Поражающий агент - Фридрих Незнанский

Она даже не знала, как близка была к истине.

– Тогда имейте в виду, что я болела желтухой и это значит, что печень у меня ни к черту!

Бред какой-то, на черта мне сдалась твоя печень!

– Что вы хотите сделать?

– Не твое дело.

– Как это – не мое?! Эта моя квартира, это моя жизнь, а в нее влезли грязными ногами! – Надо же, в ее голосе появились какие-то новые нотки.

– Очень образно. Но лучше лежи спокойно и помалкивай, целее будешь.

На третий день, приехав, я посмотрел своей пленнице в глаза и бросил ей ключ от наручников. Не потому, что увидел там что-то особенное, а просто понял, что ей надо немного подвигаться. Тяжело столько времени находиться без движения. Тем более женщине. А эта дура к тому же отказывается от пищи и воды. Впрочем, учитывая, что с ней скоро будет, не все ли равно?

– Можешь ходить по дому.

Маша освободилась, встала и поморщилась, как от боли. Я бросил на нее быстрый взгляд. Что это? Симуляция? Попытка вызвать у меня жалость? Я приподнял одну ее штанину. На щиколотке, там, где раньше были наручники, остался кровавый след – это была небольшая круговая рана. Ах я идиот. Можно было и прежде сообразить. А она, значит, молчала все это время. Ну-ну.

Я сходил за аптечкой. Принес спирт, антисептик, пластырь. Обработал ей обе ноги. Щиколотки были точеные, словно детские.

– Так лучше?

– Спасибо.

Она неуверенно, возле самой стеночки, прошлась по комнате. Остановившись возле двери, вопросительно посмотрела на меня воспаленными глазами. Я покачал головой. Исследовать дом ей было ни к чему.

– Хочу тебя сразу предупредить. Телефона в доме нет. Связи никакой. Во всей округе в радиусе пятидесяти километров ни одной живой души. – Тут я несколько приврал, но это было не лишним.

– А что мне здесь делать?! – завопила она. – Оставлять зарубки на стене?! Так уже семнадцать!

– Смотри телевизор. У меня есть маленький, могу притащить его сюда.

– Засунь себе свой телевизор знаешь куда?!

– Тогда читай книжки. Если хочешь, куплю тебе каких-нибудь дурацких журналов. «Космополитен» там, «Вог». Говорят, они очень развивают женщину как личность.

– Да пошел ты. – И она швырнула в меня пластиковой тарелкой.

Обычная истерика.

Тогда я подошел и заехал ей по уху. Это больно. Я знаю, как надо по нему бить, с одной стороны, так, будто небрежно, но в то же время точно, чтобы было больно. Она упала на пол и сразу заткнулась.

Кажется, она все еще была удивлена. Она не понимала, почему она здесь, да и было бы странно, если б понимала. Это ж какие мозги надо иметь, чтобы догадаться. Я невольно прислушался к себе. Что такое? Я начинаю жалеть ее? Да нет, бред, не может быть.

В кармане ожила мобила. Я посмотрел на дисплей: звонила Альбина. Это могло значить только одно – она нашла нового хирурга. Кто б сомневался, что она это сделает. Но я почему-то не торопился с ней говорить.

Жора и Азиат встретились в метро. От этого Жора чувствовал себя странно. Когда накануне он позвонил Азиату и попросил о встрече, он подразумевал, что она состоится в каком-нибудь неплохом ресторане, где он сможет избавиться от своей робости с помощью нескольких рюмок и хорошей закуски. Да-да, робость этот человек внушал ему нешуточную. И это ему-то, который… Да что говорить!

Но Азиат сказал:

– Хочешь поговорить, приезжай в полдень на станцию «Белорусская-кольцевая». Стой в центре зала.

Вот ведь конспиратор хренов. Волей-неволей пришлось подчиниться, это ведь он нуждался во встрече.

Жора был на месте за полчаса до оговоренного времени. Прошелся по станции, вроде бы хвоста за ним не было, да и то сказать – никто ведь не знает, куда он поехал. Босс уверен, что он, Жора, ищет эту чертову стерву, его сбежавшую жену. В метро Жора чувствовал себя неуютно. Он невольно призадумался: когда спускался сюда последний раз? По всему выходило, что давно. Потому что в те времена, когда Жора ездил на подземном транспорте, в турникеты засовывали не проездные карточки, а жетоны, на которые только перешли после обыкновенных монеток.

Чтобы скоротать время, Жора проехался до «Театральной» и обратно. Азиата все не было. Впрочем, тут такое столпотворение, что немудрено и затеряться. Жора чувствовал себя не совсем в своей тарелке, слишком поздно сообразив, что надевать свои обычные шмотки от «Боско ди Чильеджи» было совсем не обязательно. Да и галстук, пожалуй, излишне ярковат. Ну вот, домозолил глаза.

К Жоре решительно направлялся молоденький крупногабаритный мент.

Тебе б за ЦСКА под щитом играть, со злостью подумал Жора, а не метро полировать.

– Сержант Лопатов, предъявите документы, пожалуйста.

Жора едва ли доставал сержанту Лопатову до плеча. Он молча достал паспорт и протянул наверх. Чего-чего, а этого добра у него хватало.

Минуты две мент изучал паспорт на имя Грищука Вениамина Ивановича. Потом молча повернулся и пошел. С паспортом.

Какое– то время Жора туповато смотрел ему вслед. Потом опомнился:

– Э-э, парень, сержант, да ты куда это?

Сержант Лопатов молча повернулся и поманил Жору за собой.

Жора как загипнотизированный двинулся следом. Потом опомнился, встряхнулся и пошел теперь, движимый скорее любопытством, нежели приказом. Ну что за фигня, в конце концов? Документы чистые, настоящие, прописка, все честь по чести… Он глянул на часы и понял, что до встречи с Азиатом осталось пять минут. Они уже подошли к эскалатору – совершенно очевидно, что мент собирался вытащить Жору на поверхность, в свое отделение или какой-нибудь гребаный опорный пункт, чтобы там то ли бабки с него срубить, то ли еще что. Мент, волчара, даже не оборачивался, так уверен был в себе и своей власти долбаной. Ну так шиш тебе!

И Жора, не дойдя до эскалатора, развернулся и, прячась за спинами, двинулся назад. Одним паспортом меньше, и фиг с ним. Сейчас есть дела поважнее. Надо только поскорее, пока сержант все-таки не вернулся…

Азиата он не заметил, тот сам дернул его за рукав. Тут очень кстати подошел поезд в сторону «Речного вокзала», и они сразу сели в него. Азиат был одет в потертые джинсы «рэнглер» и зеленую ветровку – от недавнего респектабельного вида не осталось и следа.

– Спасибо, что приехали.

– Что тебе нужно, Георгий?

– Даже не знаю, как сказать.

– Говори как есть.

– У моего шефа проблемы.

– Да уж не без этого, – прищурился Азиат. – Все, значит, прошло не так складно, как он надеялся?

– Да полная жопа, – прошипел Жора.

Тут поезд разогнался с такой силой, что они перестали слышать друг друга.

– Я… Он не контролирует ситуацию, – выдавил Жора, прекрасно понимая, насколько опасны такие слова. – И я хотел… Только поймите меня правильно… Дело тут не в том, я не благодарен ему за то, что он для меня сделал. Просто это уже реально становится небезопасно, я знаю, у меня на такие вещи нюх.