Агиросион - Евгений Костюков

– Приветствую Азраил.

– Что у нас тут, ребята?

– На первый взгляд типично самоубийство. Умер, всего несколько часов назад. Ничего подозрительного. Более подробный отчёт сможем дать только после вскрытия.

– Не густо. Если вдруг всплывёт ещё, какая информация, жду связи в любое время!

– Хорошо Азраил.

Детективы вышли из ванной комнаты, и принялись осматривать комнату, и крохотную кухню. Не смотря на маленькую площадь квартиры – осмотреть предстояло много.

– Как ты думаешь, Аз, зачем ему столько вещей?

– Патрульный! – как будто не заметив вопроса напарника, Джаспер позвал стоящего у входа офицера.

– Да, детектив? Слушаю.

– С кем проживал покойник? Есть родственники, близкие, или ещё кто?

– Нет, он сирота. Вся семья погибла несколько лет назад. Осталась только, та самая сестра. По словам соседей, жил один. И вообще был странным, и замкнутым.

– Вот и ответ. Эти вещи ему не принадлежат. Слушай сюда офицер, для тебя будет отдельное, и очень важное задание. Нужно собрать все эти вещи, и отвезти в управление….

– Что? Ты смеёшься Аз? Тут же вещей этих просто уйма. Капитан не одобрит.

– Не перебивай Изи. А капитана я даже спрашивать не собираюсь. Это всё процесс расследования. Так вот, отвезёшь в управление. Затем нужно просмотреть все не раскрытые дела о пропаже людей в нашем городе, за последние два года. Вызвать родных, и провести процедуры опознания вещей.

– Но, детектив?! Я же один не справлюсь! Или застряну с этим делом на месяц.

– Не ной! Возьмёшь в помощь пару человек из отдела снабжения, скажешь, что я приказал. У них передо мной должок.

– Будет сделано. – Без особенного энтузиазма проговорил патрульный полицейский. Но выбора у него не было. Все знали, что с детективом Джаспером лучше не пререкаться, иначе есть большая доля вероятности, нажить проблемы.

Между тем, детективы продолжили подробно осматривать скромное жилище Нилтона.

– Детективы, можете не искать. Мы уже всё осмотрели, ничего подозрительного, или запрещённого нет.

– Не позорился бы. Сказал бы, что не осматривали ещё ничего. – С этими словами Азраил достал из мусорной корзины несколько смятых бумажек.

– Что это Аз?

– Это, друг мой, квитанция об оплате ячейки на железнодорожном вокзале. А так как, судя по всему, субъект «наслаждающийся» приёмом ванны явно никуда не ездил, то напрашивается вопрос: зачем ему ячейка?

– Понял. Уже еду туда. – Засуетился патрульный полицейский, осознавая какой промах допустил.

– Не спеши, у тебя своё, личное задание, если ты не забыл.

– Но, детектив, может….

– Нет, не может! – проговорил Джаспер, таким тоном, что у полицейского отпало всякое желание спорить.

– Понял. Отправим второй патруль на вокзал.

– Так-то лучше.

– Но ты же достал две бумажки Аз?

– Именно, и знаешь, что было во втором скомканном листке? Читаю: «Они вынудили меня так поступить! Если это не сделаю я, Отто будет только хуже. Я была плохим человеком. Простите меня, если сможете!».

– И, что это значит?

– То и значит. Отто говорил правду, когда упоминал группу, или секту, или ещё чёрт знает что. Только от знания не легче. Могла бы и подробней описать: адреса, имена. Хотя бы телефон в конце то концов. Нет же, только слюнтяйство! А нам оно зачем?!

– Азраил, зачем ты так? Об умерших, либо хорошо, либо ничего!

– Что за глупости? Если она была дрянью, почему я должен быть любезен к ней после смерти? Да и вообще, очень глупая привычка у людей – лицемерить, при каждом удобном случае. Правда, и открытость, вот настоящие, ценные качества.

– Да, и вдобавок способ заставить всех тебя ненавидеть!

– Ты же меня не ненавидишь?

– Ну, как тебе сказать…. Я испытываю к тебе двоякие чувства.

– Ещё одно очень важное качество, которым нужно обладать, если почитаешь правду, и искренность – уметь плевать на всех, и на их мнение. Даже, если весь мир будет меня ненавидеть, я не откажусь от своих идей. Чёрное, будет чёрным, а белое – белым.

– Мне этого не понять. Я, всё-таки считаю, что порой лучше иногда слукавить, и сберечь чей-то внутренний мир.

– Тьфу! Аж тошно от твоих слов. Закроем тему Изи, она меня раздражает. Поехали лучше, поговорим кое с кем.

Раздав на последок ещё некоторые указания, и поглумившись над патрульными, Азраил в сопровождении напарника направились в полицейское управление. История становилась всё запутанней, и детективам была необходима свежая, и более подробная информация.

Детективы уже было начали садиться в автомобиль, как Азраил, буквально подскочил от увиденного.

– Что там Аз?

– Фонарь, срочно.

– Вот, держи. Так, что там?

– Не могу поверить глаза. Это либо нелепое, и неправдоподобное совпадение. Либо всё становиться ещё интересней.

– Не понимаю о чём ты Аз!

– Там, на ферме Клайда Спенсера, когда я осматривал территорию, я обнаружил следы автомобильных шин, с очень необычным протектором. Такие шины, в обычном магазине я никогда не видел. Они не подходили ни машине самого убитого, ни его сестрёнке. И, вот, такой же рисунок. Ты веришь в подобные совпадения? Я нет.

Изикейл позвал патрульных полицейских, и поручил им сделать качественные снимки, после чего выяснить, где можно такие приобрести. Поручение было принято в разработку, и детективы направились в центральное управление.

Медсестра, пытавшая убить Отто, по запросу Азраила ожидала их приезда в комнате для допросов. По возвращению в управление, детективы, не откладывая в долгий ящик, направились на встречу с подозреваемой. Информация о том, что их вызывает к себе капитан, не вызвала нужной реакции, по крайне мере у Азраила.

– Готова говорить, Кларисса Рихард? – с места в карьер, начал Джаспер, снимая плащ, и закатывая рукава.

– Хоть имя сами выяснили. Я уже объяснила вашим пустоголовым коллегам, что мне нечего сказать! Мне нужен адвокат.

– Нам всем, что-то нужно. Но, увы, не всё делается так, как мы этого хотим!

– Вы не имеете право так себя вести. Я буду жаловаться.

– А ты, имеешь право лишать жизни людей?

– Я никого не лишила жизни.

– Правильно, не лишила. А всё потому, что в твои планы вмешались наши люди.

– Вы ничего не докажете. Я простая медсестра, на которую решили повесить неизвестно что!

– Не шути со мной! – Азраил в порыве гнева, со всей силы ударил по металлическому столу кулаком. Но сидящая перед ним, хрупкая девушка, даже не повела глазом.