Агент семейной безопасности - Дарья Калинина

Кастет, который был уверен, что оторвался от всякой погони, заскочил в одно из своих самых любимых укрытий. Вообще-то Кастет этот район не любил. Тут в последнее время понастроили новых домов и стало слишком чисто.

Но в одном месте между двумя корпусами совершенно новых домов находился промежуток, даже щель, возле которой стихийно образовалась свалка. Сначала тут лежал строительный мусор, который почему-то не вывезли, когда приводили территорию в порядок. А потом кто-то бросил пустую пачку из-под сигарет, и пошло-поехало. Увидев, что почин положен, жильцы тут же принялись усердно использовать это место как вместительную урну.

В двух шагах от свалки стояла удобная скамеечка, на которой Кастет и собирался распотрошить портфель. Место было укромное, в это время дня на лавочку не усаживались влюбленные парочки, а тихих бомжей Кастет не опасался. Что касается вездесущих старушек, то они предпочитали места повеселей и пооживленней.

Кастет плюхнулся на лавочку, перевел дух и приступил к вскрытию портфеля. Он был достаточно пухлым и тяжелым, чтобы Кастет мог поздравить себя с удачей. Он же не знал, что пухлым портфель делала бумага, положенная в него еще в магазине для сохранения объема, а тяжесть давали две бутылки из-под шампанского, подобранные Кирой прямо на улице.

И как раз в тот момент, когда Кастет справился с замками и извлек на свет божий первую пустую бутылку, он услышал за своей спиной:

– Вот он! Вон! Попался!

Кастет оглянулся и похолодел. Через скамейку на него надвигалась та самая придурковатая дамочка, у которой он свинтил портфель. Только на этот раз от респектабельности ее не осталось и следа. Шляпка сидела лихо набекрень, очки съехали на ухо, а лицо покрылось какими-то подозрительными красными пятнами. К тому же в руках дамочка сжимала самый настоящий молоток.

– Ой! – пропищал Кастет, которому стало по-настоящему страшно.

Почему-то молоток и красные пятна произвели на него неизгладимое впечатление. Он заподозрил, что дамочка сильно не в себе.

Кастет запищал еще громче и бросился бежать. Но с другой стороны на него надвигалась еще одна фурия, одетая в точную копию того плаща, который был на первой. Одинаковые плащи, пустые бутылки в портфеле, молоток в руках и пятна на лицах мигом сложились в голове Кастета в одну четкую и предельно простую мысль.

– Бабы-то психические! – осенило его. – Из дурки сбежали! Во влип!

Психов, а особенно психов женского пола, Кастет боялся. Но деваться ему было некуда. Он попытался сделать подсечку той тетке, что пониже, но, получив молотком по колену от второй, быстро отказался от своего плана. И, плюхнувшись на лавочку, жалобно заканючил, пока его преследовательницы, тяжело дыша, стояли над ним:

– Ну что вы! Я же не хотел! И вообще, я в первый раз! Работу найти не могу, а кушать хочется.

Почти всегда это нытье срабатывало. Обычно добросердечные граждане, догнавшие Кастета и отнимавшие у него свое добро, ограничивались тем, что отвешивали воришке пару оплеух и отпускали его. Тащить его в милицию, за редким исключением, не пытался никто и никогда.

Но мерзкие бабы не унимались. Та, что повыше ростом, размахивая молотком, требовала у Кастета сказать правду, кто велел ему украсть у нее портфель.

– Это был такой высокий красавец брюнет? – допытывалась она.

– Или интеллигентного вида худощавый и очень обаятельный блондин? – приставала к нему другая.

Кастету все стало предельно ясно. Эти бабы свихнулись на почве недостатка мужского внимания. Сейчас они пристукнут его, изнасилуют, а потом убьют. Наверняка он у них уже не первая жертва. Вон как слаженно действуют. Представив себе ужасный конец, который его ждет, Кастет издал громкий вопль и попытался проломиться силой. Но проклятые бабы повисли на нем, словно груши, визжа так громко, что у Кастета заложило уши.

И тут случилось ужасное. Из-за кустов появились и бросились к ним еще двое. Один высокий красивый брюнет, а второй интеллигентного вида худощавый блондин. Те самые. Все, как описывали эти дамочки. Когда мужчины с трудом отодрали от Кастета своих женщин, те слегка притихли.