Лесные невесты - Мария Жукова-Гладкова

— Люда, я не мог не привести ее сюда, — сказал мне Гришка.

— Не мог? — многозначительно переспросила я, потому что в присутствии посторонних Гришка «в имидже» всегда говорил «не могло». Ведь Женя Интернэшнл среднего рода.

— Она мне в штаны залезла.

— Ну, не совсем, — пожала плечами Ксения, отправляя в рот помидор. — Я просто проверила наличие… сами знаете чего.

Гришка рассказал, что они оказались в одном автобусе. Они и в поезде из Петербурга ехали в одном, но в разных вагонах, и тогда оба и подумать не могли, что в том же поезде кто-то еще следует в ту же точку. А поскольку только два автобуса в сутки идут в нужном направлении, они не могли в нем не встретиться. И только они двое были с лыжами. Местные жители смотрели на них странно. Явно приезжие из других мест, с рюкзаками, с лыжами… Хотя и Гришка, и Ксения преднамеренно выбрали куртки попроще. Оба были в лыжных непромокаемых штанах и высоких ботинках. В общем, в автобусе они сели вместе — хотя бы для того, чтобы не отвечать на вопросы местных жителей, да и лица друг друга показались им знакомыми. Но они и подумать не могли, что следуют на одну и ту же базу!

Гриша представился Гришей, дама назвалась Ксенией. Они поговорили об Анне Нетребко, вспомнили о Елене Образцовой (Гришка является большим поклонником обеих, и у него дома много записей их выступлений), перемыли кости Валерию Гергиеву, обсудили вторую сцену Мариинки и поняли, что они из одного мира. Ксения представилась, Гришка сказал, что для него большая честь с ней познакомиться, но он к классическому театру отношения не имеет — ни к опере, ни к балету, хотя немного поет.

Потом они сошли на одной остановке — и Гришка увидел в смартфоне Ксении как раз те координаты, которые были и его ориентиром. Оба немного походили вокруг да около, выяснили, что на базе ни он, ни она никогда не бывали, и в конце концов решили, что им будет проще и безопаснее идти через лес вдвоем.

— Я не мог бросить даму, — посмотрел на меня Гришка.

— А парик ты когда надел? — Я кивнула на длинные черные волосы.

— В гараже. Я же не мог сюда прийти Гришей.

Ксения весело рассмеялась. Пластических операций она явно никогда не делала, и в уголках глаз у нее было уже много морщинок, да и не только там.

— Я испытала шок, — призналась она.

— И полезли к нему в штаны?

— Ну, я должна была убедиться… что мужские атрибуты присутствуют.

— Я взял с нее страшную клятву, и она поклялась здоровьем сына.

— Вы не будете писать про него следующую серию мемуаров? — посмотрела я на балерину.

— Не волнуйтесь. И ты не волнуйся. — Ксения тепло накрыла Гришкину руку своей. Гришка порозовел! — Я все понимаю. А вообще придумано здорово. Все гадают, кто ты, и тайну знают всего лишь несколько человек. А если говорить о следующей книге… Возможно, я напишу про этот сбор гламурья.

Я спросила у Ксении, откуда ей известны координаты базы.

— У меня много поклонников… Я слышала про вашу базу от нескольких людей. Один из них дал мне координаты. Простите, но я не стану называть его имя.

— Алейник ее не взял в проект, как и меня. Сказал, старая, представляешь?

— Ксения, неужели вы хотите замуж за Святослава? — поразилась я. — Зачем он вам после тех мужчин, которых вы описали?

— У меня свои счеты с Левицкой, — произнесла балерина совсем другим тоном. — И с Алейником-старшим, как, впрочем, и с младшим. Я хочу им тут немного попакостить. Это такая маленькая женская прихоть. Маленькая женская месть.

— И это оживит проект, — вставил Гришка. — Как и мое появление.

— Надеюсь, базу сжигать не собираетесь?

— Бог с вами! Я с уважением отношусь к чужой частной собственности. И ведь это не их собственность, а ваша.

Я спросила, где бы Ксения хотела разместиться.

— Со мной, — сказал Гриша. — Номера же двухместные. Ты же говорила, что все по двое будут жить, кроме жениха.

Я кивнула с улыбкой и спросила, когда вновь прибывшие желают встретиться с остальными участниками проекта.

— Там же вроде горячее будут подавать? Зачем тебе сюда все таскать? Я сейчас макияж наложу — и пойдем. А вещички попозже заберем.

Ксения тоже наложила макияж и превратилась в настоящую красавицу. Никаких вечерних платьев гости надевать не стали и отправились в дом в лыжных штанах и свитерах, прихватив свои тарелки и приборы.

— Люда, еще не хватало, чтобы ты лишнюю посуду мыла, — проговорил Гришка.

Обувь при входе в дом поменяли без вопросов, в зал, где продолжались крики, зашли после меня.

Жених отсутствовал. Также не было Зизы и модели Туполевой. Субботина что-то набирала на планшете и попивала вино, Полина Купцова молча ела мясо, Ярослава Шершень и Александра Левицкая орали друг на друга.

— Так, наконец-то! — воскликнула Левицкая при виде меня. — Переселяйте меня! Я не буду с ней жить! У вас есть отдельный номер. Я перейду туда.

И тут ее взгляд упал на Ксению Павлову, которая вошла вслед за мной, и на Женю Интернэшнл. Левицкая заткнулась на полуслове и стала открывать и закрывать рот, как выброшенная на берег рыба.

— Добрый вечер, — поздоровалась со всеми Ксения Павлова.

— Всем привет! — сказал Гришка, стараясь говорить более высоким голосом.

— Вон то колечко — бриллиант в изумрудах — мое. — Павлова кивнула на правую руку Левицкой. — Давай-ка снимай.

Балерина Левицкая выразилась такими словами, которые приличная девушка знать не должна. Хотя, похоже, она совсем не приличная девушка.

— Я жду, — ледяным тоном произнесла Ксения Павлова. — Про клептоманию можешь мне не впаривать. Другим присутствующим советую запирать двери и не пускать эту… балерину в свои номера. Как я понимаю, вы все взяли с собой драгоценности? А если есть и наличные деньги…

— А что, двух одинаковых колец не может существовать? — Левицкая явно оправилась от шока. И почему она сейчас не завела песню про свою клептоманию? Хотя бы для записи, которая идет постоянно?

— Таких — нет. Это авторская работа.

Ксения Павлова подошла к столу, села на пустующее рядом с Левицкой место, поставила свою тарелку. Гришка тоже проследовал на пустующее место, которое раньше занимала Зиза, оказался рядом со Светкой Ураган, которая не обратила на него никакого внимания, продолжая что-то строчить. Гришка положил себе мяса и приступил к трапезе.

— Отселите ее от меня, — обратилась теперь ко мне певица Ярослава. Вроде бы пока трезвая. Или еще не допилась до кондиции, необходимой для пьяного дебоша. Или все дело в хорошей закуске?

— Мест нет, — объявила я.

— Но ведь на втором этаже пустует комната! Я знаю!

— Хочешь к жениху поближе? — оторвалась от планшета Субботина.