Цена главной роли - Марина Серова

— Пытался? — удивилась я.

— Конечно! — жарко зашептал темноволосый красавец. — В прошлом году ушел со съемок на шесть месяцев — пытался снять авторский фильм. Тогда Натэлла Борисовна и принялась рулить на площадке.

— И что? Снял что-то приличное? — заинтересовалась я.

— Я результат не видел, но слышал, что у него полный провал, — захихикал Кулагин. — Венедиктов даже не стал выпускать фильм в прокат, уничтожил на стадии монтажа. Он ведь гордый. В общем, полный крах. Да еще в долги влез. Знаете, сколько производство полнометражного фильма стоит?

— И кому же он должен? — задумчиво спросила я, уже догадываясь, каким будет ответ.

Кулагин сверкнул белоснежными зубами и томно протянул:

— Станиславу Сергеевичу, конечно.

Я посмотрела в большие, с поволокой глаза Кирилла. Взгляд был таким искренним и простодушным, прямо скулы сводило. Впервые встречаю такого мачо, у которого язык как у старушки-сплетницы. Все-то он знает, все-то подмечает…

Что ж, раз этот молодой человек не прочь перемыть косточки ближним, будет большим упущением не использовать его желание на пользу делу. Я ведь тоже не прочь посплетничать, между нами, девочками, говоря.

Дальше я сделала то, чего он никак не ожидал. Я взяла Кирилла за пуговицу стильной черной рубашки (молодой человек слегка опешил), притянула к себе и интимно, вполголоса спросила:

— Кирилл, вы такой информированный, для меня вы настоящий клад. Не могли бы вы мне помочь?

Длинноволосый красавец слегка отстранился.

— Помочь? Что вы имеете в виду, Евгения?

— Просветить меня насчет кое-каких обстоятельств. Вот, например, наш бедный Максим Ионов — он что же, совсем не интересовался девушками?

— Почему вы так решили? — удивился Кирилл.

— Да ведь он не обращает никакого внимания на поклонниц, которые бегают за ним табуном. Бедные девочки влюблены в него, а в ответ сплошное равнодушие.

— Вот вы о чем! — хохотнул Кулагин и пригладил волосы. Вид у красавчика стал самодовольнее некуда, и он поспешил просветить меня: — Эти фанатки — просто сборище истеричных дурочек. Первое время я пытался с ними разговаривать, но очень скоро понял: при виде любимого персонажа они впадают в ступор и двух слов связать не могут. Так что разговаривать с ними особенно не о чем. Не зря мы их прозвали «божьими коровками» — уровень интеллекта соответствующий. К тому же они влюблены вовсе не в меня или Макса. Эти бедные девочки не понимают разницы между актером и персонажем. Представляете, одна белобрысая сегодня спросила, всегда ли я сплю в гробу или иногда все-таки ложусь в кровать!

И Кулагин разразился театральным «вампирским» смехом.

— Так вы не ответили. У Максима есть девушка? Вообще какая-то личная жизнь? Или его существование ограничено съемочной площадкой?

Кирилл задумчиво рассматривал меня. Я прямо-таки видела, как крутятся колесики в его мозгу, вычисляя, как же лучше солгать. Говорить правду он явно не собирался. Но ведь и ложь должна быть правдоподобной.

От необходимости врать его спасло появление Сони. Увидев нас, стоящих так близко друг к другу, толстушка невольно ахнула и попятилась.

— В чем дело, зайчик? — довольно резко спросил Кирилл, отстраняясь от меня.

— Натэлла тебя зовет! — выдохнула помреж. — Она у себя в номере и просила поторопиться.

— Подождет! — Кулагин тряхнул волосами и нарочито медленно направился к лестнице. Соня проводила красавчика тоскливым взглядом. И тут я сообразила: да бедняжка попросту влюблена в Кулагина!

— Убила бы за сигаретку! — Соня резко развернулась ко мне. Я немедленно вытащила из кармана пачку «Данхилла». Сама я курю редко, но таскаю сигареты и зажигалку в карманах. Сигареты у меня стреляют многочисленные друзья и знакомые, а зажигалка… пару раз она спасала мне жизнь.

Мы уединились на балкончике и закурили, опираясь на чугунную витую решетку.

— Послушай, Соня, а у ваших актеров вообще есть какая-нибудь личная жизнь? — завела я разговор.

Видимо, я наступила на чувствительную мозоль, потому что толстушка Соня тяжело вздохнула.

— Какая-то есть. Причем у всех из нашей съемочной группы. Но, к сожалению, не та, на которую мы рассчитывали.

Я недоуменно уставилась на нее, и Соня принялась объяснять:

— Вот смотрите. Все думают, что кино — это такой волшебный мир, где за очень небольшие усилия платят очень приличные деньги. Уверяю вас, мы работаем как проклятые. Хроническая усталость, постоянный недосып, стрессы и нерегулярное питание. В общем, очень вредная работа.

— Так почему же вы не уйдете? И не поищете себе что-нибудь более щадящее?

— Да вы что! — вскинулась она. — Как я могу! Где еще будет так интересно? Где еще я встречу таких удивительных людей? А поездки по стране? Хотя, если честно, девяносто процентов времени мы просто торчим в павильоне.

— Так что там с личной жизнью? — вернулась я к интересующей меня теме.

— У тех, кто постарше, есть семьи, дети. А у нас, молодых, в основном служебные романы, — грустно вздохнула Соня. — Вы только представьте: почти весь день мы проводим на площадке, устаем страшно. Где уж тут бегать по городу в поисках романтики.

— Значит, служебные романы, — задумчиво повторила я. — Например, Натэлла Борисовна и Кирилл, верно?

Лицо Сони, обычно жизнерадостное, словно постарело на несколько лет.

— Да, вы правы, — тихо ответила толстушка. — Кирилл, конечно же, ее не любит… Но разве он может отказать? Натэлла взяла его на главную роль в этот проект, сделала знаменитым. Теперь впереди у него множество интересных ролей. Для актера это самое важное, а чем-то приходится жертвовать.

— Позволь, почему это «главная роль»? — удивилась я. — Насколько я понимаю, главная роль в «Школе вампиров» у Макса Ионова.

— Это временно, — поморщилась Соня. — Максим — посредственный актер, да и характер у него… Всегда был непредсказуемым, а в последнее время вообще перешел всякие границы. Я понимаю, он звезда, но нельзя же так.

Соня стряхнула пепел через перила.

— Максим подводит всю группу. Сорвал съемки вчера, сегодня. Станислав Сергеевич был просто в бешенстве! — Голос ее задрожал. Видимо, бедняжка попалась продюсеру под горячую руку. — Правильно Станислав Сергеевич решил!

— Серьезно? А что решил Станислав Сергеевич? — как бы между прочим поинтересовалась я.

— В следующем сезоне Максима заменят, — торжествующе проговорила Соня. — Его героя, Максимилиана, вообще уберут из сюжета!

— Как же так? Ведь его обожают сотни поклонниц!

— Тысячи! — отрезала она. — Но это ничего не значит. Это же так просто: Боря и Леня убьют его, и все дела.

Видимо, на моем лице отразилось крайнее изумление, потому что помреж хихикнула: