Черная Королева тамплиеров - Лариса Капелле

— Неприятный персонаж!

— Никто не требует от него ни обаятельности, ни привлекательности, — заметила Екатерина Дмитриевна, — но предложение его заслуживает внимания.

— Значит, сами мы не справимся, — констатировала Кася, — но и в долгу перед этой амфибией быть не хочется.

— Не хочется, но придется. Если нам с одной стороны придется сражаться с его адвокатами, а с другой — с местными мастерами, то в трубу мы вылетим гораздо раньше предвиденного срока.

— Хорошо, что ты предлагаешь?

— Сейчас же позвоню ему и договорюсь о завтрашней встрече.

С этими словами Екатерина Дмитриевна подошла к телефону и набрала номер Раймона. Раздались долгие гудки, потом включился автоответчик. Она оставила сообщение и повесила трубку.

— В любом случае заглянем к нему завтра, — постановила она. — Ну а что за проблему ты высмотрела в схеме замка?

— Подземелий в замке гораздо больше, чем мы себе представляем.

— С чего ты это решила?

— Этот регион известен обилием карстовых пещер, и, судя по всему, замок был построен над одной из них. Посмотри схему: откуда эта овальная штриховая линия, обрисовывающая большую часть замка? Что она может обозначать? Не укрепительные сооружения, они гораздо шире площади замка. Значит, автор схемы таким образом пометил что-то невидимое, находящееся под замком. А такой неправильной формы может быть только пещера.

— Тогда где вход?

— А вот на этот вопрос ответа у меня, как ты догадываешься, нет, — вздохнула Кася.

— Тогда пошли спать, завтра разберемся.

Утром первым делом они отправились к Раймону. Екатерина Дмитриевна со свойственной ей решительностью дело в долгий ящик откладывать не стала. Но Раймон открывать им не торопился.

— Да что за глухая тетеря! — возмутилась Екатерина Дмитриевна и изо всех сил стала колотить молоточком в дверь.

— Мадам! — окликнули их сзади. — Вы к месье Ламберу?

Екатерина Дмитриевна оглянулась. Невысокого роста человек с приятной улыбкой с интересом рассматривал их.

— Да, — ответила Екатерина Дмитриевна, — и вы к нему?

— У нас с ним тоже назначена встреча. Позвольте представиться, Оливье Симон, журналист.

— Екатерина Кузнецова, я — местная жительница.

— А, мадам Кузнецова и ее дочь, новые владелицы замка Грезель! Давно мечтал с вами познакомиться! — еще шире улыбнулся журналист.

— Так вы в курсе?

Журналист не стал делать непонимающий вид, а просто и открыто ответил:

— Истории вокруг наследства Фредерика де Далмаса? Конечно! Я, собственно говоря, поэтому и здесь. Тем более после убийства мэтра Периго сюжет закручивается еще более лихо.

— Раймон согласился встретиться с вами?

— Да, согласился. И даже сказал, что сделает заявление, прольющее свет на некоторые последние события. Правда, я должен был приехать час назад, но выехал с опозданием, да и в дороге немного заплутал. Все никак навигатором не обзаведусь, не люблю все эти нововведения, — с некоторым смущением развел он руками. — Может быть, он уехал?

— Его машина здесь, — возразила Кася.

— Наверное, расхотел, и все тут, мы уже минут пять стоим, и звонили, и стучали, даже на мобильный позвонили, — пожала плечами Екатерина Дмитриевна, — не вламываться же к нему в дом?!

— Вы как хотите, а я так просто отказываться от сенсации не намерен! — решительно заявил журналист. — Даже если он и передумал встречаться со мной, я своего решения менять не собираюсь.

С этими словами журналист огляделся.

— Ставни открыты, — прокомментировал он, — значит, хозяин уже встал. И потревожить его мы не сможем. Пойду посмотрю в окна салона.

Он уверенно завернул за левый угол. Они услышали стук в окна и сдавленный вскрик. Мать с дочерью только успели повернуться, как Оливье вернулся с побелевшим лицом.

— Что-то случилось? — напряглась Екатерина Великая.

— Вызывайте полицию, а я вызову «Неотложку». Скорее всего, ему стало плохо. Я увидел его: он лежит в салоне.

— Может быть, надо попытаться взломать дверь? — предложила Кася.

— Вы умеете оказывать первую помощь?

— Нет, — в один голос ответили мать и дочь.

— Я тоже нет. Тогда благоразумнее будет дождаться медиков.

Первыми на место прибыли пожарные[1], следом прикатила «Скорая помощь». Прибывшие выставили дверь и вошли внутрь. Кася с матерью и журналистом остались снаружи. Но уже через несколько минут пожарные и врачи вышли.

— Он мертв, — кратко сообщил один из них ожидавшим у двери.

— От чего? С ним случился приступ? — попытался навести справки журналист.

— Вы — родственник покойного?

— Нет, я журналист «Депеши», Оливье Симон, вот моя профессиональная карточка, я могу войти? — протянул он удостоверение пожарному.

— Это полиции решать, а не мне. Подождите здесь. А вы, дамы, родные покойного? — обратился он к Екатерине Великой и Касе.

— Нет, — честно признались они, — мы пришли на встречу с ним.

— Ну так скажем, что эта встреча теперь состоится не скоро, — с черным юмором заявил пожарный, — а вот и наши жандармы, с ними и пообщаетесь.

Из машины выскочил комиссар Бернье и удивленно уставился на мать с дочерью.

— Вы — здесь? — и больше ничего не говоря, быстрым шагом прошел внутрь.

— Вы знакомы с комиссаром? — заинтересованно обратился к ним Оливье.

— Нет, просто так получилось.

— Что — получилось? — не отставал журналист.

Поняв, что так просто они от него не отделаются, Екатерина Дмитриевна пояснила:

— Мы его уже встречали на месте смерти нашего нотариуса.

— Вы хотели сказать, на месте убийства вашего нотариуса, — усмехнулся журналист.

— Убийства! Значит, это был не несчастный случай и не приступ! Откуда вам это известно? — выдохнула Кася.

— Из разного рода очень достоверных источников, — уклонился от прямого ответа журналист и с энтузиазмом потер руки, — а история становится все более и более интересной! Если вы захотите со мной поговорить, вот моя визитная карточка, я остановился в той же гостинице, в которой убили вашего нотариуса. Так что, если возникнет желание поговорить, позвоните. А сейчас, извините, но служба зовет.

С этими словами Оливье Симон решительным шагом направился в сторону врачей и пожарных.

— Ты видишь, я была права! Марка убили! — воскликнула Екатерина Великая, когда они остались одни.