Мост над черной бездной - Яна Розова

– Я согласен на мораторий в отношении темы твоего пьянства и твоего разгуляйства, – размеренно произнес отец Сергий. – Если я тебе нужен, давай поговорим.

Как это обычно и бывало, Пашка хотел рассказать о цели событий и своих мыслях, чтобы найти в ней перспективные линии, а лучшим собеседником для него был священник. Ради разговора с ним Седов приехал из Курортного на первом же утреннем автобусе, а теперь они сидели на лавочке за храмом.

Лето выдалось нежарким, поэтому даже на солнышке не припекало, и тучки в небе намекали на грядущий дождик. Сыщик закурил и начал свой рассказ.

Объяснив, почему он считает первым подозреваемым в убийстве Артура Перцева его брата Олега, вдруг предположил:

– Но что, если не он убийца?

– Почему?

– Чисто технически, представь себе: как он заставил Артура выпить реланиум?

– Под пистолетом, – подсказал священник и тут же припомнил: – Но на тебя он напал без пистолета. Почему? Может, шуметь не хотел? Или нет у него никакого оружия?

– Я тоже считаю, что пистолета у Олега нет. Те, кто неплохо знают его, считают добрым парнем и даже робким. Да и телосложение у него не атлетическое, такие люди редко нападают с ножом, если есть под рукой пистолет, – рассуждал Седов. – Но Олег набросился на меня в комнате, как я думаю, в панике, потому что его предупредили: сейчас к тебе придет рыжий тип, чтобы убить. Нет у Олега пистолета, я уверен!

Священник отогнал от лица назойливую муху и неожиданно спросил:

– А почему никто не интересуется обстоятельствами смерти того охранника, который любил Шекспира?

– Доказанное самоубийство, – наморщил нос Паша. – А что?

– Но чем он отравился?

– Честно говоря, я не знаю.

Теперь священник не скрывал сарказма:

– В твоей истории есть два человека, умершие от отравления. В одном случае ты толком не знаешь, чем отравился бедняга, а во втором известно только, что около тела нашли упаковку от реланиума, а больше ничего. Что, если?…

Павел Петрович похлопал ресницами.

– Илья и Артур ничем не связаны друг с другом, вряд ли знакомы.

– Один был сыном Перцева, а другой работал у него, – не согласился с ним отец Сергий.

Его наставительный тон раздражал Пашку, а особенно злила правота священника: об Илье он забыл.

– Да уж… – согласился Седов и не удержался, съехидничал: – Пути Господни неисповедимы.

Они поболтали еще полчасика, а простившись с другом, Паша поехал в свою квартиру, где принял душ и, обернувшись полотенцем, упал на свой старый, продавленный диван, радуясь, что может побыть один. Подарил себе часик отдыха с бутылочкой пива и томиком Шукшина, а потом сел за компьютер.

В распоряжении сыщика имелась база адресов федерального масштаба, которую удалось заполучить благодаря кое-каким связям в кое-каких органах. В базе этой были только адреса постоянной прописки граждан России, но иногда и этого было достаточно. Например, адрес Олега Перцева в Пензе обнаружился легко и просто. Вместе с телефоном.

Седов набрал номер, ответила женщина. Паша попросил пригласить Олега, но женщина сердито буркнула, что Олега нет дома.

– Я вам из Гродина звоню, хотел Олега увидеть в его приезд, а он не появился.

– Нужен ты Олегу! – Женщина уже не скрывала злости. – Он к своему папаше поехал, хочет с ним жить, а не со мной, родной матерью. И старые друзья ему без надобности!

Когда женщина заговорила быстрее, ее язык стал заплетаться. Она была пьяна.

Паша представил себе, как братья приходят на мост. Робкий Олег просит, высокомерный Артур отвечает, что ни за что не позволит ему вернуться в семью. Олег в отчаянии! Ему некуда возвращаться, в Пензе – пьющая озлобленная мать и ненавистная работа в автомобильном салоне, а виноват во всех его бедах только этот толстый развратный негодяй. Тогда он заставляет брата выпить убийственную дозу реланиума.