Гроссмейстер сыска - Алексей Макеев

– Постойте! – сказала она сдавленным голосом. – Убийца? Вы уверены, что обратились по адресу? Среди моих знакомых нет ни одного убийцы… Кажется… – В больших серых глазах вдруг появился страх.

– Но среди ваших знакомых есть человек, погибший от рук убийцы, – сказал Гуров и сам испугался – так сильно побледнела вдруг Ольга Валентиновна.

– Вам плохо? – участливо спросил он. – Может быть…

– Нет-нет, – слабо махнула рукой Макарова. – Это просто от неожиданности. Я вдруг подумала… Это не важно… Так что вы там говорите? Кто из моих знакомых погиб от рук убийцы?

– А разве вы еще ничего не знаете? – спросил Гуров. – Об этом было в новостях.

– Я обычно не смотрю новости, – нетерпеливо сказала Макарова. – У нас на работе все и так известно. Но эти дни меня не было в городе. Я уезжала в Калининградскую область, если это вам интересно.

– Убит Юрий Леонидович Скок, – негромко сказал Гуров. – На пороге своей квартиры. В ночь на двадцать первое сентября.

Длинные пальцы Ольги Валентиновны сами собой скользнули по застежкам ее сумочки и нервным движением извлекли оттуда пачку сигарет. Лицо ее при этом оставалось совершенно невозмутимым, и только серые глаза выдавали растерянность и огорчение. Гуров предупредительно щелкнул зажигалкой.

– Спасибо, – сказала Ольга Валентиновна, прикуривая и выпуская из розовых губ струйку сизого дыма. – Вы меня все-таки поймали. Этого я не ожидала. Хотя, по идее, именно эта смерть была наиболее предсказуемой.

– Что вы имеете в виду? – спросил Гуров.

– Только то, что изо всех моих знакомых именно Юрий Леонидович имел самые большие шансы быть убитым на пороге собственной квартиры.

– Вы так уверенно это говорите, – озадаченно произнес Гуров, – будто и в самом деле знали все заранее. Почему же Скока должны были убить?

– Вы пришли ко мне, потому что мы со Скоком были любовниками? – спросила Макарова. – Интересно, кто вам об этом сказал? Ну так вот, наша связь давно закончилась. Самое интересное, что закончилась она тихо, без скандалов и взаимной неудовлетворенности – обычно со Скоком так не бывает… Но я к чему это говорю? Я не знаю, за что его могли убить сейчас, я не в курсе его дел.

– А за что его могли убить раньше? – спросил Гуров.

– Да за что угодно! – с чувством проговорила Ольга Валентиновна. – Он был из мужчин, про которых раньше говорили: смерть написана у них на челе. Он был отчаянный. Ввязывался в любую свару. Мог защитить женщину, на которую напал десяток хулиганов. Он органически не мог в таком случае пройти мимо. Не хочу сказать, что он был рыцарски благороден – скорее у него постоянно чесались кулаки. Он мог запросто втянуться в любую аферу, если она сулила большую прибыль. Риск его не волновал.

– При вас он вступал в подобные аферы?

– Конечно! Он постоянно в них вступал. Только не требуйте у меня подробностей. Я мало интересовалась его делами. Меня тогда привлекал только секс с ним.

– Не будем касаться подробностей, – сказал Гуров. – Но хотя бы в общих чертах… Видите ли, я не слишком опытен в этом вопросе. Чем вообще может заниматься помощник депутата?

– Да чем угодно! – махнула рукой Макарова. – А Скока это касается в особенной степени. Он мог выполнить любое поручение. Брезгливость – не его черта.

– Вы хотите сказать, Скок в своей работе мог пойти на серьезное нарушение закона? – уточнил Гуров.

– А почему бы и нет? – удивилась Ольга Валентиновна и, доверительно понизив голос, добавила: – Я вам даже больше скажу… Случайно я недавно слышала, чем занимается мой бывший любовник сейчас. Об источнике информации не спрашивайте – все равно я вам ничего не скажу… Да и ничего сенсационного вы не услышите, сейчас такое происходит сплошь и рядом. Впрочем, возможно, это пойдет вам на пользу и подскажет, где искать убийцу… Короче говоря, это закулисная предвыборная работа. Кандинскому необходимо влиять на расстановку политических сил в провинции. Без денег, сами понимаете, это сделать не слишком-то реально. Приходится подкармливать нужных людей. Для этого могут существовать легальные пути – различные фонды, транши и тому подобное. Но иногда требуется и живая наличка. Не по почте же ее посылать! Только не подумайте, что Скок делился со мной своими секретами. Я просто умею размышлять, сопоставлять факты, понимаете?

– Ага, значит, Скок был как бы курьером? – оживился Гуров. – Вы думаете, он доставлял валюту в регионы?

– Я и так сказала вам больше, чем нужно, – не слишком ласково отозвалась Макарова. – Не ждите от меня письменного признания.

Здесь разговор прервался, потому что официант принес заказ. Глядя, как он выставляет на стол тарелочки и соусники, Ольга Валентиновна неожиданно сказала:

– Пожалуй, вам придется заканчивать обед одному, Лев Иванович! У меня что-то совсем пропал аппетит… Юрий Леонидович был не из тех мужчин, по которым убиваешься всю жизнь, но все равно мне что-то не по себе… Если не возражаете, я только выпью кофе.

– Ради бога! – воскликнул Гуров, делая официанту знак удалиться. – Мне очень неловко, что я так испортил вам настроение…

– А-а, бросьте! – сказала Макарова. – При чем тут вы? Вы, что ли, его пристукнули? Кстати, как его убили?

– Послушайте… – запнулся Гуров. – Может быть, не стоит…

Ольга Валентиновна поднесла к губам чашку и сказала ровным голосом:

– Стоит, поверьте мне! Если я буду знать, как его убили, я смогу представить, как все происходило. Все-таки я неплохо знала Скока… Может быть, я что-то подскажу вам? Знаете, мне почему-то очень хочется, чтобы вы поймали убийцу. Не ожидала этого от себя, но почему-то я чувствую себя лично оскорбленной…

– Его убили ударом шила в сонную артерию, – без выражения сказал Гуров. – Очень точный и очень уверенный удар. Больше ни на Скоке, ни на его предполагаемом противнике нет ни одной царапины. Официальное следствие пришло к выводу, что все произошло в результате пьяной ссоры в подъезде. Ольга Валентиновна, Скок часто вступал в ссоры с соседями?

– Бывало, – лаконично ответила женщина. – Только я сомневаюсь, чтобы Скок отпустил своих врагов без единой царапины. В драке он был неистов. В нем было что-то буквально гладиаторское… А вы, Лев Иванович, кажется, не очень-то доверяете выводам официального следствия? – спросила она, испытующе разглядывая Гурова.

– Буду с вами откровенен, – серьезно сказал Гуров. – У меня есть для этого некоторые основания. Но к вам большая просьба: никому об этом не говорить. Как и о нашей сегодняшней встрече. Это не слишком невыполнимые пожелания?

– Это будет зависеть от обстоятельств, – ответила Ольга Валентиновна. – От многих обстоятельств. Видите, я тоже с вами откровенна. Но если ничего грандиозного не случится, я постараюсь выполнить ваши пожелания.

– Вы ожидаете чего-то грандиозного? – удивился Гуров.

Макарова насмешливо поглядела на него.