Гроссмейстер сыска - Алексей Макеев

– Да я уже порой не знаю, что тебе можно рассказывать, Петр, а чего ты не желаешь слышать, – негромко заметил Гуров.

Генерал осуждающе покачал головой.

– Выходит, ты меня к этим подонкам приравнял? – с горечью проговорил Орлов. – Зря, брат! Да если бы я знал, что Марии грозит опасность, я бы за свои звезды дрожать не стал. Это я тебе прямо говорю!

– Да я ничего, – откликнулся Гуров. – Стоит ли об этом? Вышли же из положения.

– А если бы нет?! – гневно прорычал генерал. – Нам-то с тобой по определению своей шкурой рисковать полагается. Но женщин наших мы должны беречь!.. С ней вообще-то все в порядке?

– Ты ее знаешь. У нее характер. Ее сломить нелегко, – сказал Гуров.

– Ну слава богу, – заключил Орлов, а потом, покачав головой, произнес то ли с одобрением, то ли с осуждением: – Ну, наделал ты шороху, брат! До сих пор аукается!

– Да я немножко в курсе, – сказал Гуров. – Говорят, Выприцких из отпуска вернулся и сразу в госпиталь лег? Говорят, сердце у него?

– И не у него одного, – проворчал генерал. – После твоего телешоу у многих предынфарктное состояние наступило. И как ты до этого додумался? Надо же! Только учти, руководству такие номера как кость в горле. Пока, по свежим следам, они, может, все и проглотят, но ты у них теперь на примете. При малейшей возможности с тобой постараются распрощаться.

– Ну что ж, слез лить не будем, – заметил Гуров. – Пока счет один-ноль в нашу пользу.

– Может, оно и так, – сказал генерал. – Только на победу это мало похоже. Конечно, дело пришлось пересматривать. Эта Евсеева показания дает – закачаешься. Все вываливает, с каким-то прямо извращенным удовольствием. По-моему, она себя звездой экрана вообразила. А у самой руки по локоть в крови… Вот бывают же такие бабы! Змея просто!.. Но это ладно. Формально ты убийцу Скока нашел, прокуратуру посрамил, Кандинскому нос утер… Это все верно. Но ты ведь не только этого хотел?

– Может, и не только, – сказал Гуров. – Да что теперь говорить? Что выросло, то выросло. Кандинский, надо понимать, оказался ни при чем?

– Да никто ни при чем! – воскликнул Орлов. – Стрелочники пострадали – это как положено. Кандинский вообще отказался комментировать происходящее – заявил, что вопрос его не касается. Мол, со Скоком он давно расстался по причине его полной некомпетентности. Ни о каких наличных деньгах и хищениях он никогда, естественно, не слышал. Сукачева, напарника Скока, в минуту уволили, а через сутки он уже за границей оказался. Кандинский теперь и его за своего признать не хочет. А без него следствие неизбежно будет топтаться на месте… Та спецслужба, которая занималась Евсеевой, открестилась от своих наотрез. Те пистолеты, которые вы с Крячко поотбирали, оказывается, никогда за сотрудниками этой спецслужбы не числились, документы капитана Теплова – искусная подделка. На самом деле такой в списках части никогда не значился. Вот такие дела, брат!

– Значит, мы со Стасом с ветряными мельницами махались? – сумрачно спросил Гуров. – Как славный идальго и его верный слуга. Кто же, в таком случае, Евсееву нанимал, чтобы Скока убить?

– Какая-то преступная группировка, маскирующаяся под спецслужбы, – саркастически ответил Орлов.

– И где же теперь эта группировка? – поинтересовался Гуров. – Где Теплов, Маляев, Самсонов? Где остальные?

– В бегах, наверное, – пожал плечами генерал. – Думаю, так бегут, что теперь их не скоро поймают. При нашей жизни уж точно нет. Этим делом теперь специально ФСБ занимается. Все документы и оружие у нас изъяли – нам теперь до них не добраться.

– Не надо было мне все это в главк передавать, – мечтательно заметил Гуров. – Знал ведь, что так кончится…

– А куда? Куда ты это передал бы?! – горячась, воскликнул генерал. – Ты знаешь место, где тебя приняли бы с распростертыми объятиями? Ах, вы принесли нам компрометирующие материалы? Будьте добры, присаживайтесь – чаю, кофе?.. Так, по-твоему?

– Ты же сам говорил про кремлевские башни, – напомнил Гуров. – Можно было попробовать сыграть на разнице интересов…

– Упаси тебя бог играть в эти игры, Лева! – сказал раскрасневшийся Орлов и нервным движением наполнил стаканы. – Наше дело – преступников ловить, душегубов… А ее самую ты все-таки поймал. Гордиться можешь. Давай, за тебя! И забудем про этих Кандинских, Тепловых и прочих…

– Забыть бы хорошо, – промолвил Гуров, когда они выпили. – Да ведь завтра они опять о себе напомнят. Как тогда быть?

– А бог его знает! – меланхолично ответил немного захмелевший Орлов. – Я иногда думаю, Лева, может, нам с тобой, того… на свалку пора? Чего-то мы с тобой, по-моему, недопонимаем в этой жизни. Как-то не так все делаем, невпопад…

– Ну, это как посмотреть, – рассудительно заметил Гуров. – Это как раз и хорошо, что невпопад. Если бы все в одну дудку дули – представляешь, что тут творилось бы? Атак они все-таки оглядываться будут… Нет-нет, а оглянутся – нет ли за спиной генерала Орлова. Или полковника Крячко…

– А особенно полковника Гурова, – засмеялся генерал. – Ладно, не скромничай! В том, что этим дельцам пришлось изрядно понервничать, – твоя заслуга.

– Да какая тут заслуга, – поморщился Гуров. – Утешаем себя, старые дураки…

– Верно заметил, – кивнул генерал. – Метко.

Он еще немного посидел, понурив голову, а потом хлопнул себя по коленям и решительно встал.

– Давай провожай меня! – сказал он. – Допивать не буду – мне хватит. Да и водитель внизу ждет. По домам пора. Поговорили с тобой – вроде отлегло маленько…

Гуров накинул плащ, вышел вместе с Орловым на улицу. В чистом небе сияли мелкие холодные звезды. Воздух был морозный, уже пахнущий зимой.

– Ну, брат, выздоравливай! – сказал генерал, осторожно хлопая Гурова по плечу. – И ни о чем не волнуйся. Пока я на этом месте сижу, я тебя в обиду не дам.

– Да я и сам не собираюсь сдаваться, – ответил Гуров. – Еще не вечер. Еще посмотрим, кому на свалку пора. А ты, Петр, учти – второй отпуск мне уже не положен. Свое право на отдых я реализовал.