон сел на край кровати. – Теперь вы кое-что мне пообещайте.

– Говори.

– Будьте внимательны на улице. Проверяйте, нет ли слежки. Обращайте внимание не только на пешеходов, но и на машины. Выйдя из дома, внимательно осмотритесь, нет ли машины с шофером. По тротуару всегда идите вдоль стены, у подворотни, наоборот, выйдите на край тротуара. Иногда резко останавливайтесь и смотрите назад, но незаметно. Если увидите подозрительного типа, не вступайте в спор, зайдите в кафе, выпейте чего-нибудь и возвращайтесь домой.

– Понял, – кивнул старик.

– Возможно, вам не удастся ничего узнать. Сегодня все-таки воскресенье, и обычно в это время в районе улицы Дохань почти никого нет.

– Не волнуйся, дорогой, я разберусь.

– И будьте очень аккуратны.

– Буду. А ты оставайся дома и лежи.

– Так и сделаю, дедушка, – кивнул Гордон.

– Кристина! – громко позвал старик. – Не разрешайте ему даже подниматься с кровати, – строго-настрого наказал он ей, когда девушка зашла в гостиную. – Ему нужно лежать, отдыхать, иначе кто знает, во что это выльется.

Мор встал и снова застегнул жилет, на этот раз правильно. Кристина поправила ему галстук, и старик надел шляпу и вышел.

Только дверь за дедушкой закрылась – Гордон уже встал с кровати. Неуверенным шагом добрался до телефона, левой рукой поднял трубку. Тут он понял, что не способен набрать номер больной и перевязанной правой рукой. Положил трубку, попробовал набрать номер левой рукой, но не получилось. Кристина стояла в дверях и наблюдала, как Гордон плетется к окну, берет карандаш, чтобы им набрать номер. Но карандаш то и дело выскальзывал у него из руки. После пятой попытки мужчина злобно швырнул карандаш на пол и повернулся к Кристине:

– Может, вы мне уже поможете, бога ради? Или вас это забавляет?

– Куда вы хотите позвонить? – спросила Кристина ледяным голосом.

– В кофейню «Стамбул».

– Зачем?

– Мне нужно кое с кем поговорить.

– Неужели? Не придумывайте!

– Так вы поможете мне или нет?

Кристина подошла к телефону, Гордон по памяти продиктовал номер. Когда раздались гудки, Кристина передала трубку Гордону.

– Йенё Штраус у вас? – спросил Гордон. Получив ответ, он положил трубку на место. Вернулся в спальню и с трудом принялся одеваться. Кристина наблюдала за ним, скрестив руки на груди.

– Куда вы собираетесь?

– У меня есть дело.

– Дело… Вас вчера избили. И уже какие-то дела. Можно спросить какие?

– Можно. Мне нужно переговорить с Йенё Штраусом.

– До завтра это, конечно, не подождет. А еще лучше до тех пор, пока вы не обретете человеческий облик.

– Не подождет, – ответил Гордон и посмотрел Кристине прямо в глаза. Он не сможет рассказать ей об угрозе кривоносого мужчины. До тех пор пока не будет знать, что тот не причинит ей вреда и что он, Гордон, в свою очередь, сделал все возможное. Но до этого было еще далеко.

– Тогда, возможно, и я не буду долго ждать, Жигмонд, – вырвалось у Кристины, – и приму предложение «Пингвина». И уеду в Лондон.

– Но сначала помогите мне одеться, – сказал Гордон.

Он надел штаны, но с рубашкой самостоятельно справиться не мог. Девушка помедлила, но потом все же подошла и помогла ему одеться. Застегнула пиджак, завязала галстук и даже подала пальто. Гордон вышел в прихожую и левой рукой надел шляпу. Но это движение заставило его потерять равновесие, и он оперся о стенку. Лицо у него перекосилось от боли. Кристина не могла больше терпеть. Сорвала с вешалки пальто, взяла ридикюль.

– Куда вы собрались? – спросил Гордон.

– Если вы думаете, что я и дальше буду потакать вашим глупостям, чтобы вы совсем себя погубили, то вы ошибаетесь!

На этом она хлопнула дверью и скрылась.

Гордон снял ключ, который висел у двери, левой рукой с силой засунул его в замок, повернул и направился вниз по лестнице.

Мерзкое утро тянулось бесконечно. Из-за тумана и моросящего дождя тротуар стал скользким, поэтому Гордон отказался от идеи дойти до «Стамбула» пешком. Ему потребовалось целых пятнадцать минут, чтобы добраться до Берлинской площади. Там он дождался трамвая, сел и стал любоваться осенним городом. По мосту Маргариты прогуливались красивые девушки с теннисными ракетками. Гордон даже не пытался поворачивать голову им вслед, чтобы посмотреть, как они исчезают на острове Маргариты. Гордон поднялся и махнул кондуктору, что выходит.

Кофейня «Стамбул» находилась в двух метрах от остановки. Несмотря на раннее время, она была забита. Официант открыл посетителю дверь, и тот зашел в окутанное дымом помещение, пропахшее булочками и кофе. Кассирша гремела кассовым аппаратом, официанты метались с заставленными подносами, за столами сидела зажиточная будайская молодежь, мужчины и женщины – все за одним столиком. Гордон оглядел помещение. В самом конце он увидел Штрауса и Антала Кочиша. Направился к ним, но по пути у него так прострелило бок, что он был вынужден опереться левой рукой о столик. Щегольской внешности молодой человек и сидящая напротив дама выкатили на него глаза, молодой человек сердито фыркнул:

– Вы вообще видите, куда идете, господин? Нажрался с самого утра, посмотрите-ка!

Гордон с удовольствием вылил бы кофе ему на колени, но сейчас были дела поважнее. Штраус тоже обернулся на голос молодого человека, а увидев Гордона, подскочил, чтобы помочь. Но Жигмонд отмахнулся, мол, справлюсь. Доковылял до столика, где сидел Штраус, и все-таки позволил Кочишу выдвинуть для себя стул.

– Что с вами стряслось, Гордон? – спросил Штраус. – Если бы я не знал, предположил бы, что вас избил главный герой какой-нибудь статьи. Но знаю, что все они либо мертвы, либо сидят в тюрьме.

– Им не меня надо избивать, а судью, если они не согласны с приговором, – отмахнулся Гордон.

Репортер поймал взгляд официанта.

– Черный кофе, крепкий, двойной, и быстро, – сказал он, затем пересказал Штраусу и Кочишу все, что произошло с ним прошлым вечером.

– И вы не знаете, почему они на вас напали? – спросил пожилой боксер.

– Нет. – Гордон покачал головой.

– Жигмонд, так не бывает, что на тебя без причины нападают и избивают до полусмерти. – Кочиш удивленно посмотрел на Гордона.