Не девичья память - Наталия Антонова

Сема обменялся быстрыми взглядами с Мирославой и, поняв, что предложение можно принять, произнес:

— Что ж, от чаепития я не откажусь.

— Ну, вот и хорошо, Катенька, обслужи клиента.

Семен одарил хозяйку «Милого друга» таким испепеляющим взглядом, что, если бы взгляды могли поджигать, Ветрова уже горела бы, как факел.

Расположившись в удобном кресле в кабинете госпожи Ветровой, Мирослава сразу приступила к делу, не обращая внимания на круглый столик, буквально ломившийся от выставленных в ее честь яств и напитков:

— Вы уж, наверное, знаете, зачем я к вам приехала.

— Догадываюсь.

— Скажите, Олег Коршунов пользовался услугами, — Мирослава на миг запнулась, — вашего массажного салона?

— Было дело, к чему скрывать, — улыбнулась Людмила.

— И как часто он вызывал девочек? — Мирослава решила обходиться без сантиментов.

— Как правило, раза два-три в месяц.

— Платил?

— У меня все платят, — заверила ее Ветрова.

— Когда был последний вызов?

— За три дня до того, как его затрахали, — сорвалось с ее губ прежде, чем она опомнилась, — извините.

— Ничего. Какой секс предпочитал Коршунов?

— Обычный, — пожала плечами Людмила, — были, конечно, какие-то капризы, но ничего такого экзотического не было, никаких наручников, плеток, кожаных лифчиков…

— Вы уверены?

— На все сто, я всегда выясняю, что и кто из клиентов предпочитает, и, соответственно, их пристрастиям, подбираю девочек.

— А жалоб от девушек на побои не было?

— Нет, у меня здесь не привокзальный бордель, и девочек моих никому обижать не позволено! — рыкнула Ветрова и вдруг насторожилась: — Вы, куда это клоните?

— Возможно, Коршунов нарушил ваши правила и обидел ваших массажисток?

— Вы что же думаете, что это я так ему отомстила? — неожиданно расхохоталась Людмила. — Нет, мы бы, конечно, строго с ним поговорили, но уверяю вас, дело могло бы закончиться парой сломанных ребер, не более того, а уж трахать его бесплатно никто бы не стал. Можете не сомневаться!

— Я не сомневаюсь в другом, — сказала Мирослава.

— В чем же?

— В том, что от своего последнего в жизни так называемого траха, Коршунов удовольствия не получил.

— Не смею с вами спорить, — почему-то усмехнулась владелица «Милого друга».

— Значит, вы свою причастность к убийству Коршунова отрицаете?

— Категорически!

— Ну, и где посоветуете искать заказчика и исполнителей? — небрежно спросила Волгина.

— Так вы, что же, думаете, что это заказное убийство? — удивилась Ветрова.

Мирослава кивнула.

— Обалдеть! Раньше стреляли, резали, душили, топили и прочее, но чтобы так расправиться! Ни разу не слышала.

— Все когда-то случается впервые, — философски заметила детектив.

— А вы не думаете, что его просто хотели напугать? Наказать? Но не убивать.

— Думаю.

— Тогда это месть чистой воды!

— Поэтому я и спросила, не обижал ли Коршунов ваших девочек.

— Клянусь, нет! Вы мне не верите, что ли?!

— Верю, или, вернее сказать, почти верю.

— И на этом спасибо, — усмехнулась владелица массажного салона.

Ни гостья, ни хозяйка не притронулись к выставленному на столе угощению. И когда Мирослава стала прощаться с Ветровой, та взмахом руки указала на стол:

— Вы и не попробовали ничего, зря мои девочки старались…

— Как-нибудь в другой раз, — ответила Волгина.

— Ах, Мирослава Игоревна, сомневаюсь я, что у нас будет другой раз, — проговорила Ветрова.

— Кто знает…

Зато Семен, уже ждавший Мирославу на улице, выглядел сытым и довольным.

— Как тебя накормили, Сема? — спросила Мирослава, когда машина тронулась с места.

— До пуза, — отозвался он, — а вы узнали что-нибудь полезное?

— Не думаю.

— Значит, зря прокатились? — огорчился Семен.

— Знаешь, как говорят в правоохранительных органах?

— Как?

— Отрицательный результат — это тоже результат.

— А, это, — протянул он так разочарованно, что Мирослава не сумела скрыть улыбки.

— Куда теперь поедем, — спросил водитель, — в кафе?

— Ты уже проголодался?! — удивилась Мирослава.

— Нет, я просто так спросил, — смутился Семен.

— Отвезите меня, Сема, домой.

— Есть домой, — жизнерадостно отозвался он.

Густые дымчатые облака наплывали на пронзительно-голубое небо. В это время года хочется покоя… умиротворения… Грезятся прогулки по аллеям, засыпанным разноцветной листвой, чтение классики у камина или тихие вечерние беседы за дружеским столом.

— Кажется, тихая провинция уже начала оказывать на меня свое магическое воздействие, — тихо проговорила Мирослава.

— Что? — переспросил озадаченный Семен.

— Говорю, хорошо у вас тут, спокойно…

— Это да, — охотно согласился он, — а вы переезжайте к нам насовсем.

— Спасибо, Семен, — улыбнулась Мирослава, — но я люблю свой город, свой дом, своих родных и близких.

— Да уж, — опять не менее охотно согласился он, — не зря в народе говорят: «Где родился, там и пригодился».

Мирослава стояла в саду с чашкой зеленого жасминового чая, прихлебывала ароматную жидкость маленькими глоточками и пыталась систематизировать все то, что узнала по данному делу. Неожиданно зазвонил ее сотовый.

— Да, — отозвалась она.

— Подруга! Ты куда пропала? — завопила трубка голосом Люси.

— Я в Н-ске. По делу…

— Да знаю я!

— Чего ж тогда спрашиваешь?

— Для проформы.

Мирослава молчала, и Люся продолжила:

— Заходила к твоему Морису.

После паузы:

— Ты чего молчишь?

— Слушаю…

— Пыталась его соблазнить. Но ничего не вышло.

— Сочувствую.

— Как же, сочувствует она, — хмыкнула Люся. — Какой, однако, экземпляр! Просто суперсамец!

— Тебе никогда не приходило в голову, что мужчины — тоже люди? — поинтересовалась Мирослава.

— Ты имеешь в виду Шуру и Витю?

— Нет, вообще мужчин.

— Ну, это ты хватила. Кстати, как проводишь время?