Судьбы вершитель, спусковой крючок - Владимир Колычев

– Не надо. Ты и так хорошо выглядишь… Не будем терять время.

В гостиной горел маленький, сплошь из кирпича камин. Обстановка в комнате простенькая, но порядок здесь и по-домашнему уютно. На приземистом столике ужин – блюдо с лазаньей, овощной салат с крабовыми палочками, сырная и колбасная нарезка, бутылка французского вина, широкие бокалы для бургундского.

– Как будет «круто» по-французски? – весело спросила Рита.

Она села на диван, с наигранной куртизанской вульгарностью заложила ногу за ногу. Еще бы сигарету для полного антуража… Как давно она не курила. Не тянет, но сейчас бы не отказалась…

– Так и будет, – улыбнулся Артем. – Круто и есть круто…

Он разлил вино по бокалам. Рита хотела есть, но Артем призвал ее сделать пару глотков. Да и она сама была не прочь отведать вина, на голодный желудок это особенно вкусно…

– М-м, неплохо…

Ей показалось, что она сделала всего пару глотков. Но на стол она ставила пустой бокал. Слишком вкусным оказалось вино – густое, насыщенное, с легкой кислинкой и приятно вяжущей терпкостью. И настроение соответствующее – пить и пить, пока не напьешься… Можно чего-нибудь и покрепче.

– Да, хотела спросить, по какому поводу банкет? – накладывая себе на тарелку кусок лазаньи, поинтересовалась она.

– Спящая красавица проснулась, – отшутился Артем. – Разве ж это не повод?

– Если красавица – это я, то почему спящая? Кто меня усыпил? Твоя работа?

– Извини, у меня не было другого выхода. Я должен был тебя успокоить.

– Хорошо, что не упокоил… Может, выпьем за упокой души моей тети Розы? Хоть и сволочь она, но человек…

– Ну, можно и помянуть, – пожал плечами Артем.

И снова наполнил ее бокал. А она опять выпила до дна.

– Мне бы закурить, – сорвалось с языка.

Артем молча поднялся, вышел в холл, вернулся с пачкой красного «Мальборо». Сам он курил не часто, но регулярно – по три-четыре сигареты в день.

Он сам зажег сигарету, раскурил ее, протянул Рите:

– Кури, если тебе от этого станет легче.

– А кто сказал, что мне тяжело?

– Ты убила человека.

– Ну и что! – с показной бравадой воскликнула она.

Но затянулась очень глубоко, как будто дымом хотела заглушить рвущийся наружу голос совести. Плакать ей не хотелось, как вчера. И на душе лишь легкая истерическая рябь – до штормовой волны очень далеко.

– Ты выбелила из своей жизни черную полосу, – сказал Артем.

– Теперь в моей жизни белая полоса, – кивнула она.

– Теперь у тебя будет свой дом.

– И квартира… Но это не самое главное…

– А что главное?

– Ты… Ты же не бросишь меня, нет?

– Ты этого хочешь?

– Чтобы ты меня бросил? – спросила Рита и затянулась так глубоко, что закашлялась.

– Хочешь, чтобы я тебя бросил?

– Хочу, – справившись с кашлем, кивнула она.

– Хочешь? – удивленно повел он бровью.

– Да, хочу. Я тебя боюсь и хочу, чтобы ты убрался из моей жизни…

– Это новость! – разочарованно протянул он.

– Для меня новость… Ты для меня был как отец. Я тебя любила как отца. И люблю… Но ты киллер. И я тебя боюсь…

То, что говорила сейчас Рита, было откровением не только для Артема, но и для нее самой. Сама от себя того не ожидая, она принялась расставлять точки над «i».

– Кто тебе сказал, что я киллер? – нахмурившись, спросил Артем.

Он умел нагнетать страх и тоску, но сейчас его грозный вид не произвел на нее должного впечатления.

– Сама догадалась!.. Эти твои командировки, эти твои деньги, которые ты зарабатываешь на убийствах… Откуда у тебя оружие? Почему мы кочуем с места на место? И почему каждый раз на твоей машине другие номера?.. Ты умеешь убивать. И меня этому научил… Ты хочешь, чтобы я стала твоим пособником? Для этого ты и привязал меня к себе кровью, так?

– Ты наблюдательная девочка, – холодно, с хищной усмешкой заметил Артем. – И выводы делаешь правильные. Но вспомни, свою тетю Розу ты хотела убить сама. Я тебя не уговаривал…

– Но и не отговаривал… То есть сначала да, отговаривал. А потом уговаривал…

– Может быть. Но в любом случае ты сама нажала на спусковой крючок. Ты сама сделала свой выбор. И нечего на меня пенять, коли… Нет, рожа у тебя не крива. Лицо у тебя на загляденье, и фигурка выше всяких похвал. И ты умеешь убивать. И соображалка у тебя работает… Из тебя выйдет отличный киллер, – цинично заключил Артем.

– А ты о том только и мечтаешь, – язвительно усмехнулась она.

– Да, ты мне очень нужна, – кивнул он. – И я действительно киллер. Я убиваю людей за деньги. Но мне очень нужен помощник, в котором я мог быть уверен, как в самом себе. Поэтому я и взял тебя к себе…

– Бурные, продолжительные аплодисменты, переходящие в овацию! – ехидно хмыкнула Рита. – Или не стоит благодарностей?

– Не юродствуй. Это тебе не идет, – строго и внушительно посмотрел на нее Артем.

И Рита ощутила, как остывает ее разгоряченная кровь.

– Ты хотела убить свою тетку, – спокойным голосом продолжал он. – Ты и на панель вышла для того, чтобы расправиться с ней. Твой Ерш дал тебе обещание и обманул. Я ничего тебе не обещал, но твоя тетя Роза покинула этот мир навсегда. И скажи теперь, где правда, там, на обочине, или здесь, со мной?

– С тобой, – завороженно кивнула Рита.

Она снова попала под власть и обаяние этого страшного по своей сути человека. Но ее уже не пугало то, что Артем – киллер.

– Ты хотела отомстить, и ты отомстила. Я тебе помог, не более того.

– Не более того, – эхом отозвалась она.

– И не надо меня ни в чем упрекать.

– Я не упрекаю.

– Вот и умница… И не надо думать, что жизнь закончилась. Жизнь только начинается… Выждем несколько недель, и ты заявишь о своих правах на свой дом и московскую квартиру. Никто не посмеет тебе отказать… А кто посмеет, тому не жить… Мы с тобой можем наказать любого, кто встанет на нашем пути. Мы с тобой сила, перед которой невозможно устоять…

И снова зазвучали мантры, которые быстро вогнали Риту в состояние черной эйфории. Она снова почувствовала себя вершителем судеб. Ей не нужно жаловаться на людей, которые нарушают закон. Она сама закон, и сама может решать, кого казнить, а кого миловать. Она может вынести смертный приговор своему врагу, сама же может привести его в исполнение… Да, вместе с Артемом они сила, перед которой невозможно устоять…

– Выпьем за наш союз, – предложил он.

И потянулся за второй бутылкой.