Перстень Екатерины Великой - Наталья Александрова

– Оттого, государь, что мне вспомнилось, как семь лет наши солдаты воевали с прусским королем. И воевали весьма успешно, так что вашему любезному другу Фридриху пришлось уступить России немалую часть своих земель. Теперь же вам угодно не только возвратить ему все эти земли, но и сделаться его союзником!

– Дура! – выкрикнул император, опрокинув на скатерть недопитый бокал. – Не вмешивайся в то, чего не понимаешь, ежели не хочешь переполнить чашу моего терпения!

– Воля ваша, государь, а только я не хочу пить за нашего недавнего врага!

– Дура! – снова выкрикнул Петр. Лицо его покрылось красными пятнами, он, обернувшись, нашел взглядом гвардейского офицера, командовавшего в тот день дворцовым караулом.

– Поручик! – окликнул он гвардейца. – Извольте сей же час арестовать мою жену и препроводить ее в крепость!

Офицер, резко побледнев, шагнул вперед.

В зале снова наступила тишина, в которой все расслышали, как Екатерина проговорила:

– Хоть в крепость, хоть в Сибирь, но я не стану пить за злейшего врага России!

Но тут поднялся фельдмаршал Георг. Повернувшись к племяннику, он негромко проговорил:

– Государь, дайте своему гневу немного остыть. Супруга ваша погорячилась, не уподобляйтесь же ей. Негоже создавать раздор в царственной семье, и вдвойне негоже выносить его на люди. Сие может весьма повредить империи в глазах иностранных государей..

– Вы правы, дядюшка… – признал Петр Федорович, внезапно смягчившись, и снова обратился к гвардейцу: – Поручик, я отменяю свой приказ!

Все присутствующие облегченно вздохнули и разом вполголоса заговорили, обсуждая скандальное происшествие, едва не завершившееся трагедией.

Ночь прошла относительно спокойно, поскольку Петр не пришел ночевать. Рано утром Валентина уже открыла было рот, чтобы задать вопрос с ехидной ухмылочкой, но поглядела Кате в лицо и вовремя передумала. Катя же решила немедленно уволить Валентину и с этой целью поехала в агентство по найму, чтобы не разговаривать об этом по телефону. Услышит Валентина и на прощанье какую-нибудь мелкую гадость сделает.

Няня с утра повезла Павлика на занятия.

Лидия позвонила в дверь развивающего центра.

Ей открыла Лена, администратор.

– Ну, как сегодня Павлик? – спросила Лидия, прикрывая за собой дверь.

– Замечательно! Просто прекрасно! – Лена театрально развела руками, подняла глаза к потолку. – Чудесный мальчик, у него такой творческий потенциал! Алиса Васильевна в восторге!

Три раза в неделю Лидия возила своего подопечного Павлика Коваленко в детский развивающий центр «Разноцветный мир». В этом центре детей дошкольного возраста учили английскому языку, рисованию, танцам и еще каким-то не очень понятным вещам. Разумеется, за это брали большие деньги.

Пока Павлик занимался в центре, Лидия успевала пройтись по магазинам и выпить чашечку кофе в ближайшем кафетерии. Потом она забирала Павлика, выслушивала от сотрудников центра непременные комплименты его замечательным способностям и отвозила ребенка домой – обедать.

В первый день посещения центра восторги, которые расточала Павлику Лена, произвели на Лидию приятное впечатление и даже удивили ее: самой ей Павлик казался совершенно обычным ребенком – в меру избалованным, в меру непослушным, в меру симпатичным.

Вскоре, правда, она поняла, что те же самые комплименты Лена говорит каждый день всем няням и родителям, забирающим детей из центра: это был ее, если можно так выразиться, творческий метод. Лена считала, что за свои деньги клиенты должны получить хоть какое-то удовольствие.

Павлик вышел в холл. Он выглядел оживленным и сразу же начал рассказывать Лидии, что сегодня к ним в центр приходил настоящий фокусник.

– Представляешь… – говорил он, пытаясь запихнуть правую руку в левый рукав куртки, – представляешь, у него из шляпы вылезла самая настоящая кошка! Представляешь себе? Полосатая! Настоящая полосатая кошка!

– Ну, одевайся скорее, – поторапливала его Лидия, помогая справиться с рукавами, – по дороге расскажешь!

– Нет, ты представляешь? – не унимался Павлик. – Полосатая, а мордочка беленькая!

Наконец Лидия одела мальчика. Они вышли из центра, сели в машину. Лидия усадила Павлика в специальное детское кресло, закрепила ремень, выехала с парковки.

Едва машина тронулась, Павлик снова восторженно затараторил:

– Лида, нет, ты представляешь себе – у него из шляпы вылезла кошка с беленькой мордочкой!

– А что еще было у вас на занятиях? – спросила Лидия, сворачивая на набережную.

Развивающий центр находился довольно далеко от дома родителей Павлика. Лидия строила маршрут так, чтобы по возможности не попадать в пробки, поэтому часть дороги ехала по относительно свободной в это время дня набережной реки Ждановки. Это было немного дальше, но по времени она выигрывала. Сейчас здесь было вообще пусто, и она прибавила скорость.

– Еще мы рисовали птичек, – сообщил Павлик без особого интереса. – И проходили, как эти птички называются по-английски. А лапки у нее тоже были белые, представляешь себе!

Лидия покосилась на Павлика и поэтому не сразу заметила гаишника. Он выскочил словно из-под земли, и теперь сигналил ей, требуя остановиться.

– Вот черт! – не сдержалась Лидия.

Обычно она не использовала при Павлике никаких крепких выражений, зная, что он их непременно запомнит и повторит. Но на этот раз от неожиданности не сдержалась.

Лидия сбросила скорость, подъехала к тротуару и затормозила. Полицейский подошел к машине с водительской стороны, наклонился к окну и произнес заученной скороговоркой:

– Сержант Белоусов. Ваши документы, пожалуйста.

– Что я нарушила? – Лидия протянула ему кожаную обложку с набором документов.

– Обычная проверка… – полицейский внимательно проглядел документы, но не отдал их ей, обошел машину сзади, снова вернулся и проговорил: – Лидия Ивановна, откройте, пожалуйста, багажник!

– Да в чем дело?

– Обычная проверка, – повторил сержант, но в голосе его прозвучало раздражение.

– Чего этот дядя хочет? – подал голос Павлик.

– Не знаю, – честно ответила Лидия, выбираясь из машины.

Она обошла машину, открыла багажник и окликнула полицейского:

– Ну вот, пожалуйста, смотрите!

Сержант не отвечал.

– Ну, где вы там? – Лидия нетерпеливо выглянула из-за открытой крышки багажника.

Полицейского вообще не было видно возле машины. Он исчез так же внезапно и непонятно, как и появился. Мимо проехала черная «Ауди», и набережная снова опустела.