Смерть ей не к лицу - Валерия Вербинина

— Я думала тогда, что розыгрыш удался! — вне себя выкрикнула актриса. — Розыгрыш, ясно тебе? Я ничего такого не имела в виду!

— А может, ты уже тогда знала, что Наташка — реально труп, и радовалась? — неожиданно подала голос Зинаида. — Мне тоже твое веселье показалось странным…

Вася слушал и подавленно молчал. «Может, мама была права? Остался бы учителем физкультуры во Владике, правда, карьеры никакой, как начал учителем, так учителем на пенсию и уйдешь… ну и что? Физкультуру все любят, это же не математика… Захотел славы, захотел Ирке доказать, что я чего-то стою… И влип по самое не хочу. Розыгрыш они, видите ли, устроили… И все, только чтобы мне гадость сделать. Одно утешение: наверное, съемки прервут и перенесут на потом, когда будет другая актриса… Или вообще не будут фильм доснимать. Достало все…»

— Послушайте, — начал Андрей Глазов, который, очевидно, был одним из немногих, кто не потерял головы, — давайте не будем сейчас… — Он нервно потер рукой лоб. — Простите, но все это слишком похоже на дешевые детективные сериалы. Если мы станем тут обвинять друг друга, не будет никакого толку…

— Обвинять? — Марина пожала плечами. — Хорошо. Но ведь кто-то же ее убил, убил на самом деле…

Зинаида снова заплакала.

— Черт знает что такое, — потерянно молвил Володя. — Нет, ну если бы мне сказали… вчера или позавчера, что все так кончится… я бы не поверил, честное слово. Не поверил…

— Кому принадлежит идея розыгрыша? — спросил Павел.

Он долго молчал, предоставляя остальным возможность высказаться, и оттого, что он внезапно заговорил, несколько пар глаз уставились на него с явным удивлением.

— Это он все начал, — холодно сказала Лариса, кивая на оператора. — Наш великий шутник… «КВН» отдыхает!

— Чего я-то? — возмутился Спиридонов. — Просто вчера за столом зашел разговор о том, какую ерунду мы снимаем, и я сказал просто так — прикольно, если бы случилось настоящее убийство… А он подхватил мою мысль.

И тут оператор, уже не без злорадства, ткнул пальцем в грудь корректного, застегнутого на все пуговицы Глазова.

— Вы не смотрите, что он народный артист России и прочее, — сдал его с потрохами вредный Геннадий. — Я-то так, без всякого умысла ляпнул. А Наташку подбил именно он. У меня на нее не было такого влияния…

— Ладно, ладно, — не остался в долгу Глазов. — Детали — это твоя мысль была. Нож в груди, лужа крови… И нечего тут трепаться, что ты так, только мимо проходил.

— Мать вашу, Генка меня не удивил, — уронил в пространство Антон. — Я всегда знал, что он дурак, каких поискать. Но вы, Андрей Иванович! — Он покачал головой. — Вам-то чего не хватало?

— Женского тела, ясный пень, — отчетливо произнесла Лариса. — А конкретнее — тела его бывшей.

— Тыковка, сделай одолжение, ступай на грядку и жди Хеллоуина, — осадил ее Глазов. — Больше ты все равно ни на что не годишься. И кстати, насчет первых ролей: с таким пятачком, как у тебя, будь счастлива, что тебя вообще снимают, а не зовут озвучивать поросят.

— А ты мой пятачок не заценивай, — парировала Лариса. — Ты на свой почаще в зеркало смотри, ага! А еще на свою гнилую морковку, которая вообще ни на что не годится.

— Прекратите! — заорал Володя, не сдержавшись. — Прекратите оба, немедленно! Вы в своем уме? Наташка умерла, ее вскрывали… распотрошили, как курицу! А вы уже начали цапаться! Несете такое, что волосы дыбом становятся! Хватит! Довольно!

— Но… — начал Геннадий.

— Хватит, я сказал! Достаточно! Пора остыть! И пора наконец понять, кто мог это сделать! Или это был какой-то псих, или кто-то из наших, или еще кто-нибудь! Или я не знаю что!

На съемочной площадке Володя Сокольский вовсе не выглядел лидером, но теперь, очевидно, ему удалось найти правильные слова и нужную интонацию. Киношники присмирели и молча переглядывались.

— Че толку гадать, — вяло пробормотал кто-то. — Есть следователь, пусть он и разбирается.

— Вы будете продолжать следствие? — спросил Володя у Павла.

Тот кивнул.

— Да, пока не найду того или тех, кто ее убил. А для начала мне понадобятся ваши отпечатки пальцев.

Он взялся за сотовый и попросил эксперта сойти вниз.

— Я не хочу сдавать отпечатки, — насупившись, мрачно бросил Николай. — Я часто бывал в ее номере, и… И я отлично знаю, как ваши коллеги умеют… — Он хотел договорить фразу, но наткнулся, как на стену, на взгляд следователя, и прикусил язык.

— Так я и знала, — съязвила Лариса. — Это ты ее убил, потому что по сценарию ты зарезал ее героиню… почти зарезал, потому что герой ее спас. А в жизни, что, не смог остановиться?

— Если вы отказываетесь сдавать отпечатки, — очень вежливо промолвил Павел, — я вынужден буду вас арестовать. Потому что ваша группа шутников попадает под подозрение прежде всего.

Актер переменился в лице.

— Послушайте, если вы настаиваете…

— Никто не будет вешать на вас убийство, если вы его не совершали. Кроме того, отпечатки пальцев — это совсем не больно.

— Я этого не делал, — почти умоляюще проговорил Николай. — Я очень жалею, что все так обернулось…

— Мы разберемся, разберемся, кто делал и что именно, — кивнул Павел. — И чем вы были заняты наверху в те минуты, когда, по вашим словам, вы ходили за кошельком.

И тон его был таким, что Николай больше не осмелился перечить.