Привидение в кроссовках - Дарья Донцова

– Ты стребуй с них деньги, – со всех сторон советовалиподружки.

Но Зина только отмахивалась. На что ей было глядеть из окна?На горы мусора? На край черного неприветливого леса? Так что никуда она непошла и ссориться с новыми соседями не стала. Примерно через неделю после того,как бесчисленные мебельные фургоны привезли диваны, кресла, столы и стулья, вЗинину калитку постучали. Красивая дама в элегантном кожаном пальто улыбнуласьи протянула Зине конверт.

– Извините, получилось, что новый дом отобрал у вашего весьсолнечный свет. Ей-богу, это не моя вина, я ни разу не была на стройке, ауправляющий ничего про вас не сказал. Пожалуйста, возьмите в качествекомпенсации.

Зина вытерла руки о фартук и пробормотала:

– Глупости, солнца на всех хватит, а деньги я не приученатак брать, не побирушка, извините, коли грубо выразилась.

Дама мигом спрятала подаяние и спросила:

– Не хотите ко мне в домработницы пойти?

– Можно попробовать, – ответила Зина.

Вот так они и познакомились.

– Она мне доверяла, – вздыхала Зиночка, – но про себяничегошеньки не рассказывала. Жила од­на, ни мужа, ни детей, вообще никого,словно сирота убогая. Да и друзей особых не имела, никто сюда не ездил!

– Значит, никаких ее родственников вы не знаете?

– А их не было, – пояснила Зина, – во всяком случае, никогоне видела.

– И Алешу с Надей вы до ее смерти не видели?

– Нет.

– Кто же хоронил Филимонову?

Зина вытащила из кармана довольно грязный носовой платок ипринялась скатывать его в комочек.

– Так я и хоронила.

– А как же Алеша и Надя узнали о смерти Натальи?

– Она небось кончину почуяла, вызвала меня к себе, сунулабумажку и велела: позвони по этому номеру, когда помру, скажи, что НатальяСергеевна велела известить о своей кончине нотариуса Бодрова.

– И ты позвонила.

Зина скрутила платок трубочкой.

– Позвонила. Назавтра он явился, – хмыкнула Зина, – но неодин, а с парнем, наследником Алексеем Колпаковым. Только ошиблась я, видать…

И она примолкла.

– Говори, пожалуйста, – попросила я, – в чем ошиблась?

Зина вздохнула.

– Да уж несколько лет со дня ее смерти прошло, теперь иболтать можно. Видишь фотокарточку?

На прикроватной тумбочке в серебряной рамке стоял снимокмолодого парня, настоящего красавца. Мне никогда особо не нравились смазливыемужские лица. Но этот молодой человек был хорош, как молодой бог. Черные волосыкартинными кудрями обрамляли высокий лоб. Большие карие глаза, опушенныегустыми, словно накрашенными ресницами, ласково смотрели куда-то вдаль, прямойнос с легкой горбинкой и пухлые, чувственные губы завершали портрет красавца.

– Уж она его любила, – вздыхала Зина, – возьмет фотку передсном и ну целовать: «Алешенька, дорогой, нет тебя со мной!».

Зина, пару раз подглядевшая из коридора эту сцену, толькодиву давалась. Парню от силы было лет двадцать пять, Наталья в два раза старше,а вот поди же ты, влюбилась. Случаются странности на свете!

Поэтому, когда хозяйка скончалась, домработница решила, чтосейчас явится этот невероятный красавчик, но прибыл совсем другой парень, тожеАлексей. Блондин с голубыми глазами и ничем не примечательным лицом, на которомсидел нос картошкой, но именно ему, Алексею Колпакову, оставила НатальяФилимонова все.

– Полгода они с сестрой ждали, – спокойно пояснила Зина, –может, еще кто из наследников объявится, а потом получили дом, денежки имашину. Теперь же Надя его продает.

– Ой, – сказала я, – тебе не кажется, что где-то внизу водатечет?

– Быть того не может, – подпрыгнула Зина, – я тута кранвсего один раз отворачивала, в прошлом году. Впрочем, подожди немного, слетаюпосмотреть.

Она унеслась. Я мигом вытащила из рамки фотографию, сунулаее в сумочку и вышла в коридор.

– Полный порядок, – сообщила запыхавшаяся Зина, – вездесухо, словно в Сахаре.

– Значит, послышалось, – спокойно ответила я, – извини, зрясгоняла.

– А, ерунда, – отмахнулась незлобивая баба, – лучшеперебдеть, чем залить все кругом.