В поисках легкой наживы - Марина Серова

А тут они сами нашлись, на окне за цветочными горшками. Лена их увидела. Она вот так, как ты сейчас сидишь, сидела. Глядь — а ключи на подоконнике в углу. А я уж ее-то с Романом спрашивала, может, они случайно унесли. Как ведь иногда бывает, сунешь и не посмотришь. У меня такое случается. Вот когда я их туда замутырила, убей не помню.

А я, грешным делом, еще на Анну Петровну подумала. Она какая-то знакомая Люды. Было пару раз, что она к ней приходила, а ее дома не было. Она ко мне позвонила и попросила разрешения у меня подождать. Вот после этого я ключи-то и не смогла найти. Вот и подумала: пустила чужого человека на свою голову. Грешно с бухты-барахты обвинять, но было дело. Так-то вот.

Старушка после рюмочки домашней стала болтливой и, сама того не замечая, выложила столько интересного.

Еще бы. Ключи на время исчезают. Старушка отсутствует — занята чужим ребенком. Людмила Васильевна на работе. Сверли — не хочу.

Я медленно ела суп с курицей и раздумывала над тем, как все могло происходить. Через отверстие в стене, наверное, пульверизатором впрыскивался эфир.

Тот, кто это делал, знал, что хозяйка находится на кухне. Впрочем, это не так уж и сложно — приставил к этой самой дырке пустой стакан и прикладывай ухо на здоровье. Все будет слышно так, что и «жучка» не надо. А потом входи в квартиру, где мирно спят, и делай, что хочешь. Только противогаз не забудь надеть и форточку открыть, чтобы эфир испарился. Потому-то форточка и была открыта. Надо же, какая я умная.

Только ведь белиберда получается. Злоумышленник должен был знать, что Захарова в этот вечер встречается в своей квартире с мужем. Это вообще ни в какие рамки не вписывается.

Однако что имеем, тому и рады.

Этим злоумышленником могла быть Леночка — это раз, Рома — это два, таинственная Анна Петровна — это три. Или же они объединили свои усилия. Вот именно это я должна выяснить.

Про Анну Петровну старушка, разумеется, ничего толком не знала. Лена, по словам Елизаветы Ивановны, учится в каком-то техникуме, а Рома работает на заводе.

Вот такая история.

На улице заметно потеплело. Вчерашний снег растаял, небо заволокло серыми тучами. И морось. Холодная и противная. Я завела движок и закурила. Мне ужасно хотелось спать. Еще бы! Вчера неслабо порезвилась.

Что за жизнь собачья. Как только подворачивается какое-нибудь дело, то приходится не спать сутками. Когда только все это закончится?

Затушив сигарету, я извлекла сотовый из бардачка и набрала номер своей конспиративной квартиры. Пора было провентилировать вопрос с Анной Петровной.

Людмила Васильевна взяла трубку только после того, как я представилась. Автоответчик, как мы и договаривались, был включен. , — Анна — моя однокурсница. Она вообще живет в Карабулаке. Иногда наезжает к своей сестре и тогда заходит ко мне. Она к этому делу никак не может быть причастна. Я в этом просто уверена. Да и она — брюнетка, то есть не та женщина, что на фото. Ее бы я сразу узнала. Ерунда. Анна тут ни при чем.

Ладно, нулевой результат — тоже результат. У меня есть еще сестра Веры Николаевны, которую я давно должна посетить. Сама напросилась, а потом занялась другими, более важными, на мой взгляд, делами. Нехорошо, Татьяна Александровна.

Пришлось тащиться в Дальний район, где проживает эта особа.

Увы и ах. Она тоже оказалась не той, которую я так упорно ищу. Внешне она даже отдаленно не напоминала ту белокурую дамочку на фотографии.

Дверь мне открыла брюнетка среднего роста, полная противоположность своей сестре.

— Я вам звонила сегодня.

— Проходите, пожалуйста.

— Мам, кто там?

Из комнаты выглянуло очаровательное существо лет четырнадцати от роду.

— Это ко мне, Катенька. Делай уроки. Не отвлекайся.

Она провела меня в комнату, усадила в кресло.

— Может быть, чаю?

— Нет, спасибо, я по делу.

И тут же вывалила ей неприятную историю с ее сестрой.

— Боже мой. Какое несчастье! Как же так получилось? — женщина заплакала. — Бедная Вера. Ей и так не везет в жизни.

— Несчастный случай. Вам, наверное, придется позаботиться об адвокате. Все-таки хоть и непреднамеренное, но убийство. Просто напасть какая-то на эту семью. Сначала умирает муж Дарьи Михайловны, Захаров Дмитрий Петрович…

Я посмотрела на ее реакцию, так, на всякий случай. Похоже, что это имя ей ни о чем не говорило, поскольку она никак не отреагировала.

— Вы его не знали случайно?

— Откуда? Я и сотрудниц Вериных не знаю. Мы же с ней редко видимся. У нее бизнес, забот полно. А у меня — семья. Встречаемся только по праздникам да на дни рождения друг к другу ездим. Сейчас такая жизнь, что никакого просвета нет. Ужас!

Я вздохнула и поднялась. Пора было двигать дальше. Благородную миссию я выполнила, совесть свою успокоила. И, хоть и тут вышла промашка, это не столь важно. Круг сужается. У меня есть Роман, который занимал Елизавету Ивановну именно в тот момент, когда кому-то это понадобилось. То есть попросту освобождал территорию на время боевых действий.

Я была уверена, что близка к разгадке этого ребуса. Потому и оставила его, что называется, на десерт.

— До свидания, Наталья Николаевна. Не переживайте так. Все образуется.