Самая последняя правда - Марина Серова

– Зачем, зачем мы это сделали?!

– Прекрати, пожалуйста! Опять ты начинаешь!

– Я уже жалею… Нужно было просто во всем признаться.

– И остаться в дураках?

– А теперь? Теперь что? В умных? Постоянно приходится притворяться, играть чужую роль, жить словно бы под чужой личиной!

– Тебе ведь это нравится!

– Но не постоянно же!

– Это и не будет длиться постоянно, осталось переждать совсем чуть-чуть. Потом мы уедем подальше. О нас все забудут. Все будет хорошо.

– Обещаешь?

– Конечно. И не начинай, пожалуйста, снова! Все будет хорошо. Иди ко мне…

* * *

Прежде чем ехать в парк-отель и дожидаться окончания рабочего дня менеджера, я решила заехать к себе домой переодеться. В казенных халате и тапочках по городу не поездишь, а больше у меня ничего не было, кроме джинсов и свитера, в которых я отправилась вчера в кафе на встречу с Людмилой Захарченко. К тому же в два часа дня должны были прийти вызванные мною наконец рабочие, чтобы починить раскуроченный пол, и я должна была их встретить.

Рабочих было двое, и они оказались веселыми молодыми ребятами. Подшучивая надо мной, они сказали, что «до кучи» мне следовало бы еще и плеснуть на пол керосином или бензином.

– И поджечь! – подмигнув мне, добавил второй парень. – Тогда бы от запаха духов вы избавились гарантированно.

– Вам смешно, – уныло сказала я. – А у меня теперь такие сложности! К тому же расходы непредвиденные.

Посерьезнев, парни осмотрели все очень тщательно, оценили объем работ и сказали, что за два-три дня все сделают. За дополнительную плату они взяли на себя и функцию покупки необходимых материалов, что было весьма мне на руку: когда я занята расследованием, мне не до разъездов по хозяйственным магазинам. Словом, парни получили аванс, и мы распрощались до послезавтра, вполне довольные друг другом. После этого я, запасясь различными предметами из своего гардероба, направилась к ставшему уже родному номеру парк-отеля «Богемия», чтобы подготовиться к вечерней встрече.

Я подъехала к зданию, в котором располагалась фирма «Абсолют», без десяти минут шесть, и заняла выжидательную позицию. Оделась я намеренно женственно, волосы распустила локонами по плечам, головной убор надевать не стала, а шубку оставила расстегнутой. Глядя на свое отражение в зеркале, я невольно подумала, что Ирма Линдгардт померкла бы на моем фоне, несмотря на то, что была помоложе меня.

Я очень надеялась, что Эдик Лавров выйдет один. Не хотелось мне беседовать с ним в присутствии кого-либо из «женсовета», и даже на глазах у Липатова, не говоря уже о бухгалтерше Белле Георгиевне.

Первой из здания выскочила Виолетта, она была в коротком норковом полушубке темно-красного цвета и плотных лосинах. Волосы ее были собраны в хвост. За ней не торопясь спустилась Ольга Николаевна в компании Наташи и Любы. Они сразу же распрощались и разошлись в разные стороны. Мелькали и другие сотрудники, незнакомые мне. С лицом, похожим на непроницаемую маску, вышла Белла Георгиевна и принялась ловить такси.

Менеджер Лавров появился чуть позже. Он был один, мне действительно повезло. Белла Георгиевна к этому моменту уже отбыла, что весьма меня порадовало. Эдуард прошествовал к неприметной синей «восьмерке» и достал из кармана ключи.

«Понятное дело, у молодого менеджера – а по сути, мальчика на побегушках, – зарплата покуда не позволяет покупать дорогие автомобили, – подумала я. – Да и эта, возможно, от родителей ему досталась, учитывая, что она явно не новая».

Лавров был без шапки, в хорошей теплой куртке дубленочного типа и ботинках на толстой рифленой подошве. Я слышала, как хрустит снег под его шагами.

Быстро выпорхнув из своей машины, я подошла к его автомобилю и, очаровательно улыбнувшись, произнесла низким голосом:

– Добрый вечер, Эдуард!

– Добрый! – немного удивленно откликнулся Лавров, который уже собирался сесть за руль.

– Вам привет, – тихо произнесла я, глядя прямо ему в глаза.

– Спасибо, – медленно склонил он голову. – А… от кого?

– А вы не догадываетесь? – все тем же низким, хрипловатым голосом, стараясь придать ему побольше таинственности, произнесла я.

– Вообще-то, нет, – улыбнулся менеджер.

– Странно, – проговорила я. – А она говорила, что вы сразу все поймете. У меня есть к вам важный разговор. И заманчивое предложение! Я приглашаю вас в кафе «Лунная соната», в отдельный кабинет. Там мы можем все обсудить.

Эдуард не насторожился, не бросился бежать, не метнулся мне навстречу и не затряс меня за плечи, заявив: «Что вам известно?!» или: «Кто вы такая?!» Он, напротив, сделал небольшой шаг назад, пристально оглядел меня с головы до ног и улыбнулся еще шире.

– Я, кажется, понял, – проговорил он. – Вы, видимо, и есть тот самый частный детектив по имени Татьяна, переполошившая вчера нашу скучную контору?

– Откуда вы знаете? – лицо у меня вытянулось.

– Белла Георгиевна поделилась, – не стал скрывать Лавров. – Подошла ко мне сегодня и поинтересовалась – не допрашивала ли меня доморощенная сыщица Татьяна, у которой, вообще-то, нет никаких официальных полномочий?..

«Вот жаба! – невольно выскочило у меня в памяти словечко из лексикона секретарши Виолетты. – Взяла и все мне испортила!»

– Последнее замечание – лично ваше или Беллы Георгиевны? – разочарованно спросила я, уже своим обычным голосом.

– Вообще-то, ее, – сказал Эдик.

– То есть вы даете мне понять, что я – никто, и что вы отказываетесь беседовать со мною? – поняла я намек.

– Ну почему же? – Эдик смотрел на меня с любопытством. – Ваше предложение посидеть в «Лунной сонате» звучит очень заманчиво. Я понимаю, что вы интересуетесь людьми, которые, как вы считаете, могут быть причастны к исчезновению Ирмы. И, наверное, подозреваете, что это я ее украл и спрятал в надежном месте? Потому и стараетесь говорить загадками в надежде, что я сразу проболтаюсь?

– Не думаю, что вы столь импульсивны, – усмехнулась я.

– И все же, вам есть о чем со мной поговорить?

– Есть, – не стала лукавить я.

– Так давайте поговорим, и дело с концом, – пожал плечами Лавров. – Расставим, так сказать, точки над «и».