Никто не хотел убивать - Владимир Колычев

Но результат получился совершенно неожиданный. Девица обо всем догадалась и принялась следить за самой Алисой, причем не просто следить, а, вероятно, поставила себе задачу выжить ее из клиники. Она буквально преследовала Алису по всему отделению. Алиса, у которой и без того руки тряслись и поджилки дрожали, теперь и вовсе искала любую возможность не делать уколы и уж тем более – не ставить капельницы, а уж перевязки и вовсе превратились для нее в восхождение на Голгофу. Алиса была готова мыть унитазы, выносить судна и перестилать белье, лишь бы не демонстрировать свое неумение. Два дня подряд девица буквально минуты передышки ей не давала, даже в туалете за ней проследила, когда Алиса в отчаянии звонила Тане посоветоваться, что делать. Татьяна, конечно, ей не поверила и велела успокоиться, а еще лучше – бросить эту затею. Тут ввалилась девица, и Алисе пришлось срочно бежать. А потом произошло совершенно неожиданное событие, подтвердившее все Алисины подозрения. Девицу перевели в VIP. Среди рабочего дня, безо всяких предупреждений. Больше Алиса тянуть не могла: надо срочно выяснить, что происходит за дубовыми дверями этого злополучного отделения. Она должна выяснить, кто именно находится сейчас на лечении и с какими диагнозами, чтобы, в случае неожиданного летального исхода, знать, где копать. И вообще, она должна залезть в их компьютер, где наверняка хранятся истории болезни всех пациентов как минимум за последний год. А значит, и Сережина тоже. Интересно, в ней указан состав операционной бригады?

Гадать смысла не было. Сегодня у нее ночное дежурство. Она подкупит охранника, проберется в отделение и там… А что там? Там тоже есть ночная охрана, дежурные и медсестра, и врач. Ничего, она пойдет под утро. Наверняка врач будет спать в ординаторской, сестра у себя, а Алиса попробует посетить кабинет зав. отделением. Уж там-то ночью она никого не застанет.

С трудом дождавшись пяти утра, Алиса покинула свое отделение и, проскользнув мимо знакомого охранника, с которым заранее обо всем договорилась, оказалась на чужой территории.

В VIP-отделении стояла благословенная тишина, спали больные, спал дежурный врач, медсестра, даже свет, освещавший сливочно-кремовые стены коридора, казался сонным и неярким.

Алиса на цыпочках, стараясь даже не дышать, подкралась к находившейся в конце коридора начальственной двери и, присев на корточки, осмотрела замок – несложный, примерно такой, как в их процедурной. Алиса достала приготовленные заранее крючки и принялась за дело. Она очень нервничала, ничего не выходило, она то и дело тревожно оглядывалась по сторонам, прислушивалась к призрачным шагам, которые то и дело мерещились ей в ватной тишине коридора, и, наконец, поняла, что так она ничего не добьется. Алиса поднялась, размяла затекшие ноги, сделала несколько дыхательных упражнений и, взяв себя в руки, снова вернулась к замку. На этот раз ей удалось сосредоточиться, и что-то начало получаться, она уже несколько раз едва не открыла проклятую дверь, но каждый раз раздавался холостой еле слышный щелчок, и приходилось начинать сначала. Лишь на пятый раз ей повезло, замок щелкнул, дверь приоткрылась, а над Алисиным ухом раздался тихий вкрадчивый голос:

– И что это мы тут делаем?

Алиса подпрыгнула, как распрямившаяся пружина. Так резко, что у нее даже голова на секунду закружилась. Но, увидев язвительную улыбочку той самой девицы, Алиса сумела в секунду прийти в себя. Что ж, так даже лучше! Алиса, поддавшись проснувшемуся в ней инстинкту самосохранения, а может, ненависти и жажде мести, схватила мерзавку за шиворот и молча втолкнула в кабинет, захлопнув за ними дверь.

– На кого ты работаешь? – прошипела она в лицо побледневшей напуганной девице.

Алиса была чуть ниже ростом и примерно одинаковой с девушкой комплекции, но она не боялась. Многие годы Алиса активно занималась разными видами спорта и была в прекрасной форме, и хотя драться не умела, пребывала в том состоянии, когда море действительно по колено. Теперь ей было все равно, как лично для нее может закончиться эта история. Алиса выведет этих сволочей на чистую воду, всех до единого!

– Кого тебе заказали? Ну? – На всякий случай она приставила к горлу пленницы железный крючок, которым ковыряла замок.

Оксана во все глаза смотрела на слетевшую с катушек Наталью Валентиновну и пыталась понять, что происходит. Кого заказали? Она что, ее за наемную убийцу принимает? Вон глаза у Натальи совсем из орбит вылезли и вращаются, как бешеные. Хорошо хоть в сестринской запас успокоительного есть, сейчас она Поспелова крикнет, и они ей быстренько укольчик вкатают, а завтра ее уже психиатр осмотрит. Оксана пыталась оправиться от шока, когда почувствовала на своем горле что-то явно железное и наверняка острое. У нее вообще была такая особенность – в самые критические моменты думать о вещах сугубо практических и приземленных, словно защищаясь этим от творящегося вокруг безобразия. А может, она Поспелова и не крикнет, текли дальше Оксанины мысли, пока Наталья, брызжа слюной, требовала от нее каких-то диких признаний. Кажется, придется самой выкручиваться. И куда только этот олух охранник смотрел, когда посторонних в отделение пускал? Ну, Оксана ему устроит завтра небо в алмазах, она завтра всем про его подвиги доложит, вот только надо сперва эту сумасшедшую с себя стряхнуть.

– Наталья Валентиновна, я вам все расскажу, честное слово, только отпустите меня, пожалуйста, – жалобным, плаксивым голосом попросила Оксана, безвольно привалясь к стене возле двери.

– Садись в кресло и вываливай, кто, когда, где тебя нанял, сколько обещали и кого именно тебе предстоит прикончить? – Наталья Валентиновна снова схватила ее за ворот халата и оторвала от стенки, руку с железкой она при этом опустила.

Оксана тут же ожила, схватила ее за запястье и, стукнув о стену, заставила выронить неизвестный предмет, после чего резко развернула к себе спиной и, скрутив, как мальчишки во дворе учили, спокойно, ласковым голосом прошептала на ухо:

– Наталья Валентиновна, вы, главное, не волнуйтесь, все будет хорошо, я все вам обязательно расскажу. А теперь мы тихонечко выйдем из кабинета, чтобы больных не будить, и пойдем в сестринскую. Там я вам укольчик сделаю, вы отдохнете, поспите, а утром мы все обсудим, я вам все-все расскажу. Пойдемте? – по-дружески пригласила Оксана, рассчитывая замять дело по-тихому, не будя Поспелова.

– Вы что, меня за сумасшедшую приняли? – расслабляясь в Оксаниных руках, спокойным обыденным голосом спросила Наталья Валентиновна, не предпринимая никаких попыток вырваться.

– Да нет. Что вы, – поспешила разуверить ее Оксана. Она хоть и не работала никогда в психушке, но хорошо знала, что все психи считают себя нормальными, и спорить с ними нельзя. И вообще, они любят ласку.

Наталья Валентиновна невесело усмехнулась и сказала все тем же спокойным обыденным голосом:

– Простите, Оксана, наверное, я и правда вела себя как сумасшедшая, но это от испуга. Если вы меня отпустите, я вам все объясню.

Оксана стояла, не зная, на что решиться. Наталья спокойно ждала. Наконец, видя, что та совершенно пришла в себя, Оксана ее выпустила и отошла на всякий случай на несколько шагов, чтобы иметь место для маневра.