Мальчики - налево, девочки - направо - Люся Лютикова

В агентстве «Фа и фу» я стала героем дня. По этому случаюженская часть коллектива устроила небольшие посиделки за «рюмкой чая».Преисполненная благодарности Лена сбегала за фруктовым тортом для всех, асекретарь Галочка вытащила из своих запасов плитку шоколада «Совершенство» ипрезентовала ее лично мне.

Я воспользовалась моментом, чтобы выведать все слухи исплетни относительно покойного директора. Дамы тоже не упустили шанс еще разобсудить волнующую тему. Не буду утомлять вас стенограммой двухчасовой беседы,скажу только, что мне удалось узнать.

Врагов у Вячеслава Георгиевича не было, по крайней меретаких, о которых бы знали подчиненные. Конечно, кое-какие конфликты с клиентамивозникали, без них в рекламном бизнесе нельзя, но дипломатичной СусаннеАлександровне всегда удавалось решить проблему, да так, что благодарныезаказчики нахваливали потом агентство своим друзьям.

Все терялись в догадках: кому понадобилось убиватьВаснецова? О том, что начальник не просто умер, а именно убит, женщины узналиот следователя, который уже приходил в офис. Собственно, обстоятельства егосмерти им были неизвестны, как и тот факт, что трагедия разразилась на квартиреМарии Жмыховой, менеджера по персоналу фирмы. Кстати, имя Маши не всплыло ниразу, и я убедилась, что Даша говорила правду: любовники тщательно скрывалисвои отношения.

Особую надежду я возлагала на компетентность Галочки. Ведьее прямая профессиональная обязанность – знать все обо всех сотрудниках.Поэтому когда секретарь, сославшись на необходимость закончить кое-какуюработу, покинула веселую компанию, я увязалась за ней.

К моей неописуемой радости, Галина направилась к двери снадписью «Генеральный директор». Повозившись с замком, она открыла дверь изажгла свет. У Васнецова оказался стандартный кабинет руководителя: по стенамстоят стеллажи с документацией, около окна красуется прямоугольный письменныйстол, к нему примыкает стол для переговоров.

Оригинальную ноту вносил огромный портрет самого Славы,висевший прямо над директорским креслом. Портрет был выполнен маслом втрадиционной манере, он довольно точно копировал внешность Васнецова, носовершенно ничего не сообщал о его внутренней сущности и не затрагивалчувствительных струн души зрителя. Я сделала вывод, что художник бездарен.

Галя подошла к одному из стеллажей, вытащила огромную папкус бумагами и принялась рыться в ней в поисках нужного документа. При этом онане переставала тарахтеть без умолку.

– Вот, – вздохнула девушка, – человек уходит,но жизнь продолжается. Знаешь, как мы все испугались, когда узнали, чтоВячеслав Георгиевич умер? Думали, что агентство развалится в одночасье. Я дажекупила газету «Работа», стала просматривать вакансии секретарей. Но, славабогу, ничего не изменилось, все вкалывают по-прежнему, только, пожалуй, уСусанны Александровны стало больше нагрузки.

Я задумалась о заместителе директора. Уж слишком эта женщинабодра, прямо так и пышет энергией. Я, как человек ленивый до самозабвения, вчрезмерной активности всегда подозреваю подвох. Не было ли в смерти начальникадля нее какой-либо личной выгоды?

– А фирма не может перейти к СусаннеАлександровне? – спросила я.

Галя рассмеялась.

– С какой стати? Она ведь наемный работник, такой же,как я или ты. Новый владелец бизнеса может уволить ее в любой момент.