След погасшей звезды - Марина Серова

– Например? – удивился мой собеседник.

– Наталья угрожала увольнением медицинскому персоналу в случае, если мне позволят посещения.

– Так вот почему ты пришла тогда в образе беременной брюнетки? – осенило его.

– А ты думал, я просто люблю перевоплощения? – рассмеялась я. – Поговори с Ряжским. Мне нужно сегодня встретиться с тобой с глазу на глаз и обсудить новую информацию.

– Хорошо, – ответил Влад задумчиво, – приезжай через час-полтора, побеседуем. Я к этому времени решу вопрос твоего допуска в палату раз и навсегда.

Это прозвучало решительно и твердо. Кажется, мои слова возымели именно то действие, на которое я рассчитывала. Может быть, я только что спровоцировала семейную ссору, но расстановка приоритетов такова, что покой Влада и его здоровье расположились на разных чашах весов. Пусть он поссорится с женой, лишь бы преграды на пути следствия были устранены, ведь от успеха моей работы зависит жизнь клиента.

– Договорились, Влад, – подытожила я. – До встречи.

– Да, до свидания.

В трубке зазвучали короткие гудки. Чтобы попасть в больницу к условленному времени, начинать собираться следовало уже сейчас. День обещал быть теплым. Согласно информации на сайте Гидрометцентра России, столбик термометра сегодня мог подняться до двадцати градусов.

Я надела шелковые брюки темно-фиолетового цвета с едва заметным рисунком, легкие, скользящие по коже, в любую погоду чуть прохладные, и бежевую блузку с короткими рукавами.

Погода стояла дивная. Утренняя свежесть еще не растаяла. Ветерок едва касался кожи. В моих золотых волосах путались солнечные лучики. В такую погоду хочется гулять, витать в облаках, мечтая, но вести расследование в качестве частного детектива куда увлекательнее. Поэтому я села за руль и отправилась в дорогу. Мне предстояло продемонстрировать клиенту свою вопиющую бесцеремонность, доказательства которой находились в папке – ярко-синий уголок выглядывал из деловой сумки.

Я вышла из машины и окинула парковку внимательным взглядом: автомобиля Натальи Яковлевой здесь не было. Хотя бы один день расследования пройдет без скандала. Перепорхнув два лестничных проема, я вышла в холл и повернула в коммерческое крыло больницы.

Количество цветов в палате Влада еще увеличилось. Помещение напоминало оранжерею. Пациент сидел в постели в очках и листал документы. Выражение его лица, сосредоточенное и суровое, ярче прорисовывало следы болезни в темных тенях под глазами и контурах заострившихся скул.

– Доброе утро, – сказала я бодрым голосом, приземляясь на краешек кровати.

– Танечка, здравствуй, – улыбнулся в ответ Влад. – Твой счет оплатили утром, деньги придут в течение одного банковского дня.

– Отлично, – кивнула я. – Как ты себя чувствуешь?

– Полный порядок.

Я тряхнула волосами, откидывая назад тяжелые локоны, и взгляд Влада скользнул за ними, горячий, искрящийся. Красота и молодость женщины наполняла его жизненной силой. Я встала с постели, придвинула к ней стул и заняла более корректную позицию по отношению к клиенту.

– Как прошла обработка данных? – поинтересовался Влад. – Успела найти что-нибудь интересное?

Я не могла сказать ему правду, ведь она состояла в том, что вся информация, представляющая коммерческую тайну, находилась на моем переносном жестком диске. Опасаясь утратить доверие клиента отказом выполнять его прямые распоряжения, я предпочла солгать.

– Все, как ты и говорил, – улыбнулась я, – ничего подозрительного.

Влад удовлетворенно кивнул. Я извлекла из сумки папку.

– Я должна задать тебе важный вопрос.

– Да, конечно, задавай, – поднял брови Яковлев.

Папка в моих руках распахнулась. Я извлекла из нее увеличенное фото, на котором молодая, субтильная крашеная блондинка позировала с охапкой белых роз, и предоставила его взору клиента. На лице Влада удивление сменилось озадаченностью и тревогой.

– Откуда у тебя это?

– Кто эта девушка, Влад? – произнесла я твердо.

Повисла неловкая пауза. Какое-то время Яковлев предпринимал попытки испепелить меня взглядом. Как только стало очевидным, что они не увенчаются успехом, Влад снял очки и принялся массировать переносицу.

– Это важно, – настаивала я.

Мой клиент вернул очки на прежнее место и протянул руку. Я передала ему фото. С выражением непередаваемой нежности Влад какое-то время рассматривал снимок, затем отложил его в сторону, оборотной стороной вверх.

– Танюш, – начал он спокойным тихим голосом, – эта девушка не имеет никакого отношения к происходящему.

– Я так не считаю.

– Я настаиваю, Таня. Не впутывай ее в это.

Нет, Яковлев вовсе не требовал. В его голосе не было строгости, не чувствовалось угрозы – только волнение и уязвимость. Он просил оградить девушку со снимка от обстоятельств сложившейся ситуации, не вовлекать ее в следствие. Я мысленно сосчитала до десяти и, когда начала говорить, постаралась, чтобы мой голос звучал мягче:

– Влад, для общего блага очень важно, чтобы ты осознал: на кону не новый контракт, не успех инвестиций и не имущество. Речь идет о твоей жизни.

– Я это понимаю, – покорно склонил голову мой клиент, принимая взбучку как необходимое зло.

– Видимо, нет, – отрезала я. – Любой человек, с которым ты контактируешь, может привести к злоумышленнику. Я не обвиняю в покушении эту девушку, я просто рассматриваю все возможные варианты. Речь может идти о ее ревнивом бывшем любовнике, рассерженном отце, брате, китайских витаминах сомнительного качества…

– Танюш, – улыбнулся Влад, – у этой девушки нет ни отца, ни брата, она не пьет витамины и не связана с твоим расследованием.

– Расскажи мне о ней. – Яковлев приготовился обороняться, но я прервала его: – Сколько ей лет, чем она занимается? Как давно вы знакомы?

Влад одарил меня долгим пронзительным взглядом. Видимо, вопросы показались моему клиенту безопасными, и он решил вступить в диалог в надежде, что я отступлю, получив ответы.

– Мы знакомы чуть меньше года. Недавно ей исполнилось двадцать четыре, – Влад указал на фото, давая понять, что снимок с охапкой роз был сделан в день рождения. – Вид деятельности мирный.

– Ее профессия связана с медициной или фармацевтикой? У нее есть друзья или родственники в здравоохранении? Бывшие заключенные?

– Таня, она – домашняя девочка из простой провинциальной семьи, на этом все.

– С кем она встречалась до тебя?

– С однокурсником. – Влад был рассержен, но решил не давать волю чувствам. Он глубоко вздохнул и продолжил: – Танюш, у этой девочки толком ничего не было в жизни до меня.

Очевидно, скромность была Яковлеву не свойственна. Из общих фраз, призванных укротить мое любопытство, практически ничего не следовало. Описательные характеристики, которые применил Влад, можно было составить и по фото.