Фиктивный бойфренд - Марина Серова

— Да, в такой ситуации журналист вряд ли подойдет к тебе. Не удивлюсь, если он, убедившись в том, что ты под колпаком, вообще уехал восвояси.

— Не думаю. Он, как и я, заинтересован в этом деле. — Стас немного оживился, наш разговор захватил его. Про смерть Хлеборезова Гоцульский на время забыл. — Черемисин наверняка догадался, что я — это я, и выжидает удобного момента, чтобы связаться со мной.

— Не исключено, но уж больно все это сложно и опасно.

— У меня нет выхода. Я должен вычислить Черемисина.

— В другой раз, Стасик, в другой раз. Снова свяжетесь по Интернету… Стоп. — Я замолчала на полуслове. — Ты хоть знаешь, сколько лет Черемисину, он брюнет или блондин?

— Он немолод, это точно.

— Седовласый старик, — неожиданно выпалил Максим. — Я же совсем забыл тебе сказать, Женя. Меня спрашивал о тебе какой-то седой старик.

— Тьфу ты, блин, — скромненько выругалась я. — Похоже, это и есть Черемисин. О чем он тебя спрашивал? — я обратилась к Максиму.

— Объясните мне, в чем дело? — оживился Стас и попытался вмешаться в наш разговор.

— Ну, спрашивал, как тебя зовут, кем приходишься вон ему. — Макс кивнул на Гоцульского.

— И что ты ответил?

— Сказал, что это не его дело.

— Молодец, правильно сказал.

— Женя! — Стас пытался докричаться до меня. — Ты вычислила журналиста?

— Вполне возможно. Сегодня один человек пытался сделать мне интересное предложение, от которого я не смогу отказаться.

— Так почему ты не выслушала это предложение?

— Потому что один маленький вредный мальчишка сбежал из отеля, — я зло посмотрела на Макса, он испугался и виновато отвел глаза, — и я вынуждена была бегать по территории, разыскивая его. Кстати, почему ты не отвечал, я несколько раз набирала твой мобильный?

— Ой, ё… — Макс полез в карман за телефоном, достал его, щелкнул на какую-то кнопочку и вернул аппарат обратно в карман. — Совсем забыл. Я же отключил звонок, чтоб ты, если будешь звонить, не запалила меня.

— Тебя убить мало.

— Зато я узнал, что у Виктора и Антона в отеле есть еще как минимум двое подельников, — не без гордости сообщил Максим, оправдывая свое поведение.

— Откуда знаешь?

— Я следил за ним.

— Псих, — не сдержалась я. — Неужели нельзя без самодеятельности, ведь я просила. — После секундной паузы добавила: — Почему минимум двое, ты их видел?

— Нет, я слышал, как Виктор звонил по телефону сначала какому-то Гарику, которому велел не выпускать тебя из парка, а потом Розе.

— Кому?

— Ну, Розе, женское имя такое.

— И что он хотел от Розы?

— Попросил, чтобы завтра она подложила тебе в еду какой-то дродоперм или допедрон, короче, что-то на «д».

— Доридол, — сказала я.

— Точно! — обрадовался Макс.

— Что это за хрень?

— Порошок без цвета, без запаха. Попадая в организм, вызывает сонливость, болезненность в области желудка, как будто при отравлении, провоцирует резкий подъем температуры. В общем, от этого ядовитого порошочка я могла бы дня на два слечь в изолятор.

— То есть убивать тебя не собираются, а исключить из игры совсем не против, — высказал предположение Гоцульский.

— Точно, — кивнула я. — А Роза эта, значит, на кухне работает?

— Или официанткой, — добавил Стас.

— Кстати, — Макс, похоже, был доволен произведенным на нас впечатлением относительно своей наблюдательности и решил еще раз удивить, — я ходил на стоянку, хотел посмотреть на твою машину.

— Посмотрел?

— Посмотрел. Паршиво она выглядит, два колеса прокололи.

— Знаю.

— А как же мы уедем, если машина без колес? — спохватился Гоцульский.

— Да хоть пешком, но мы отсюда уйдем, — пообещала я.