Дознание в Риге - Николай Свечин

– Для начала нужно разобраться с вашей «Дюной». Зачем германцам понадобилось ее создавать? Ведь каждый немец-промышленник считает своим долгом известить фатерланд о наших военных тайнах. Как только мы даем заказ какому-нибудь «Униону», об этом тут же узнают в Берлине.

– Может быть, «Дюну» создали англичане? – предположил Лыков.

– И шпионят за немцами на русской территории? – усмехнулся Виктор. – Это было бы забавно. Хотя…

– У нас в Риге англичане традиционно сильны, – заявил Яан. – Порт же. Торговля и все такое. Диаспора небольшая, но сплоченная. Некоторые семьи по двести лет там живут, никогда не видели своего острова, но остаются британцами.

– Все возможно, – согласился Таубе. – Чего гадать? Надо разобраться. Я сегодня же вечером пойду к министру. Объясню все как есть и надеюсь получить санкцию на негласное дознание.

– Как вам Куропаткин, кстати? – спросил Алексей.

– Привыкаем потихоньку, – лаконично ответил барон.

– Если ваш министр согласится, то хорошо бы и нашему подключиться.

– Хочешь провести совместную операцию? – встрепенулся Таубе.

– Хочу. Мы с Яшей живем в Риге на птичьих правах. Ведем незаконное дознание, лазим по чужим конторам… А можем быть вам, военным, полезными. Кто у тебя в Риге станет тащить дело? Офицерик из штаба Третьего армейского корпуса? А он умеет вести слежку или допросить опытного противника?

Барон нахмурился. Действительно, кому поручить дознание в Риге? Это же не Петербург, где есть и люди, и средства. Ну, в штабе Виленского военного округа сидят в отчетном отделении^[38] два штабс-капитана… Если прислать их из Вильно в Ригу, немцы сразу это заметят. И вообще, любой новый человек в погонах бросится в глаза. Люди же не в гостинице будут сидеть, а ходить, спрашивать, вынюхивать и высматривать. Где взять таких специалистов? В самом городе квартируют три пехотных полка 29-й пехотной дивизии, 29-я артиллерийская бригада, и расположен штаб 3-го армейского корпуса. Есть еще знаменитый Рижский учебный унтер-офицерский батальон. Но не привлечешь же их строевых офицеров к выполнению секретной операции!

– Я могу прислать туда Арзамасцева, – сказал полковник. – Он ловкий человек.

– А ваш ловкий человек понимает по-немецки? – поинтересовался Титус.

– Нет.

– Тогда от него не будет толка.

– Но и Лыков тоже в нем не силен!

– Алексей Николаевич будет вести дознание официально. А я – неофициально.

– Военный министр не согласится на вовлечение в секретную операцию штатского, – сразу огорошил Таубе. – Так у нас не делается.

– Ага, рассказывай мне сказки, – хохотнул Лыков. – А кто мне Анну с мечами дал, как не военный министр? И ведь я тогда погоны не носил, но в совместной операции участвовал^[39].

– Погоны ты действительно не носил, – признал Таубе. – Но состоял на коронной службе по МВД. И сейчас состоишь. А Яков Францевич – частное лицо. Это совсем другое дело.

– Поймите, Виктор Рейнгольдович, – с жаром заговорил лесопромышленник, – кому как не мне действовать в Риге! С той, секретной стороны.

– Но вы же там столько наследили. В полиции, в уголовных кругах – везде уже запомнили вашу наружность.

– Наружность можно поменять, – загадочно усмехнулся Яан.

– Как это?

– Виктор, – вмешался надворный советник, – ты не знаешь, как Яков умеет перевоплощаться. А я знаю. Он идеальная фигура для секретного дознания в Риге. Готов доказать это твоему министру. Или он не хочет разоблачения шпионов?

Таубе вздохнул и снял слуховую трубку телефонного аппарата.

Через час Лыков впервые увидел нового военного министра. Среднего роста, плотный и подтянутый генерал-лейтенант с академическим знаком на мундире. И не только со знаком! Два Георгиевских креста – редчайший случай в империи. Про Владимира с бантом нечего и говорить. Куропаткин был очень загорелым – почти всю службу провел в Средней Азии. Серые глаза генерала смотрели властно, но при этом и внимательно. Чувствовалось, что министр оценивает людей по какой-то собственной шкале. Он бросил быстрый взгляд на Лыкова (тот счел необходимым надеть все награды), перевел его на Титуса. Что-то решил про себя, но промолчал.

Барон Таубе четко и кратко изложил Куропаткину открытия своих приятелей. Закончил он так:

– Очевидно, что в Риге создана разведывательная сеть. Чья – неизвестно. Заманивают военно-почтовых голубей. И сведения о наших поставках куда-то утекают. А переменить заводы, исполняющие заказы, пока нельзя.

– Что намерены делать?

– Сначала, ваше превосходительство, установить шпионов. Дальше станет ясно. Поведем свою контригру, возьмем сеть под наблюдение…

– Как будете устанавливать?

– Хочу внедрить туда своего человека. Господина Титуса.

Министр скривился:

– Лесопромышленника – и в правительственные агенты?

– Точно так. Никого лучше нам не найти, хоть всю Россию переберем.

Лыков тем временем смотрел на Куропаткина и делал выводы. Штучный товар! Начинал служить в знаменитом 1-м Туркестанском стрелковом батальоне. Окончив Академию Генерального штаба, получил научную командировку во Францию. И отправился воевать в Сахару. Опасная вышла наука… Затем вернулся в Туркестан. В Кокандском походе, командуя пластунами, молодой капитан первым ворвался в крепость Уч-Курган. Получил за это Георгиевский крест четвертой степени. Куропаткин опытен и в вопросах разведки. Именно он в свое время был послан к знаменитому Якуб-Беку Кашгарскому для определения границы с Ферганой. Затем, повоевав с турками, возглавил Азиатскую часть Главного штаба – а это разведывательная должность. Через год Куропаткин снова ушел на войну, на этот раз с туркменами. Во время штурма Геок-Тепе во главе колонны опять, как в молодые годы, первым ворвался в пролом в стене. Награжден Георгием третьей степени. После ратных подвигов уже в генеральском чине долго служил в Военном министерстве. Был назначен военным губернатором Закаспийской области и провел там важные реформы. Опытный и умный человек.

Решившись, Лыков взял слово:

– Ваше превосходительство! Титус хорошо подготовлен к такого рода делам. Он ушел в отставку в чине титулярного советника с должности начальника Нижегородской сыскной полиции. Следить, анализировать, ловить жуликов Яков Францевич умеет, как никто другой.

– Жуликов, но не шпионов, – возразил министр.

– Поверьте мне, это сложное ремесло. Иной убийца любому шпиону сто очков вперед даст. И… сыскная полиция в России лучше знает свое дело, чем корпус жандармов. А в армии вообще до сих пор нет контрразведывательной службы.