Изумрудный шифр - Алена Белозерская

— Тогда, — сквозь зубы протянула Луиза Фернанда, — объясните причину, по которой меня сюда привезли. И если вы думаете, что Глорию убила я, то говорю вам, что это не так. Я не причастна к смерти вашей… моей подруги.

— Я знаю, что вы не убивали Глорию.

— Тогда что вы от меня хотите?!

Луиза Фернанда тревожно посмотрела на него и вдруг подумала, что это он или его люди убили Глорию и всех остальных. Возможно, Глория рассказала ему о подарках Армандо, и он решил завладеть ими. Луиза Фернанда мгновенно вскочила с кресла и, подлетев к Вороному, занесла руку для удара, но он вовремя перехватил ее и сильно сжал, заставив женщину сморщиться от боли. Затем так же неожиданно притянул к себе и вынудил посмотреть на него. Луиза Фернанда откинула голову назад, и взгляд ее упал на ровно очерченные губы.

— Зачем вам эти драгоценности? — прошептала она. — У вас же столько денег…

— Не понимаю, о каких драгоценностях вы говорите. — Вороной почти касался губами ее щеки, и она чувствовала теплоту его дыхания. — Я лишь хочу узнать, где находится моя дочь.

Он быстро выпустил Луизу Фернанду из объятий, и она качнулась в сторону, едва удержавшись на ногах.

— Ваша дочь? Откуда я могу знать, где она?

— Бросьте разыгрывать передо мной комедию. Вам прекрасно известно о Паоле.

— Я не знаю, о какой Паоле идет речь, — Луиза Фернанда сделала шаг назад и уперлась ногой в кресло. — Предупреждаю вас, если вы посмеете меня ударить…

— То вы меня убьете? — усмехнулся Вороной и присел на краешек стола.

— Мне ничего не известно о вашей дочери.

Вороной повернулся, взял со стола пульт и включил телевизор, висящий на стене. На экране Луиза Фернанда увидела себя и Глорию. Это была их последняя встреча. Луиза Фернанда услышала свой голос:

«— А где малышка?

— В Испании, в нашем с тобой любимом городе. Ты знаешь где. Паола живет там со своими нянями».

Вороной остановил запись и повернулся к Луизе Фернанде, но та не могла отвести взгляд от застывшей на экране Глории. Она подошла к телевизору и, не отрываясь, смотрела в лицо своей убитой подруги. Внезапно она поняла, что в спальне Глории были установлены камеры, о которых та не знала. Глаза Луизы Фернанды яростно заблестели.

— Как можно любить человека и при этом ему не доверять? Вы — подлое существо!

Олег протянул Луизе Фернанде нетронутый стакан виски.

— Где Паола?

Луиза Фернанда сделала глоток виски и мрачно улыбнулась.

— Если вы внимательно смотрели запись, то наверняка помните, о чем Глория просила меня, когда рассказала о своей дочери. Она сказала, чтобы я никогда и никому о ней не говорила! Вы не сможете заставить меня нарушить данное обещание, — сказала Луиза Фернанда. — Не уговорите.

— Уговаривать не в моих правилах, — усмехнулся Олег. — Это, во-первых. А во-вторых, я отец девочки и имею право знать, где она.

— Если сама Глория не соизволила поставить вас в известность, то что вы хотите от меня?

Олег слегка прищурился, глядя на упрямо сжатый рот воинственно настроенной женщины, и мысленно восхитился ее самообладанием. Он мало знал людей, способных открыто возражать ему и так яростно сопротивляться приказаниям. Намерение Луизы Фернанды сдержать данное уже мертвой подруге слово вызывало уважение, но он не привык к отказам.

— Вы скажете мне, — произнес он и потянулся к телефону. — О каком любимом городе шла речь?

— Даже если вы меня убьете, я все равно ничего не скажу, — выдавила из себя Луиза Фернанда, понимая, что говорит лишнее.

Она уже обдумывала пути отступления и была готова рассказать все, о чем знает. Но из-за свойственного ей духа противоречия, стремясь во что бы то ни стало поступить по-своему, не могла остановиться, хотя и понимала, что ведет себя глупо.

Олег на непонятном языке что-то спокойно говорил в трубку, и она жадно вслушивалась в чужие слова. Единственным знакомым словом было имя огромного Тони. Через минуту в кабинете появились похожий на Олега мужчина и, конечно же, Тони, который, подойдя к Луизе Фернанде, взял ее за плечо и молча потянул к двери.

— Что, — выкрикнула Луиза Фернанда, обращаясь к Вороному, — сам руки боишься испачкать?! Поэтому пригнал сюда помощников? Тупой русский мужлан! — Она брыкалась в руках невозмутимого Тони, пытаясь лягнуть его ногой. — Убери от меня свои руки, жирная задница!

Тони, не обращая внимания на сопротивление, легко толкал ее по направлению к выходу. Потом не выдержал, подхватил под руку и вышел в коридор.

— Ну и характер, — присвистнул Павел. — Огонь! Так ничего и не сказала?

Олег отрицательно покачал головой.

— Никогда не встречал такой хамки, — усмехнулся он.

— Зато хороша собой.

— Если умыть и снять эту жуткую одежду. Как она вообще догадалась надеть подобное?

Павел сел в кресло напротив Олега и задумчиво потер подбородок.

— Утром она выглядела по-другому. Вышла из квартиры своего дружка Маркуса и направилась к дому Глории. Мы подъехали как раз в тот момент, когда Луиза Фернанда убегала от преследователей. Одного она пристрелила, затем успела сесть в машину и даже пыталась скрыться. Кстати, машину она водит прилично. Потом, видя, что ее прижимают, вылетела из машины и помчалась по тротуару. Те ребята прохлопали, куда она скрылась. Впрочем, и мы едва ее не потеряли. Представляешь, всего лишь несколько минут назад была в платье и с длинными волосами, а тут Тони замечает в большой компании пацана и случайно узнает в нем Луизу Фернанду. Сначала ему никто не поверил, но мы все же решили проследовать за ними. Пацаны провели ее вдоль улицы до отеля «Амброзиано», потом она расплатилась с ними. Там мы ее и взяли. Признаться, я не ожидал такого рискованного поведения от женщины.

Олег задумчиво посмотрел в сторону.

— По-моему, ты сейчас видел, на что она способна. Луиза Фернанда нашла в доме Глории то, что искала?

Павел протянул бархатный мешочек. Олег вынул из него изумрудный браслет и восхищенно покрутил в руке.

— Лежал в ее рюкзаке.

— Что ж, отлично, — улыбнулся Олег. — Положи обратно.

Павел поднялся и внимательно посмотрел на брата.

— Она тебя заинтересовала?

— Нет, — обдумав вопрос, ответил Олег. — Мне просто любопытно, что она станет делать дальше.

Он подошел к телевизору, на котором еще была застывшая картинка с разговаривающими женщинами и, прикрыв глаза, всмотрелся в нее. Олега нельзя было назвать сентиментальным человеком, и все же ему было жаль Глорию, так рано и глупо ушедшую из жизни. Женщин у него было много, он любил их, как, впрочем, и они его, однако ни одна не оставила следа в его сердце. Одни были хороши в постели, другие были интересны в общении, некоторые из них поражали своей красотой, и с ними было приятно появляться в обществе. Глория обладала всеми этими качествами, но в ней не было страсти. Зато она была матерью его единственного ребенка и лживой сукой, которая находилась рядом с ним только для того, чтобы угодить Николасу. Который ее же и убил.