Старая рана - Алексей Макеев

– Боюсь, у вас ничего не выйдет. Ему нельзя позвонить – он сейчас находится под следствием.

– Как? То есть… То есть в тюрьме, что ли? Но это невозможно! Вы что, в камеру его посадили?

– Не мы, – покачал головой Крячко. – Следственный комитет.

– Но вы же сказали, что вы полковник полиции! Вы можете им объяснить и потребовать, чтобы Вадима выпустили?

– Не могу, – Крячко чуть не умилился наивности девушки. В принципе, он понимал, почему Вадим так крепко к ней прикипел. Она являла собой полный контраст Регине Берестовой, и с ней он изживал свои комплексы и реализовывал мужской потенциал, задавленный властной и неженственной супругой. В Анастасии же этой самой женственности было хоть отбавляй.

– Это разные ведомства, Настя, – попытался объяснить ей Стас. – Следственный комитет нам не подчиняется. У них, как говорится, своя свадьба, у нас – своя.

– Тогда я должна поехать и рассказать им все! – решительно заявила Настя.

Крячко с сожалением посмотрел на нее и, вздохнув, сказал:

– Послушай, дочка, мой тебе совет – сиди дома и не высовывайся. Мы сами во всем разберемся. Ты – лицо заинтересованное. Подумай сама, что ты им скажешь? Что он вчера вечером, часов в восемь, приехал к тебе и пробыл до сегодняшнего утра? А с какой целью? Кто ты ему? Кто он тебе? Друг?

– Да, так и скажу, – твердо мотнула головой Настя и, подойдя к шкафу, стала доставать одежду.

– И слушать тебя никто не будет! – остановил ее Крячко. – Еще и посмеются. Это, кстати, в лучшем случае. В худшем – вцепятся в тебя клещами. Решат, что ты сообщница, и посадят в соседнюю камеру. Будете с ним через стенку перестукиваться, как подпольщики! Очень романтично. Шучу я, – посерьезнел он. – Сиди дома и жди, мы во всем разберемся.

– А кто ведет дело? – вдруг спросила Настя.

– Лучший сыщик Москвы! – подмигнул ей Стас.

– То есть вы? – наивно уточнила Настя.

– Ну, вообще-то в Москве два лучших сыщика! – улыбнулся в ответ Станислав. – И я – один из них. Ты мне лучше расскажи, о чем вы разговаривали в последнее время, как Вадим вел себя, что вообще говорил.

– Да как обычно он себя вел, не считая того, что недавно заявил, что решил уходить от жены ко мне. Я не одобрила его решения, но и сказать, что была не рада, не могу. Не знаю, насколько их отношения были плохими, что Вадим решил переехать жить ко мне сюда из своей шикарной квартиры.

– А у тебя откуда эта квартира? Родня у тебя есть?

– Да из родни у меня брат один, Андрей, – вздохнула девушка и продолжила: – Мы – близнецы, родились с разницей в пятнадцать минут. Я старшая, – с гордостью добавила она. – А родители наши умерли несколько лет назад. Сначала мама, потом папа. Мы тогда жили в центре, в хорошей трехкомнатной квартире. А после смерти решили с братом ее разменять. Уже взрослые, у каждого своя жизнь. Но Андрей меня не бросает, навещает постоянно. Знаете, близнецы – это ведь особая связь, очень прочная. Мы с Андреем просто не можем долго друг без друга. Как две половинки чего-то целого.

– Угу, а он где живет? – пропустив мимо ушей философию, поинтересовался Крячко.

– В Бибиреве. Как вы понимаете, две квартиры в центре Москвы получить было нереально. Нам и так повезло, что две «однушки» удалось купить. После папы сбережения кое-какие остались, мы их добавили. Сами вряд ли смогли бы скопить такую сумму.

– Понятно, понятно, – проговорил Крячко, – а братец чем занимается?

– Он тоже музыкант. Скрипач.

– Не женат, нет?

– Нет. Но с девушкой встречается, вроде бы они собирались пожениться.

– Понятно, понятно, – кивал Крячко. – Деньги, значит, нужны на свадьбу… А скрипачам много платят?

– Ой, ну это зависит от того, где ты работаешь, – снова зарделась Настя. – Пока не слишком много. К тому же мы только недавно после консерватории… Хотя Андрей – он очень талантливый!

– Ну да, ну да, – согласился Крячко. – А он знает про вас с Вадимом?

– Он же мой брат! И приезжает почти каждый день. Конечно, знает.

– Ну что ж, Настя, за разговор спасибо. Пожалуй, закончим с тобой на сегодня, – Крячко поднялся с дивана. – Чай у тебя вкусный – сил нет.

– Хотите еще? – тут же с готовностью предложила девушка.

– Да я бы с удовольствием, но пора мне, – вздохнул Станислав.

– А дайте, пожалуйста, ваш номер телефона, чтобы я была в курсе всех следственных дел. И еще раз повторюсь, что у Вадима – алиби, до двенадцати он был у меня и никуда не уходил! Да и вообще, не мог он ее убить, он правда хороший и добрый, зачем ему это делать? – Настя начала повторяться.

– Мы обязательно разберемся, и если твой Вадим действительно ни в чем не виноват, будет скоро уже у тебя сидеть да чаи гонять, – с улыбкой сказал Крячко и, попрощавшись, отправился в отделение.

«Пожалуй, Регина так достала бедного Вадима, что он нашел ей полную противоположность, – подумал он. – Вот же бабы, а? Как умеют кровь мужикам пить! Шаг вправо, шаг влево ступить не дают! До чего же нужно довести мужика, чтобы он решился на такой радикальный шаг, как убийство!»

Станислав поймал себя на том, что невольно сочувствует Вадиму. Как ни странно, беседа с Анастасией укрепила в нем мысль, что тот вполне мог решиться на убийство своей жены.

«Может быть, понял, что сбежать так просто не получится, что женушка все равно ему жизни не даст. Может, выхода у него другого не было!» – мысленно оправдывал Крячко Вадима, которого еще совсем недавно считал товарищем по несчастью. И только твердость бутылки вина во внутреннем кармане куртки напоминала о том, что у него в семье все-таки совсем другая ситуация.

Достав телефон, Крячко набрал номер Гурова и отчитался о разговоре с Настей.

– Ну и как, по твоему мнению, любовница может быть сообщницей? – поинтересовался Лев.

– Черт ее знает, Лева, – честно признался Крячко. – С одной стороны, вроде бы нет. Такая вся, знаешь, девочка-ромашка. Врать не умеет. И вот это обстоятельство как раз мешает мне доверять ей до конца!

– Не понял? – удивился Лев.

– Да не покидает меня чувство, что она не всю правду сказала. Что-то ее грызло, она нервничала, и сказать не решалась, и скрыть не могла.

– Так, и что с ней дальше делать? Может, к нам отвезти?

– А основания, Лева? Только потому, что она была любовницей задержанного? И потом. Не забывай, дело официально ведем не мы, а Следственный комитет. Это они могут ее забрать. Если сочтут нужным, конечно. Ладно, это мы вечером в Главке все обсудим. Сейчас-то что делать, в СЭС ехать? Или ты сам туда?

– Стас, поезжай ты, – после паузы отозвался Гуров. – Я тут подзадержался в квартире Регины, да и к Берестову кое-какие вопросы остались.

– Ну, ты даешь, Лева! Я в Мытищи успел смотаться, а ты все в квартире торчишь! И что ты там делаешь? Небось манную кашу по тарелке размазываешь? – подколол Крячко Гурова его же любимой поговоркой.